Чтение онлайн

Однако Михаил решил отвлечься от лирики и вернуться к теме, занимавшей его.

– Поскольку вопрос денег для всех здесь крайне актуален, то я и вернусь к нему, с вашего позволения…

– Слушаем внимательно! – Владимир упал в кресло, всё также не вынимая пальцев из петель пиджака и выжидающе уставился на друга юности.

– Ты говоришь, что Германия может прекратить снабжение деньгами, если поймёт, что ты ей мало полезен…

– Это факт!

– Возьми деньги у Америки.

– Даст?

– Даст. Даёт всем направо и налево. Всем, кто хоть чуть-чуть может быть полезен.

– Какой их интерес?

– Ослабить две великие европейские державы – Германию и Россию. А Россию по возможности и уничтожить. Раздробить на множество мелких губерний, чтобы российской империи и в помине не было. Есть информация, что и война в принципе спровоцирована Америкой.

– Как они это себе представляют?

– Революция – раз. Свержение царя и новое правительство – два. В это правительство входят полезные для Америки люди, которые и довершат начатое.

– И кто эти люди? Имена уже известны?

– А как же! Главная кандидатура – Львов Григорий Евгеньевич. Также и Керенский Александр интересен.

– Алексашка? Земляк. Далеко пошёл…

– Да, мы, трое, земляки, – кивнул Михаил.

– Помню, как папаша его золотой мой аттестат испортил четвёркой по логике… Но – зато дал мне положительную характеристику для поступления в университет… Впрочем, Алексашку я плохо помню. Он нас лет на десять моложе был, так?

– Да, тогда ещё – совсем ребёнок.

– Хм… Львов и Керенский, говоришь? Вот как! Оба масоны.

– Да.

– Ну-ну. Вот я и говорю – на другую лошадь поставили.

– Они на всех лошадей ставят. А там – какая к финишу первая придёт, той и победа.

– Победа! Сладкое слово!.. Так, батенька, как ты это себе представляешь? Я про американские деньги. Как? Через кого?

– Троцкий!

– Троцкий?

– Родственник у него крупный американский банкир, готовый снабжать деньгами.

– Да мы с ним постоянно собачимся! Он даже не большевик до сих пор. Я с ним далеко не в близких отношениях, мягко говоря…

– Значит, надо сблизиться.

– Хм… И сколько они дадут? Если тысяч десять – мало.

– Двадцать дадут. Миллионов. Вот увидишь…

– Звучит заманчиво. Но страшно подумать – что господин Троцкий с меня за это попросит? Абсолютную власть? И чтобы я у него на побегушках был?

Владимир нервно барабанил пальцами по столу.

– Но, Володя, – осторожно заметила Надежда. – Пусть он даст эти деньги, а там… видно будет.

– Троцкий… Знаю я этого хитрого еврея, Бронштейна… Сомневаюсь я, Миха. Крепко сомневаюсь… Вот если бы каким-то другим путём, не через Троцкого… Что, на его дяде банкире весь свет сошёлся?

– Нет, конечно. Есть и другие банкиры, и другие возможности.

– Валяй. Какие другие?

– Ну, например, получить те же двадцать миллионов долларов через некую масонскую ложу…

– Какую?

– «Сыны Завета».

– А! Я уже давно в эти игры не играю.

– Зато я играю.

– Поможешь?

– Для этого я здесь.

– Ну, что ж… Вот и ладненько… Вот и договорились… А пока можно и двух коров подоить – то есть, Германию я пока со счетов не списываю. До поры до времени. Пока они не поймут, что всё бесполезно.

– Бесполезно?

– Не верю я в революцию, не верю!

– Я не узнаю тебя! Думаю, эта хандра у тебя временная… Так вот… Отчего же ты не спросишь, что масоны хотят взамен этих двадцати миллионов?

– Знаю, чего хотят: революцию хотят, свержения самодержавия хотят…

– И не просто хотят, а ждут и как можно быстрее! А ты – «не верю, не верю»… Не веришь – не видать тебе денежек. Ещё не сыграл, а уже проиграл…

– Ну ладно, ладно! Ты прав – хандрить сейчас не время.

– То-то же… Думай! А мне пора.

– Что так скоро? Посиди ещё. У меня шикарный ликёр есть. Поляки подарили. За разговорами забыл предложить.

– Спасибо, но мне действительно пора. Выпей сам этот ликёр со своими очаровательными спутницами. За веру в успех. А у меня поезд в пять утра. Надо собраться. Да и выспаться не мешало бы.

– Стало быть, завтра в Россию? И какие планы, если не секрет?

– Участие в конференции союзников.

– Ах, в этой самой?.. А какова её цель?

– То, что на поверхности – обсудить обеспечение русских войск оружием и боеприпасами, помощь всяческая… А то, что за кулисами переговоров будет – прощупать почву на предмет того, как себя чувствует самодержавие, какая политическая ситуация внутри страны… Да, в общем-то, и обсудить, как можно побыстрее царя свалить и переворот организовать. Не может эта агония самодержавия долго длиться.

– Ух ты! А союзникам-то зачем русского медведя валить? Не проще ли жар чужими руками загребать? Русский медведь немца порвёт, а союзнички, в сторонке отстоявшись, свои преференции получат. Разве не так?

– Россия слишком уж развоевалась. Немец почти сломлен. А если победа над немцем будет достигнута благодаря России – тогда Россия заявит свои права на многое из того, на что претендуют союзники… Политика-с! Если же сейчас, накануне победы, Россию вывести из игры, оставив ей роль пушечного мяса, тогда…

– А ну, как без России немца-то не осилить?

– Чтобы немца осилить – немного потрудиться осталось. К тому же роль России в войне готова сыграть Америка. Американцы поставили условие перед союзниками – провернуть в России переворот, убрать царя, а тогда Америка примет участие в войне на их стороне и совместными усилиями очень быстро немец будет побеждён.

– Ах, какой политес, какие игры! – Владимир довольно потирал руки, ноздри его возбуждённо раздувались. – Ах, какая игра-то интересная затевается! Поучаствовать бы в ней! Так вот засел здесь, как медведь в берлоге! Какая досада!