Чтение онлайн

Пурпурно-серые оттенки неба наполняли меня меланхолией — много лет назад моя мать назвала бы это время суток «вечерней зарёй». В данный момент зловещие цвета подходили под моё мрачное настроение. В голове горели образы Джеммы и Кэтрин задолго до встречи с убийцей. Когда они сидели рядом на диванчике и улыбались, наслаждаясь вином и пиццей.

Конечно, не убийца вызвал у Джеммы психическое заболевание, но сложно было не винить его в смерти девушки, поскольку он убедил её в том, что она его слуга. Теперь я ещё решительнее захотела поймать этого ублюдка.

И начать можно с Роана.

Я направлялась по узкому пешеходному переулку к «Винному Бару Лероя», находившемуся в стороне от главной площади, и задавалась вопросом, не схожу ли я с ума.

Возможно, данная миссия опять окажется мартышкиным трудом. Неделю назад я бы никогда и не подумала проверять подобную зацепку. Но теперь, столкнувшись с таким количеством непонятных мне вещей, я отчаянно желала получить какие-нибудь ответы. Достаточно отчаянно, чтобы поговорить с ненадёжным и потенциально опасным источником информации вроде Роана. Может, он скажет мне что-нибудь, что прольёт свет на неизвестные переменные в этом деле. А может, он пояснит, что он имел в виду, говоря «не человек». Это какое-то расистское выражение? Или Роан действительно намекал на нечеловеческого убийцу?…Монстра?

В любом случае, мне нужно знать больше, и у Роана могли иметься ответы.

Я остановилась перед «Винным Баром Лероя» — старинная с виду коричневая вывеска с золочёными буквами. Даже с моим небольшим ростом я едва не стукнулась головой о притолоку, когда входила. Должно быть, это здание было построено тогда, когда из-за плохого питания никто не вырастал выше метра ростом.

Я спустилась по покосившейся лесенке, будучи уверенной, что каблуки моих чёрных туфель непременно пробьют насквозь старую древесину ступенек. Мой наряд, состоявший из крохотного чёрного платья и туфель на каблуках, был подобран таким образом, чтобы застать Роана врасплох. Помада ягодного цвета, лёгкое мерцание пудры на щеках, слегка открытое декольте и обнажённые ножки. Классическая ловушка для мужчины.

Лестница вела в каменное помещение, тепло освещённое свечами, отсветы от которых плясали по древнему каменному полу. От основной круглой комнаты отходили туннели, столь же наполненные людьми, как и главное помещение.

Стоя на пороге, я осмотрела пространство. Постоянные посетители толпились вокруг круглых деревянных столиков, поверхность которых выглядела потёртой от долгой службы. Люди ели хлеб и сыр, пили красное вино. Под светильниками на каменных стенах висели какие-то геральдические щиты. Слыша бормотание десятков голосов в ушах, я сразу же расслабилась.

Однако толпа показалась мне странной. Здесь присутствовало несколько пожилых мужчин и женщин, собравшихся группами по три-четыре человека. За одним столиком разместились три самых крупных мужчины, которых я видела в своей жизни — у каждого руки были толщиной с всё моё тело. Куда ни взгляни, я видела что-то, казавшееся мне необычным: женщина, одетая как графиня елизаветинской эпохи с кроваво-красными драгоценными украшениями и кружевными рюшами. Коротенький и волосатый мужичок, одетый в распахнутый жилет на голое тело. Столик детей, которым не исполнилось и двенадцати. Стройные, ошеломительно красивые женщины с идеальной кожей, нарядившиеся в невесомые полупрозрачные одеяния, которые ничего не скрывали от постороннего взгляда. Кот в якобитском воротнике из рюшей, который устроился на старом клавесине у стены.

Я посмотрела на свой наряд и внезапно почувствовала себя слишком просто одетой в своём коротком чёрном платье. Даже кот и тот получше прихорошился.

В любом случае, Роана нигде не было видно.

Я шагнула глубже в комнату, и пламя свечей дрогнуло. Я готова была поклясться, что на мгновение в приглушенном освещении увидела другую толпу. Кожа огромных мужчин сделалась серой и потрескавшейся. Глаза графини сверкнули красным, зеркально вторя её украшениям. Из спин детей показались прозрачные крылышки.

Я моргнула, и видение пропало, комната вернулась к норме. Ну, насколько нормальной её можно было считать прежде. «Ладно, Кассандра. У тебя точно кукуха едет».

Всё ещё потрясённая, я присмотрелась к щитам на стенах. Под пляшущими отсветами свечей располагались изображения фениксов, трав, воронов, плачущих горлиц. С одного из них был стёрт рисунок, а последний щит заставил моё сердце сжаться в груди. Это был человеческий череп под синей линией воды. Совсем как на татуировке Джеммы.

Занервничав, я подошла к одному из туннелей, ища свободный столик, где можно было бы сесть спиной к стене и видеть всё помещение. Но все места были заняты. Я взглянула на бар. Бармен прислонялся к старому деревянному столу перед древними винными бочками.

Я нахмурилась. Отсюда имелся лишь один путь к отступлению — по той шаткой старой лестнице. Не лучшее место, чтобы застрять, если придётся по какой-то причине уносить ноги. На мгновение я подумала уйти и подождать Роана снаружи, на открытом пространстве.

Нафиг. Рискну. Я пошла к бару, сжимая свою маленькую сумочку. Бармены всегда что-нибудь знают, верно?

На ходу я продолжала краем глаза видеть зловещие, необъяснимые образы. Проблески цветов, звуков и запахов, которые как будто возникали из ниоткуда — аромат рябинового дерева, пара нот, пропетых сорокой, лица, которые выглядели странно животными… Это всё равно что идти сквозь вечеринку в честь Хэллоуина, только костюмы то и дело пропадали, как только я поворачивалась, чтобы посмотреть на них. Графиня заметила, что я пялюсь, и бросила на меня яростный взгляд. Добравшись до бара, я отодвинула стул и села рядом с подростком, которому в таком заведении вообще не место. Нимб светлых кудрей обрамлял его лицо херувимчика, и присмотревшись поближе, я заметила, что его футболка обветшала и порвалась под чёрной пыльной курткой. На ней красовалась надпись «Никому Не Верь» и изображение глаза в треугольнике.

Супер. Любитель теорий заговоров. Они обожали агентов ФБР.

Вокруг него витало облако марихуанового дыма, глаза были покрасневшими и наполовину прикрытыми.

— Ну же, приятель, — подросток побарабанил кончиками пальцев по барной стойке. — Я умираю с голода, Лерой!

— Нет, — бармен спокойно посмотрел на него из-под экстравагантных серебристых бровей, протирая бокал полотенцем.

Вывеске снаружи на вид было несколько сотен лет. Как здесь мог до сих пор работать кто-то по имени Лерой? Они выдвинули это условие в вакансии?