Азраил
Шрифт:
Верховный магистр встал и, сжимая Меч Тайн, захромал прочь от дымящейся туши хелдрейка. Глухие хлопки снарядов и стрекот болтеров казались ему странно тихими и далекими.
— Говорит Азраил, ответьте, — произнес воин, ощупывая боковину шлема. Ее пересекала борозда длиной в палец, на месте которой раньше находился вокс-передатчик.
В канале затрещало, по дисплею авточувств пошли помехи. Магистр ордена скрутил шлем под шипение выходящего воздуха.
Он глубоко вздохнул; битва смердела гарью, пороховыми газами и кровью. Придя в себя, космодесантник оценил обстановку.
Враг добрался до стены в нескольких местах. Повелители Ночи почти достигли «Эгиды», сотни еретехов карабкались на парапеты по грудам тел своих товарищей. Через толпы обреченных шагали специально изготовленные осадные автоматоны с телескопическими лестницами, тросометами и руками-молотами, что искрили энергоразрядами.
Темные Ангелы свалили одного рыцаря, и клубы черной копоти из его горящего остова вплетались в дымную пелену над атакующими ордами вероломных солдат. Неясные силуэты двух других колоссов Азраил заметил всего в полукилометре от себя. До командной башни им оставались считанные минуты ходу.
Еще ближе к магистру ордена располагалась Первая рота; доспехи оттенка слоновой кости отчетливо выделялись на фоне обугленной земли и рамиильских бронемашин в серо-зеленой камуфляжной расцветке. Контратаку возглавляла группа воинов Крыла Смерти, сплотившихся вокруг знамени Ланваля. Клинками и булавами они вскрывали корпуса танков, щитами прикрывались от шквального огня изменников.
Азраил направился к собратьям, пробираясь через разбросанные обломки хелдрейка, которые пожирало белое пламя. Услышав какое-то шипение, воин замедлил шаг и обернулся.
Сразу же за пылающей тушей бурлил сам воздух. В первый миг верховный магистр решил, что это завихрения огня, марево в жарком воздухе, но за несколько секунд круговорот усилился и обрел четкие очертания. В дыму заплясали искорки энергии, несущиеся по спирали в центр портала, где зарождалась маленькая звезда.
«Беги!»
Слово врезалось в сознание космодесантника, будто абордажная торпеда — в обшивку звездолета. Он скривился от жгучей боли в черепе.
«Беги, Азраил!»
Магистр ордена не сразу узнал голос Иезекииля, более громкий и свирепый, чем когда-либо. При всей настойчивости библиария, тело воина отказывалось повиноваться. Он застыл, зачарованно глядя на то, как воронка из частиц становится пульсирующим отверстием, расширяющимся проходом через барьер реальности в очень далекие места.
В последнее мгновение Темный Ангел отвел глаза, зная, что вид бездны самого Хаоса грозит помешательством даже космодесантнику с несокрушимой волей. Портал открылся с грохотом, сотрясшим равнину; затверделую землю беспорядочно пересекли расходящиеся трещины, в одну из которых свалилась туша железной твари.
Рискнув взглянуть в небытийный разлом, Азраил увидел, что тьма вылепляет из себя монструозное человекоподобное существо. Меж тем в ткани материального мира возникло еще несколько брешей меньшего размера — они обращались вокруг центрального портала, как подневольные луны. В их сердцевинах извивались нездешние создания, эмбрионы кошмаров, что грызли и царапали завесу-плаценту, жаждая родиться в мире смертных.
«БЕГИ!»
Псионическая команда, пронзив стены ментальной защиты воина, словно бы заземлилась через его нервную систему, как молния по громоотводу. Не успел космодесантник осознать происходящее, как ноги сами понесли его от прохода и нарождающихся тварей.
Как только рассудок пришел к согласию с психически подстегнутым инстинктом, Азраил помчался трехметровыми скачками, отмахивая ритм руками. Он бежал равномерно, подгоняемый не беспримесным страхом обычного человека, а спокойным пониманием того, что гибель по-настоящему близка. Верховный магистр видел, что на опорном пункте впереди него, куда стекались боевые братья, уже вырастает частокол болтеров и тяжелого оружия. По золотистому сиянию он нашел Иезекииля — библиарий стоял, держа руку над головой. От воздействия пси-энергии воздух извивался рядом с ним.
Тени, замеченные владыкой ордена, теперь плясали на краю его разума, призывая дерзнуть и обернуться. Азраил пытался сосредоточить взгляд и мысли на безопасной гавани «Эгиды», но миражи, создаваемые его фантазией, все-таки брали верх. Чтобы избавиться от них, воин решил посмотреть назад — не могла же реальность оказаться ужаснее образов из первобытных глубин сознания.
Оглянувшись, он понял, что воображению никогда не сравниться с воплощенным безумием варпа.
19
Из трепещущего эфирного портала, извиваясь, ползла чернота. Словно пар, она струилась между зазубренными краями прорехи в материальном измерении. Создание, что неуклюже выступило из бездны, — сотворенное из теней, настоящее и в то же время нет, — было вдвое выше магистра ордена. В центре его тела находилось скопление фасетчатых паучьих глаз, в которых отражалось пламя битвы. Демон тащился вперед на шести конечностях, сплетенных из мрака, скорее щупальцах, чем суставчатых ногах. Ступни им заменяли железные когти, выбивавшие из земли пучки алых искр при каждом касании. И рты…
Азраил не мог сосчитать эти пасти с хлещущими языками, полные зазубренных клыков; эти зевы, что скрежетали зубами, изменялись, появлялись и исчезали по всему телу теневого чудовища.
Отвлекшись, космодесантник не заметил выступ корпуса подбитого «Громового ястреба», погрузившегося в истерзанную землю. Запнувшись, он упал; только благодаря чутью верховный магистр увернулся от острого как бритва куска брони, что пронзил бы его насквозь. Не выпуская Меч Тайн, он с грохотом съехал по металлическому корпусу, оставляя за собой борозду в слое обгоревшей краски.
Быстрый, как змея, Азраил вскочил на ноги и поднял клинок. Теневая тварь двигалась дальше, но явилась она не в одиночку: черные дрожащие отростки, что тянулись от нее к порталу, собрались вместе и переплелись, словно веревки. Возникли когтистые пальцы, сжатые в кулак; они держали бесплотный шнур, как… поводок.
Новый монстр, размером с пару дредноутов, вдвое превосходил в росте свою немыслимую гончую. Его облачение — извращенное подобие терминаторской брони, вздымавшееся и дергавшееся, будто кожа, — состояло из толстых пластин иссиня-черного, полночного цвета с золотой и белой каймами, как и у подчиненных гиганту Повелителей Ночи. По доспеху-плоти скользили разряды молний, пульсирующих в такт стуку копыт-сабатонов.