Чтение онлайн

Однако я была ей благодарна и за помощь, и за эту возможность как-то устроиться, хотя бы на первое время. Если исключить отношение ко мне Ольги Кречетовой, то все складывалось хорошо. Я была сыта, имела крышу над головой и находилась вне досягаемости Артура.

Закрыв глаза, я вспомнила его лицо – хищное и красивое. И сам он, и его повадки напоминали дикого зверя. Обаятельный, стремительный и резкий, ему ничего не стоило расположить к себе любого. Он моментально находил жертву в толпе, вероятно, опираясь на врожденную интуицию. Прежде, чем я начала понимать, с кем связалась, я смотрела на него сквозь пелену восхищения. Я верила ему. Потому что он знал, что мне нужно, и умело играл на моем желании. Потом, разглядев, в чьи лапы попала, я с ужасом осознала всю безысходность своего положения. Да, я была слишком юна, но так ли глупа, чтобы столь бездарно оказаться в ловушке? О, как я ругала себя за то, что доверилась ему... Но что поделать, первая любовь прошлась по мне катком, едва не сравняв с землей, явилась, не спрашивая, и застряла в горле острой костью.

Слава богу, все позади... слава богу!

Грохот, которым сопровождалось прибытие хозяина дома, был поистине ошеломляющим. Сначала прозвучал автомобильный сигнал, а следом за ним заиграла громкая музыка, от которой задрожали стекла. Потом хлопнула дверь и все стихло.

К тому времени я уже немного задремала, но тут же вскочила, не сразу сообразив, где нахожусь. Осознание пришло вместе с приступом злости, ощущение которой я никуда не могла выплеснуть. Мальчишки завозились во сне.

Подоткнув одеяло Ване и проверив, укрыт ли Макар, я вышла из их комнаты и на цыпочках подошла к слабоосвещенной лестнице. Перегнувшись через перила, я заглянула вниз, где частично был виден холл.

Раздались шаги и приглушенные мужские голоса.

– Я тебе точно говорю, она это была! Такая машина, как у нее, в городе одна.

Говорил Дмитрий.

– Вот ведь лохудра...

Второй голос, как я поняла, принадлежал хозяину дома...

– Мне из ГАИ звонили. Она на встречку выехала. Сама проскочила, а там, короче... ну, трупов нет. Так, по мелочи.

– Денег дай.

– Понятное дело.

Я отступила и задержала дыхание, чтобы не выдать себя.

– Так бы шкуру с нее и спустил.

– Не спустишь. Сам понимаешь, в твоем положении надо как-то аккуратнее. Да и потом, что ж ее, под замок посадить?

– Эту? – Хозяин рассмеялся. – Эту только пристрелить. Ольга – баба безбашенная. За то я ее и взял.

– Это было десять лет назад. Тогда и времена другие были. Сейчас она тебе всю малину только портит.

– Она меня из колонии дождалась.

– И что? Ты ей столько бабла оставил, что она как сыр в масле каталась.

– Дети у нас. Семья.

– Дети... семья... Сам-то в это веришь?

Тут я была согласна с безопасником.

– Повякай мне еще, – пробурчал хозяин и вышел на свет.

Я увидела довольно высокого мужчину за сорок, худощавого и немного сутулого. Даже с расстояния я заметила седые волосы на его голове. Сняв плащ, он остался в темном костюме.

– Михо, ты знаешь, я на твоей стороне, но сейчас следует быть осторожным, потому что... – Дмитрий понизил голос.

«Михо?» – И тут меня прострелило молнией. Господи, ну как я могла не догадаться с самого начала, когда только услышала имя хозяина дома! Михаил Кречетов – Михо Кречет... О нем не раз говорил Артур. Если бы был жив мой дед… то, возможно, и он бы... Хотя, о чем это я? Сколько лет было деду Толе, и сколько этому Кречету! Впрочем, в мире криминала возраст не имеет особого значения, главное, это заслуги... Смешно сказать, но нынешний криминал очень хорошо подстраивается под порядочных людей. Куда ни ткни, депутаты, чиновники и владельцы крупных компаний, многие имеют столь туманное прошлое, что впору удивиться – как они попали в верхушку власти? Известно, как, с помощью капиталов, «заработанных» в девяностые и нулевые.

