Чтение онлайн

— Сейчас же слезай, Арминэ! — опомнилась Маро. — Слышишь, сейчас же слезай! Кому я сказала, негодная девчонка?!

Но девочка уже качалась на верхушке.

— Эй, натяните холст! — крикнула она. — Сейчас посыплются ягоды!

Арминэ ударила по вершине палкой, и все натянули полотнище.

Ягоды посыпались дождем.

— Хватит, слезай! — в страхе кричала мать, но Арминэ и не думала слезать с качавшейся верхушки туты.

И вдруг раздался громкий треск ломающегося дерева.

Все испуганно посмотрели вверх: ветка, на которой сидела Арминэ, медленно опускалась. Мать, будто лишившись дара речи, не могла и слова вымолвить, словно остолбенев, она с ужасом смотрела на дочь.

Арминэ застыла в растерянности.

— Вай, Арминэ, под тобой ветка трещит! — крикнула тетушка Нвард. — Сейчас же спускайся!

Арминэ, бледнея от страха, швырнула на землю палку и уцепилась обеими руками за ветку, которая продолжала опускаться под ее тяжестью. Маро, побелев, закрыла глаза рукой.

Первым нашелся Азад.

— Не двигайся, Арминэ! Не шевелись! — крикнул он. — А вы тащите сюда холст. Быстрее! Сюда, сюда — прямо под ветку! Выше, выше! Крепко держите за углы! — Все молча следовали его указаниям. — Теперь прыгай, Арминэ! Давай, прыгай прямо на ягоды, чего ждешь?

— Прыгай, Арминэ! Не бойся, мы удержим тебя! — кричали снизу.

Арминэ, вся бледная, смотрела вниз, страх сковал все ее движения.

— Да ты просто трусиха! — вдруг крикнул Азад. — Ты боишься! Ты трусиха! Трусиха!

— Девчонка есть девчонка! — вторил ему Гурген.

— Ты сам трус! — крикнула Арминэ и, зажмурившись, прыгнула вниз.

Не открывая глаз, все еще скованная страхом, девочка с минуту лежала неподвижно на горке ягод. Все испуганно уставились на нее. Но спустя мгновение, убедившись, что цела и невредима, она проворно вскочила на ноги и подбежала к Азаду.

— Ты залез на верхушку? — спросила она, показывая на туту.

— Нет… — ответил оторопевший мальчик.

— А вот я — залезла!

За лето Арминэ и Коля очень подружились. Они вместе ходили за ежевикой, вместе собирали в полях портулак [1] , чабрец; Маро и тетушка Нвард солили портулак на зиму в больших глиняных кувшинах-карасах. Иногда к ним присоединялись Азад, Гурген и Размик. Азад знал места, где росли высокие кусты орешника-фундука, и ребята несколько раз всей компанией ходили за орехами.

Арминэ любила Лусаван, и ей доставляло удовольствие показывать новому другу живописные окрестности городка. Девочка и мальчик облазили все окрестные горы, ущелья, скалы.

Однажды в начале лета Арминэ спросила Колю: «Ты когда-нибудь видел алую долину?» — «А разве бывают алые долины?» — удивился он. «А вот и бывают». В тот же день они поднялись на один из высоких холмов, что окружали городок с юго-западной стороны. Когда они достигли вершины холма, у Коли перехватило дыхание: такого количества цветущих маков он никогда не видел. Раскинувшаяся у подножия холма долина напоминала исполинский красный ковер, будто сотканный из цветущих маков. «Ух ты!..» — только и сумел вымолвить Коля.

Арминэ и Коле было так весело и интересно вдвоем, что они не заметили, как пролетели летние каникулы. В конце августа Маро решила съездить с Арминэ в Ереван: нужно было к началу учебного года купить ей обновки. У девочки в шкафу висели всего два платья, из которых она давно выросла. Но Арминэ совсем не жалела, что платья стали малы, она их все равно не любила. А матери так хотелось, чтобы старшая дочь, как все девочки, носила яркие, красивые платья, особенно теперь, когда Арминэ перешла в шестой класс.

Накануне, в четверг, Маро зашла к соседям. Тетушка Нвард готовила обед, а Галя сидела на тахте и кормила грудью сынишку.

— Тетушка Нвард, мы с Арминэ завтра отправляемся в Ереван. Вы с Галей не присмотрите за Наирой и Юриком? — спросила Маро.

— Вай, почему же не присмотрим? Можешь спокойно отправляться в Ереван — вовремя накормим их, вовремя уложим спать. Соседи же мы, не чужие. — И тетушка Нвард улыбнулась Маро. Приветливая улыбка смягчила суровые черты старухи.

— А ты надолго в Ереван? — спросила Галя. Ее золотистые волосы были стянуты на затылке тугим узлом, большие глаза сияли на загорелом лице ясной голубизной.

— На день, а может, и на два, если, конечно, удастся устроиться в гостинице…

— Мама, — обратилась Галя к свекрови, — а что, если мы попросим Маро отправить Колю из Еревана в Краснодар? Она ему купит билет, посадит на самолет, потом отобьет деду телеграмму, а тот его встретит в Краснодаре. — Она говорила по-армянски хоть и с сильным русским акцентом, но бегло, без всяких затруднений.

Маро взглянула на Колю: мальчик сидел с удрученным видом, повесив голову. Когда заговорила Галя, он метнул на нее исподлобья сердитый взгляд. «Наверное, ему не хочется уезжать отсюда», — подумала Маро с участием.

— Вай, как мы об этом не подумали! — воскликнула тетушка Нвард. — Тогда Хорену не надо будет отпрашиваться у начальства в такую горячую пору. Маро-джан, поможешь нам отправить Колю домой? Ему ведь скоро в школу…

— Конечно, помогу, — ответила с готовностью Маро. — Пусть едет с нами. А заодно посмотришь и Ереван, — обратилась она к Коле. Тот по-прежнему сидел понурившись. — Не хочется уезжать от тетки? — Маро теперь говорила с ним только по-армянски, потому что Коля за лето научился свободнее говорить на этом языке.