Чтение онлайн

Уже внутри я выглянул из-за угла, просканировал территорию парковки и облегченно вздохнул, увидев, что все утряслось. Глянул на мобильник: пятнадцать минут восьмого. Мы захватили пятьдесят человек. Если кто еще и появится, вряд ли их будет так много. Нам удалось.

Но одному только Богу известно, чего это стоило.

Я, Парки и Гуди отвели отряд свежих заложников в столовую, а Джимбо и Норрис остались поджидать отставших. Когда мы вошли в двери, я был потрясем тем, как нам удалось затолкать столько народу в такое маленькое помещение. На полу практически не осталось пустого места. А то, что осталось, было усыпано пакетиками из-под чипсов, обертками от бутербродов и пустыми пивными банками.

Нужно было смотреть себе под ноги.

Чего Гуди определенно не сделал.

Он споткнулся либо о чью-то ногу, либо обо что-то еще и рухнул прямо на спину, причем, падая, он выстрелил в стену. Должно быть, это напугало Боба, потому что он отстрелил огромный кусок опоры в самом центре помещения. Гуди стремительно развернулся и, присев на колено, произвел два выстрела в сторону дверного проема. Я и мой заложник оказались прямо на линии огня, так что пришлось резко пригнуться, чтобы не получить пулю в лицо. И наконец, по какой-то причине, которую он так и не смог объяснить, Джеко повернулся и выпустил из своего дробовика второй заряд, разнеся на мелкие кусочки столик со всеми лежавшими на нем мобильными телефонами. Вероятно, был под кайфом.

Пули, выпущенные Парки и Бобом, срикошетили от бетонных плит и, как две горошины, метались по столовой. В это время почти сотня человек вопила от страха и пригибалась, пытаясь укрыться за спинами соседей. Это продолжалось не дольше полсекунды, и эти полсекунды стали самыми громкими и охваченными паникой в моей жизни.

Уверившись, что бойня окончилась, я осторожно приподнялся и огляделся. В воздухе висела пыль и дым. Люди на полу зашевелились.

— Что еще за фигня тут у вас? Я слышал выстрелы. — Джимбо выглянул из-за двери, когда мы ковыряли пальцами в ушах, пытаясь избавиться от звона.

— Все целы? Никто не ранен? — спросил я. — Проверьте себя и соседей. Нужно убедиться, что никто не пострадал.

Я встал на ноги и принялся пробираться сквозь скопление тел, тряся любого, кто лежал без движения, чтобы убедиться, что все в порядке. Парки, Боб и Гуди последовали моему примеру. Джеко остался стоять у двери, схватившись за сердце и дрожа от шока.

— Что случилось? — повторил Джимбо, но Джеко не мог ничего ответить.

Чудесным образом и к огромному облегчению, никто вроде не пострадал. В перестрелке мы угробили лишь три стены и абсолютно все мобильники. Кто-то из дамочек рыдал (и один из мужиков, кстати). И тут я произнес свои коронные слова, но на сей раз очень серьезно:

— Пожалуйста, поставьте оружие на предохранители. — Потом повернулся к Гуди и осуждающе заглянул ему в глаза. — И куда, мать твою, ты целился, Рэмбо гребаный?

— Прости, мистер А. Армейская привычка. Типа такой прием. Во время штурма нужно контролировать выход.

— Ну ты и придурок! Ты чуть не снес мне башку.

— Чуть? Чуть никогда еще никого не убивало.

— Что? — гневно бросил я. — Так, слушайте все. Эту ситуацию разберем позже.

— Извиняюсь, — проговорила молоденькая дамочка за моей спиной.

Джимбо сказал, что надеется, его не коснется разбор ситуации, поскольку он не принимал участия в Битве при Столовой. И в самом деле, Джимбо единственный из нас, у кого остался первоначальный комплект боеприпасов. Разве что выразил он это лаконичнее.

— Простите, — снова промолвила девушка, подняв руку вверх в попытке привлечь мое внимание.

— Теперь надо тут все убрать. Нет, только не работникам. Вы оставайтесь на местах. Я со своими людьми разговариваю. Так, с этого момента караулим их снаружи. Чего стоим? За дело! — прокричал я.

— Извините, — опять промолвила девчушка, но уже немного громче.

— Что?! — рявкнул я.

Как будто у меня без нее дел мало. Если только она хочет в туалет, я ей устрою. У нас осталось-то всего сорок пять минут, и я сыт по горло этим бабским нытьем. К сожалению, у нее возникла проблема иного рода.

— Простите, — пробормотала она, — но, кажется, меня подстрелили.

У меня на мгновение замерло сердце. Я боялся именно этих слов (или по крайней мере их вариации). Уж лучше бы я услышал что-нибудь другое. «Это полиция», «Вы арестованы», «Вы проиграли» или даже: «Ты ранен, Мило». Все что угодно, только не это. Я бросился туда, где стояла девушка, невероятными усилиями прокладывая себе путь через толпу. На ее левом рукаве виднелось алое пятно, и по пальцам стекала кровь.

— Не смотри сюда, милая. Погляди в сторону, — произнес я и карманным ножом «Стэнли», позаимствованным у грузчика, осторожно разрезал рукав рубашки.

Посередине предплечья я увидел входное отверстие от пули, размером не больше горошины, из которого безостановочно сочилась кровь. Я очень-очень аккуратно согнул ее руку, чтобы получше осмотреть рану, но девица издала такой душераздирающий крик, что я едва не оглох.

— Мистер В, тащи-ка сюда свой зад! — заорал я.

— Пропустите, дайте взглянуть, — расталкивая народ, говорил Гуди. — Расступитесь на хрен! Освободите место вокруг нее.

Гуди присел на корточки рядом со мной и обследовал рану. Провел большим пальцем по припухлости, надавил на нее и велел дамочке держать руку таким вот образом, пока он не вернется и не наложит ей жгут.

— Ничего страшного, — сказал он, хотя выглядело все достаточно страшно. — Пуля прямо под кожей. Кости не сломаны. Артерии не повреждены. Всего лишь рикошет. При прямом попадании картина гораздо серьезнее. Все будет в порядке, дорогая, это не проблема.

— Ты абсолютно уверен? — переспросил я. Зная, как Гуди не терпится прибрать к рукам деньжата, я спросил себя, сможет ли он соврать, чтобы не подвергать риску свою долю.

— Конечно, уверен. Меня учили делать перевязки и оказывать первую помощь. Я даже мог бы извлечь пулю, если бы она захотела. Но поскольку у меня нет ни нужных инструментов, ни анестетика, то, думаю, лучше оставить это специалистам.

Гуди повернулся к Дункану и велел сходить за аптечкой.

— Мистер Ж, пойдешь с ним, — произнес я, но Парки и не двинулся. — Мистер Ж, да, ты, иди с менеджером.

— Я? — наконец отреагировал Парки.

— Ты, кто ж еще?

— Я думал, что я — мистер Б.