Чтение онлайн

Я схватила его за руку.

— Мне нужен кто-то, кто понимает происходящее и может обрисовать доступные мне варианты. Нериус просто говорит мне убивать всех подряд. Бранвен уехала на миссию. А Эльрин и я... ну, тут всё сложно.

— Нельзя сказать, будто у меня есть опыт в должности правительственного советника.

Отчаявшись, я подтащила его ближе и изобразила свой самый гневный взгляд.

— А никого другого и нет. Я Кассандра Уила Брок, Владычица Ужаса. И ты сделаешь так, как я прошу, иначе познаешь мой гнев.

Элвин украдкой осмотрелся по сторонам, его лицо побледнело.

— Ты будешь в долгу передо мной за такое, дружище.

— Ничего я не буду должна. Ты сделаешь это, чтобы вернуть себе место в мире Неблагих. Сделаешь это ради своего народа. И ради себя.

Элвин мрачно уставился в пол. Внезапно Лерой подвинул к нему тарелку с мягким сыром и высокий бокал вина.

— Элвин Таранис, Особый Советник. Это за счёт заведения.

Элвин удивлённо моргнул и уставился на сыр так, будто тот сейчас сожрёт его самого. Я бросила на Лероя благодарный взгляд, который он тут же проигнорировал.

— Ладно! — Элвин сердито посмотрел на меня, и его глаза блеснули оранжевым. — Чёрт возьми. Стоит пару раз помочь женщине, и вдруг твоя задница уже принадлежит ей.

Я победоносно выдержала его взгляд.

— Ты знаешь, где я остановилась?

— Конечно, знаю.

— Я забронировала тебе номер. Я хочу, чтобы ты притащил туда свою задницу после того, как доешь еду. Женщина по имени Иделиса достанет тебе хорошую одежду.

Он посмотрел на свои помятые штаны, а я прочла слоган на его футболке: «Если Земля не плоская, тогда почему горизонт прямой?»

— А что не так с моей одеждой?

— Просто носи то, что она скажет тебе носить, ладно? Поверь мне на слово, так будет проще, — я допила последние капли кларета. — Я рада, что мы поговорили.

— Подожди, — он соскочил со своего стула.

— Что? — спросила я, удивлённая внезапной напряжённостью его выражения.

— Все эти штуки... борьба за территорию, оскорбления, сердитые лорды... это может подождать до завтра. Но Грендель что-то задумал. Ты ведь это знаешь, верно?

Я слегка кивнула.

— Есть идеи, что он замышляет?

— Нет, — он пожал плечами. — Но он что-то задумал. Типа, прямо сейчас. Ты не можешь позволить, чтобы он перехитрил тебя, Касс.

— Не перехитрит, — сказала я, и в моём голосе было намного больше уверенности, чем я ощущала. — Скоро увидимся.

***

Я припарковала машину на тёмной стороне улицы, южнее реки — примерно в миле от места, которое раньше было особняком Роана. Сильный дождь барабанил по машине. Я выключила двигатель и фары. Сомневаюсь, что в такую ночь кто-то заметит меня здесь.

Я жалела, что мне не хватило дальновидности купить себе чипсов и кукурузок. Ночь могла оказаться долгой, но хотя бы у меня имелся термос с кофе.

Я достала зеркало из сумочки — квадратное зеркало примерно сорок сантиметров шириной. Я посмотрела в прозрачное стекло, мысленно связываясь с ним и ища Гренделя. Я легко нашла его, поскольку на него указывало несколько отражений. Я перебирала их в своём зеркале и наконец остановилась на том, которое давало ясный вид его лица.

Он сидел в одной из спален особняка Роана. Я мысленно поправилась — его особняка. К моему удивлению, он отдыхал не в бывшей спальне Роана, которая была хозяйской. Этот выбор показался мне странным. Грендель явно захотел бы лучшую комнату.

Я поморщилась, когда заметила голую женщину, лежавшую на постели рядом с ним. Как и все женщины Гренделя, она была покрыта синяками, у неё был подбит глаз и кровоточила губа. Сначала я даже не заметила её из-за неподвижности — она тупо смотрела в пространство, может, стараясь, чтобы он не вспомнил про неё вновь. Меня тошнило от того, что мы образовали союз с этим монстром и дали ему больше власти.

Он был одет в тесные кожаные штаны, верхняя половина тела оставалась обнажённой. Поверх бледных и сальных складок его живота болталась тазовая кость. Он продолжал трогать её пальцем, ласкать её изгибы, время от времени высовывая язык и облизываясь. Внезапно я порадовалась, что не захватила чипсы, иначе сейчас заблевала бы всю машину оранжевой рвотой.

Грендель говорил, и я сначала не понимала, то ли он бурчит себе под нос, то ли обращается к женщине. Судя по её отсутствующему взгляду, она не прислушивалась ни к единому его слову. Но потом, через несколько секунд, она кивнула и произнесла одно-единственное слово. «Да».

Обмен репликами продолжался, Грендель говорил, а женщина через определённые промежутки отвечала фразами вроде «конечно» и «вы правы». Один раз она как будто задержалась с ответом, и Грендель резко повернул голову, рявкнув что-то на неё. Женщина побледнела и лихорадочно закивала. Её глаза широко распахнулись, и, похоже, она раз за разом повторяла «да, конечно».

Испытывая отвращение, я постаралась сосредоточиться на губах Гренделя и заглушить остальные отвлекающие факторы. Меня обучали читать по губам на базовом уровне, но чертовски сложно было делать это, не зная контекста. Я чётко понимала, что происходит с женщиной. Она просто симулировала интерес и покорность, чтобы её не ударили вновь. Но вот бесконечный монолог Гренделя понять было сложнее.

Постепенно я начала различать кое-какие фрагменты, повторяющиеся фразы. «Он заплатит» и «они заплатят» слетало с его губ как мантры. Была ещё одна фраза, которую он повторял раз за разом, и весьма пылко, и женщина всегда реагировала на неё, но мне понадобилось некоторое время, чтобы её разобрать.

Когда я сделала это, мой желудок скрутило узлом. «Я истинный король».

«Ну всё». Завтра вернусь с микрофоном и установлю в его комнате. На самом деле, мне стоит установить прослушку во всём доме. Это будет несложно, поскольку я могла проходить через зеркала. Я сомневалась, что Гренделю известно, что такое прослушка.

Как раз когда я собралась отложить зеркало, дверь в комнату Гренделя открылась, и вошёл один из здоровенных телохранителей Гренделя. Женщина вяло натянула на себя одеяло, прикрываясь, хотя телохранитель даже не глянул в её сторону. Вместо этого он повернулся лицом к Гренделю. Я изменила точку обзора, перескочив на другое отражение. Теперь я видела и губы телохранителя, и губы Гренделя одновременно. Здоровяк держался прямо и бдительно, говорил чётко, что меня устраивало. Понимать его было намного проще.