Чтение онлайн

— Лежит он, — пробурчал Вжух. — А мне отдувайся. Толпы ходят, всем Ростислава подавай.

— Душный ты сегодня, — констатировал я. — Сколько прошло времени?

— Почти сорок восемь часов.

Я резко выпрямился.

— Мы едем?

— Если бы, — фыркнул котоморф. — Все тебя ждут.

— В смысле?

— Никто не знает, что делать, если нападут новые твари.

Сорок восемь часов.

Хорошо поспал.

— И мы всё это время стоим? — я нашарил под кроватью ботинки и начал обуваться. — Вообще не двигаемся?

— А то.

Завязав шнурки, я вышел из каюты.

Можно было и телепатический запрос послать, но возникло острое желание прогуляться, размять кости. Мысль, что стоило бы принять душ, не сразу посетила мою светлую голову.

Из каюты я сразу направился в сторону рубки.

По хорошему, надо бы испытать возможности обновлённого астрального тела. Девять оболочек позволят мне оперировать чудовищными объёмами энергии, быстрее плести вязи, использовать невиданные для одарённых Земли техники. Я уже настроил систему для применения всего этого. Духовный доспех и астральная защита существенно укрепятся. Почти мой прежний уровень…

В том то и дело, что почти.

Я не уверен, что даже десять оболочек позволят мне тягаться с Живым Хаосом на равных. Именно с десятью оболочками я отправился на охоту за Легендарной Тварью и проиграл. Что уж говорить о сущности, которую нельзя ударить мечом или сжечь пламенем?

Оказавшись в рубке, я поздоровался с ребятами.

Кроме Кэпа здесь несли дежурство его помощник Макс Рылеев, навигатор Гриша Вересаев и радист Сёма Володьков. Все — из старого экипажа «Селенги».

— Здарова, Демидыч! — гаркнул я. — Чего стоим?

— Вы только посмотрите на него, — хмыкнул Макс, разворачиваясь в кресле. — Он ещё спрашивает.

— А куда нам идти, Рост? — спокойно поинтересовался Ерофеев. — Ты двое суток в отключке.

— Я воскрес.

Радист помахал мне рукой и продолжил слушать эфир. Володьков даже не стал снимать наушники, настолько он увлёкся своим занятием.

У приборной доски обнаружилось вечно пустующее кресло второго помощника, которое я и поспешил занять.

— Жду приказов, — на лице Кэпа играла задорная улыбка.

— Полный вперёд, — усмехнулся я. — Прежним курсом, без изменений.

Кэп тут же включил селектор и начал раздавать инструкции. Сначала моторному отделению, потом всем остальным, включая дежурные артиллерийские расчёты.

Я наблюдал за окрестностями.

Степь, как и всегда, простиралась от края до края. На небе — ни облачка. Пока я находился в трансе, все тучи, собранные Порождением, разошлись. Дул лёгкий ветерок, приминал траву. Справа, в нескольких километрах от Крепости, громоздилась куча бесформенной плоти — всё, что осталось от Ходульщика. Или Ходульника? Блин, вечно у меня проблемы с русским языком.

По ногам прокатилась лёгкая вибрация.

Это сигнал из двигательного отсека.

Кэп выключил селектор и начал перебрасываться короткими, отрывистыми фразами с Гришей Вересаевым. До моего носа дошёл неприятный, гнилостный запах. Я только сейчас заметил, что кондиционер работает на полную мощность, а по всему мостику расставлены ароматические палочки. Порождение Хаоса начало разлагаться.

— А сжечь эту дрянь вы не могли? — поинтересовался я. — Есть же пирокинетик на борту.

Пирокинетика Ерофеев переманил с Крепости, находящейся на капитальном ремонте в Наска. Ума не приложу, как ему удалось это провернуть. Звонил по кабелю через океан? Это же сумасшедшие деньги… Для него, во всяком случае. Хотя… Есть же Мария Ривера.

Так вот, с нами подписал контракт весёлый круглолицый мужичок лет пятидесяти с нетипичным для Наска именем — Конрад Горгиладзе. О своём происхождении мужик отшучивался, хотя и так было понятно, что он родился на Кавказе. В неформальной обстановке Конрада звали Гогой или Колобком. Тот не обижался, хотя имел третий ранг одарённости и мог спалить дотла кого угодно.

— Дык распоряжений не было, — хмыкнул Макс.

— Вдруг тебе эта хрень нужна для чего-то, — поддержал товарища Гриша.

— Ну-ну, — я откинулся в кресле. — Для медитативного наслаждения.

Ребята заржали.

— Всякое бывает, — сквозь смех выдавил Рылеев. — Мир полон извращенцев.

— Но-но-но, — я погрозил старпому пальцем. — Акстись, Аксинья.

Под сводами рубки прокатился новый взрыв хохота.

Кэп и навигатор ухитрялись одновременно управлять Крепостью и участвовать в общем разговоре. «Гроза Степей» плавно тронулась с места и начала огибать тушу павшего монстра по широкой дуге. Нам предстояло вернуться на прежний курс, при этом никто не хотел приближаться к очагу зловония.

— Ладно, — сказал я. — Буду спасать ваши носы.

— А ты можешь? — Сёма ухитрился расслышать мою реплику даже сквозь треск эфирных помех. — Честно, можешь?

— Посмотрим, — я сложил пальцы особым образом и начитал простенькое воздушное заклинание. Освежающая волна тотчас прокатилась по рубке, принося долгожданное освобождение. — Не благодарите.

Особенность заклинания была в том, что техника очищала от зловония даже предметы — обивку кресел, щели, деревянные вставки. Мы, архимаги, используем такие заклинания в тех случаях, когда необходимо избавиться от вони после удачной охоты или славной битвы.

Техника пошла гулять по Крепости.

Я усилил заклинание, превратив его в самостоятельную вязь. Теперь воздушная волна заглянет в каждый отсек, и через полчаса на МК восстановится нормальная атмосфера.

На мостик заглянул Бронислав.

— О, спящая красавица!

— И тебе добра, учитель.

Каратель направился в нашу сторону с термосом в руках.

— Вижу, посвежел.

— А что это у тебя в термосе? — заинтересовался я. — Не чаёк ли?

— Он самый, — осклабился инквизитор. — С травками сибирскими. Сам заваривал.