Чтение онлайн

В ответ ни звука. Охренели, наверное. По сторонам оглядываются.

— Мы просто мимо идем! — продолжил монолог Леший. — Домой возвращаемся! Нам ваш магазин вообще никуда не стучал! Давайте по-хорошему разойдемся, мужики! Тем более…

Его прервал множественный грохот автоматных очередей. Ребята в военном камуфляже по звуку примерно определили наше местоположение и тупо начали стрелять. Даже дослушать не захотели. Вот уроды!

Стена здания дрожала от вонзающихся в нее пуль. Я быстро прикинул в уме: вопреки сложившемуся мнению, пуля калибра 5.45, выпущенная из автомата Калашникова, не пробивает насквозь стальной рельс. А керамзитобетонный блок толщиной четыреста миллиметров? Пробьет или нет? Сейчас узнаем…

Леший дал отмашку. Мы синхронно встали, высунулись из своих проемов, я справа, он слева, так, чтобы нас могли видеть только те, в кого мы стреляем, и начали воевать войну.

Ситуация во дворе немного изменилась. Двое военных, боковым шагом двигались ко входу в подъезд, а третий стоял там же, у трансформаторной. Все трое хаотично поливали огнем нашу стену. Я решил начать с самого смелого, который остался на месте. Положив левый локоть на подоконник, выпустил две короткие очереди. Есть контакт! Две пули в грудь, одна в голову. Не понял, был там на туловище бронежилет или нет, но шлема на голове точно не было. Даже отсюда было видно, как его башня дернулась от попадания и выпустила небольшое облако кровавой пыли. Дальше смотреть не стал, нырнул вниз и перекатился на два проема левее. И очень вовремя. Оставшиеся двое заметили вспышки и теперь уже били прицельно, выбивая куски стены у только что покинутого мной окна. Я снова встал, быстро нашел в прицеле обоих. В натуре, бараны, так и идут вместе, вы бы еще за руки взялись. Снова очередь, правый завалился набок, левый со всех ног бросился к подъезду. Я хотел добить и его, но что-то дернуло меня внутрь здания, и тут же откос проема, из которого я стрелял, взорвался косой строкой пулевых попаданий.

Блин! Кто-то четвертый был в этом дворе, видимо, немного левее остальных. Причем кто-то очень меткий, вон как плотно садит! А чуйка-то у меня заработала на полную! Адреналин, мать его…

— Что у тебя? — прорвался сквозь визг и грохот голос Лешего.

— Двое!

— У меня тоже! — короткая очередь. — Нет, трое! Что-то их как-то больше оказалось!

— Да я уж понял! — проорал я, пытаясь высмотреть меткого засранца из первого проема. Не видел я его и все тут! Зато он меня видел. Стоило мне нагнуться, стена задрожала и меня засыпало бетонной крошкой.

Этаж простреливали уже с трех сторон. То ли окружить успели, то ли со стороны Симферопольской еще подтянулись. Пули с визгом проносились над нами во всех направлениях, попадали в колонны, в потолок, рикошетили. Стены дрожали без перерыва. Я снова выглянул во двор. Без изменений. Засели, гады, пристрелялись…

— Этажи меняем! — скомандовал Леха. — Ты вверх, я вниз.

Метнулись на лестницу. Леший побежал на четвертый, я поднялся на шестой. Здесь не успели заполнить пространство между наружными колоннами керамзитобетоном, выложили только несколько рядов под окна, высотой около метра. Причем выложили неровно, получилось нечто вроде средневековых бойниц на гребне крепостной стены. Ну, мне это только на руку.

Я подполз к одной из таких бойниц, осторожно высунулся. Двор стал виден еще лучше, но мой главный противник так и не показался. Зато я увидел чувака, которых прятался около подъезда. В здание зайти он побоялся, стоял за декоративной стенкой, поддерживающей козырек входа. По этой стенке архитектор красиво разбросал прямоугольные отверстия разной величины, сквозь которые я видел кусок спины и лицо, сидящего на корточках бойца. Максимально прижавшись к левому углу бойницы, я переключил оружие на одиночный режим стрельбы, тщательно прицелился в область виска или уха, видневшуюся через отверстие, выбрал свободный ход спускового крючка, медленно выдохнул и выстрелил. За стенкой брызнуло красным. Я резко переместился к правому углу, одновременно включая автоматический режим, во все глаза пялясь во двор. Есть! Движение, а потом вспышка в густом кустарнике перед противоположным домом. Я отпрянул от бойницы, которую в следующий момент вдвое расширила меткая очередь, перекатился метра на три вправо, мысленно удерживая перед глазами точку, высунулся из другой бойницы и расстрелял остаток магазина в этот кустарник.