Да, Рита, с твоим везением можно спокойно играть в рулетку. Главное, всегда ставить на «черное», не ошибешься...

Я кинулась обратно и, оказавшись в детской, прижалась спиной к двери.

«Надо бежать отсюда!..» – Беззвучно прошептала я. И как можно, скорее.

Внезапно из кроватки Вани раздался тихий плач. Я подошла к нему и встала на колени, вглядываясь в личико ребенка. Мальчик скривился и снова захныкал.

– Тише, тише... все хорошо... я здесь...

Я легла с ним рядом, и он прижался ко мне, такой теплый и беззащитный, что у меня на глазах выступили слезы.

Разве я могу их бросить?..

Илья

Илья сбавил газ и вырулил к обочине. Остановившись, стащил шлем и сверился с навигатором в телефоне.

– Ну, здравствуй, станция Урочь... – Он покрутил головой, с удивлением подмечая изменения, которые постигли это поистине историческое место.

Когда он был ребенком, то приезжал сюда несколько раз с родителями. Словно античные колонны, вокруг возвышались вековые тополя, липы и березы. Железнодорожную станцию в конце девятнадцатого века основал Савва Мамонтов, но теперь от нее остались только захиревшие пути, мост через узенькую речку Урочь и несколько каменных старинных зданий, требовавших основательного ремонта. И вообще, это место нынче называлось Тверицы, а название станции носила лишь одна улица.

Наконец, Илья определился с адресом и подъехал к одноэтажному домику из красного кирпича, с забитыми фанерой окнами. Мотоцикл пробуксовывал в смеси лежалого снега и грязи, джинсы намокли до самых коленей. Но Илья не замечал связанных с поездкой неудобств. Он долго не мог договориться о встрече, потратил на это кучу времени и сил. И сейчас немного нервничал, понимая, что человек, с которым он так жаждал встретиться, имеет полное право не прийти. А те, кто согласился передать просьбу Ильи и поручиться за него, также имеют право не думать о результате переговоров.

Его звали Тува, а еще почему-то Артист. Информации о нем нашлось не так много, Тува был осторожен и уважаем в своих «кругах». Еще бы, в общей сложности он отсидел четвертак, но даже из тюрьмы умудрялся разруливать и влиять на исход криминальных споров. Как говорится, работа тебя всегда найдет, особенно, если она любимая.

Илья Говоров тоже очень любил свою работу. Кому-то покажется странным, что человек не может и дня прожить без того, чтобы не окунуться в мир криминальных новостей, а для него это стало обычным делом в течении вот уже десяти лет.

Когда он только начинал свою карьеру обычным репортером, вникал в процесс и обзаводился нужными знакомствами, то и представить не мог, что эта профессия поглотит его с головой. Илья был высок, строен и обладал «телевизионной» внешностью. Его приглашали вести новостные программы на областное телевидение, обещали со временем авторскую нишу, но у Ильи было собственное видение профессионального пути.

Первое свое расследование он помнил, как будто оно произошло только вчера. На Первомайской, в обычной пятиэтажке, пропала одинокая женщина – жительница квартиры на втором этаже. Об этом заявила ее приятельница, которая не могла до нее дозвониться, когда приехала в город. В этот момент Илья как раз находился в Следственном Отделе, наблюдал за работой следователей, чтобы написать очерк. Дело о пропавшей женщине заинтересовало его еще и потому, что заявительница умудрилась попасть в Следственный с жалобой на нерадивого участкового, который отказался ей помочь. Тот направил ее в РОВД, где, соответственно, тоже культурно послали. Ведь она не была родственницей, всего лишь, подругой, к тому же, не особо близкой, раз последний раз общалась с ней больше двух лет назад. И вот приехала на свадьбу к родственникам и решила навестить приятельницу.