Чтение онлайн

Танки рамиильцев, до которых еще не добралось Крыло Смерти, дали залп по «Эгиде». Вдоль парапета прокатились огненные всполохи; один из снарядов, разорвавшись возле владыки ордена, накрыл его облаком пламени и осколков. Темный Ангел преодолел ударную волну, не обращая внимания на истошный писк тревожных сигналов доспеха.

Все мысли смешались у него в голове, но Азраил сознавал, что Повелители Ночи имели преимущество с начала битвы, и он играл им на руку своими решениями. Орбитальный удар по артиллерии мятежников? Теперь его самые мощные орудия нужно перенацеливать. Атака бронетанкового клина вынудила Крыло Ворона отойти на фланг, далеко от точек проникновения легионеров. Преждевременно задействовав резервы, верховный магистр ослабил гарнизон «Эгиды», и Астартес-предатели не упустили возможность появиться внутри обороняемого периметра там, где его защитников стало меньше.

На бегу Азраил перепрыгнул «Рапиру» с лазерным разрушителем, думая о том, что вновь следует замыслу врага. Хелдрейк не зря напал именно там, где его логичнее было контратаковать из бастиона, а не оттягивать силы, противостоящие Повелителям Ночи.

Но магистр ордена не мог поступить иначе. Его армия отражала натиск на четырех участках фронта, и каждый из них требовалось отстоять. Орудийные башни и отделения по центру обороны должны были сдерживать мятежников. Скверная шутка: противник, которого Азраил счел наименее опасным, сейчас имел наибольшие шансы прорвать строй ордена.

В небе мелькнули темные пятна — «Громовые ястребы», истребители «Нефилим» и «Темные когти», заложив крутые виражи над «Эгидой», вступили в бой с рыцарями отступников. Ионные щиты блеснули и окрасились багрянцем, отражая залпы ракетных установок и боевых пушек. Немедленно взревели и загрохотали тяжелые орудия шагоходов; очереди лазерных лучей и снарядов рассекли плотные клубы дыма. На глазах верховного магистра сверкающий пучок энергии вспорол брюхо десантно-штурмового корабля от кабины до хвоста, и горящий остов машины рухнул на еретехов, что рвались к стене цитадели.

Непрерывный поток докладов в воксе сменился еле слышным бормотанием. Теперь Азраил внимал только голосу Радагала: просеивая множество рапортов, технодесантник докладывал лишь о важнейших изменениях.

Хотя казалось, что на поле боя царит смятение, перевес все еще оставался на стороне Темных Ангелов. Легионеры-изменники применили все ведомое им коварство и колдовство, чтобы изменить ситуацию; кроме того, вскоре должно было сказаться численное превосходство еретехов и изменников, но пока что фронт держался.

Пробежав по крыше следующего опорного пункта, магистр ордена соскочил на стену всего в сотне метров от чудовищного порождения варпа. Азраил снял с плеча Гнев Льва, мастерски сработанный болтер с подвесным плазмометом, и вытащил из ножен Меч Тайн.

Позади него Иезекииль взмахнул для пробы Бичом Предателей; за клинком протянулось лазурное пламя, в глазу библиария полыхнули искорки пси-энергии. Дагонет, держа одной рукой плазменный пистолет, воздел крозиус арканум, и вокруг навершии в форме аквилы замерцало серебристое силовое поле.

— Не дайте ему взлететь! — взревел магистр ордена, бросаясь к монстру.

Хелдрейк развернулся к нему, сжимая в лапе дергающегося космодесантника. Железный дракон распахнул пасть, и многоствольная пушка, что торчала из его глотки, завращалась с нарастающим визгом.

Азраил выстрелил в ту же секунду, как Иезекииль метнул в чудовище сгусток псионического огня. Плазма и потусторонняя энергия вонзились в раскрытый зев, брызнул и потек расплавленный металл. Отродье судорожно отдернулось, выкашливая струи жидкого огня.

Болты все так же беспомощно молотили по сероватой шкуре-броне хелдрейка. Щелкнув хвостом, как кнутом, он снес голову еще одному Темному Ангелу и направился к магистру ордена, выбивая когтями искры из армированного настила стены. Между зубцов-мечей исполина ползли ручейки остывающего металла.

Ринувшись вперед, Дагонет отразил крозиусом удар лапы, метнувшейся к голове владыки ордена. Сам магистр святости отлетел назад и с лязгом врезался в парапет. Заметив, что механический кошмар подставил шею, Азраил рубанул по ней Мечом Тайн. Монстр отшатнулся; нырнув под него, космодесантник вырвал застрявший клинок в фонтане маслянистой крови.

Иезекииль, держа меч двуручным хватом, отсек занесенные над верховным магистром когти. В рану впились щупальца пси-энергии из Бича Предателей.

У края стены приподнялся Дагонет — одна рука капеллана висела плетью, но другой он вскинул плазменный пистолет и выстрелил твари в глаз. Чудовище махнуло крылом, надеясь сбросить верховного магистра за парапет, но тот перекатился вплотную к монстру и разрубил кабели-кишки в его брюхе, забрызгав топливом-экстравазатом свой доспех.

Хелдрейк встал на дыбы, лихорадочно хлопая крыльями. Старший библиарий выпустил ему в грудь разряд пси-молнии, который проплавил кости и металл во вспышке разноцветных искр. Отбросив Гнев Льва, магистр ордена засунул руку в неровную рану на животе монстра. Тот поднялся над стеной, с трудом взмахивая крыльями, но Азраил по-прежнему держался за что-то в металлическом брюхе дракона.

Владыка Скалы осыпал беззащитное нутро твари градом ударов, вонзая в него клинок, рассекая и рубя без всякого изящества. Отверстие расширилось до двух метров в длину; ряса воина пропиталась кровью и смазкой, и плотная ткань прилипла к сочленениям брони, затрудняя движения. Последним прямым выпадом Темный Ангел до рукояти всадил меч в грудь чудовища. Конвульсивно задергавшись, полудемоническое отродье сложило одно крыло, перевернулось и по спирали устремилось к земле в сторону от «Эгиды».

Спрыгнуть Азраил не мог. Вместе с хелдрейком он рухнул на опаленную адским жаром равнину в буре осколков металла и каменной крошки. Силой удара воину едва не оторвало руку, голова в шлеме резко запрокинулась и с треском врезалась в броню-шкуру монстра.

Оглушенный космодесантник грузно свалился с мертвого порождения варпа. У магистра ордена звенело в ушах; он кое-как поднялся, и в тот же миг по трупу чудовища пробежала судорога. Спазматически дернувшееся крыло вновь сбило Темного Ангела с ног. Он упал навзничь, тут же перекатился на живот и нашарил рядом клинок. Осмотревшись, Азраил увидел в нескольких сотнях метров линию «Эгиды».