Лег, вжавшись в пол, ожидая ответной очереди. Тишина. Нет, конечно, не тишина; грохот вокруг такой, что, кажется, трясется даже воздух, но конкретно по мне больше не стреляют.

Перекатился обратно, приподнял глаза над краем стенки. В кустарнике по-прежнему ничего не видно, а вот серый цоколь здания за ним забрызган чем-то красным. Явно не кетчупом. Укатал-таки я снайпера! А не хрен, потому что!

Перезарядился. Оставалась всего одна коробка. Посмотрел направо, в сторону Шестерочки. На проезжей части валялись три трупа. Вспышки сверкали у магазина и с улицы. Да, их явно больше одиннадцати было. Снизу донесся вопль боли, а потом трехэтажный мат Лешего. Я бросился к лестнице, с замиранием сердца скатился на два этажа, выскочил — живой! Левая рука безвольно висит вдоль тела, на пыльный бетон капает кровь, а он, уперев приклад автомата в стык плеча и груди, херачит с одной руки, как ни в чем не бывало. Увидел меня, дернул головой на противоположную стену:

— Страхуй! Оттуда тоже лезут!

— Во дворе чисто! — крикнул я. — У меня четыре.

— А у меня хрен знает сколько, я уже не считаю! Подбили меня, суки!

Согнувшись, я подбежал к стене напротив, выглянул, быстро окинул взглядом пространство. Ряды металлических гаражей, автостоянка, а дальше виднеется Симферопольская. Немного не дошли.

Вспышки на крыше одного из гаражей и тут же свист и удары пуль по стене в полуметре от меня. Я упал на пол. Вот, блин, расслабился! Чуть в лицо не поймал! Подобрался к соседнему проему, выпрямился, дал очередь по той крыше, но на ней уже никого не было. Шустрый. Зато увидел другого военного, метрах в ста, бегущего в нашу сторону вдоль забора стоянки. Дал пару очередей по нему. Все мимо. Тот залег в кучу каких-то бетонных столбов, сваленную между гаражами, и начал стрелять. Тоже мимо. Справа раздались выстрелы. Тот, первый, сменив позицию, расстреливал меня уже метров с сорока.

Следующие минуты прошли в ожесточенной перестрелке. Разрываясь между двумя противниками, действовавшими довольно грамотно, я не мог нормально прицелиться и тупо скакал от окна к окну. За это время чувак, который прятался в куче хлама, успел вдвое сократить расстояние и бил уже намного точнее. Не задело меня до сих пор просто чудом. За моей спиной тоже было жарко. Не знаю, сколько там было против Лешего, но судя по его рычанию и ругани, — немало. Короче, блокировали нас конкретно. Блин, что мы им сделали-то? Им вообще по барабану до потерь? Камикадзе какие-то…

У меня в магазине кончились патроны. Я прижался к бетонной колонне спиной, разорвал последнюю коробку, начал наполнять магазин. Пальцы тряслись. Не от страха, от усталости. Второй день воюем без передыха.

Раненный Леха, как тасманский дьявол из мультика, волчком метался вдоль стены, поливая огнем и матом невидимого мне противника. Кровью вокруг все закапал, а ему по хрен. Долбит и долбит.

Длинная очередь. Мелькнул трассер. Леший резко присел, зажав автомат между бедром и икрой, здоровой рукой вынул и отшвырнул магазин, выхватил и одним движением вставил новый. Все той же рукой передернул затвор, перехватил автомат, упер в плечо, высунулся и снова начал поливать огнем окрестности. Сия процедура заняла от силы секунды три. Все это время левая рука висела, как парализованная. Да. Пес войны… Зря разговаривать не захотели, ребята. Очень зря…

— Последний магазин, — крикнул он. — Еще только Вовин автомат и все!

— У меня тоже последний! — проорал я.

Он меня, видимо, не услышал, так как в этот момент чуть ли не по пояс высунулся из окна и дал короткую очередь куда-то вниз. Отскочил, тоже прижался к колонне, посмотрел на меня.

— Еще один! Настырные какие, суки! — повторил он мои мысли. — Чего прицепились-то?

— Что с рукой? — спросил я.

— В плечо навылет, — отмахнулся он. — До свадьбы заживет.

Выстрелы неожиданно смолкли. Практически одновременно со всех сторон. Враг то ли перезаряжался, то ли менял позицию, а может, вообще, решил отступить. Это было бы очень хорошо. Для всех.