Чтение онлайн

Его голос все еще звучал непривычно. Аттребус полностью не доверял спутнику, но начинал испытывать сочувствие. Во всяком случае, Сул кровно заинтересован уничтожить Умбриэль. Значит, и во многом другом они могут стать настоящими союзниками.

— Значит, Радаса говорила обо мне правду? — вздохнул принц.

— О, во имя всех богов! — едва не застонал данмер. — Ты снова начинаешь? Ты по-прежнему стыдишься? Думаешь, все знают?

— А разве нет?

— Конечно же нет. — Голос Сула немного смягчился. — Большинство людей не догадываются, что образ героя-принца — поддельный от начала до конца.

— Мой отец, моя мать, придворные… Они, должно быть, посмеивались за моей спиной.

— И что с того? Ведь народ верит в тебя.

— Люди верят лжи. Ты сам сказал.

— Тогда она должна стать правдой, болван! Стань тем, кем они тебя считают!

— Ты думаешь, это возможно? — Надежда всколыхнулась в душе Аттребуса.

— Не знаю. Но ты можешь попытаться.

— А ты мне поможешь?

— Боюсь, мне придется помочь.

— Почему?

— Ты сам сказал — нас, идущих на битву против Умбриэля, всего двое. Нам нужно добраться до Морровинда и при этом опередить Умбриэль.

— Зачем? Что такое спрятано в Морровинде? Почему ты думаешь, что Умбриэль летит именно туда?

— Просто поверь мне. Мы не сможем одолеть летающий остров, если будем двигаться пешком или на лошадях. Я думаю, что смогу найти способ перемещаться быстрее, но вначале нам следует заглянуть в Нибенскую долину. И весьма полезно было бы обзавестись союзниками. Принц Аттребус из легенд сумел бы найти поддержку.

Аттребус подумал немного и решил, что предложение данмера не лишено здравого смысла.

— Спасибо, — кивнул он.

Сул весьма неохотно вернул поклон.

— Осталось прояснить еще кое-что… — настойчиво продолжал принц.

— Что такое?

— Легендарный Аттребус не может нарушить обещание, данное Лесспе. Уж если он взял деньги у каджитов, то просто обязан добыть для них лунный сахар.

Довольно долго Сул молчал, глядя под копыта коня, а потом его плечи расслабились.

— Хорошо! — сказал он.

Здания Риммена, цвета слоновой кости, могли похвастать немногими башнями, но большим числом куполов. Люди-солдаты, охранявшие ворота, придирчиво осмотрели Сула и Аттребуса, но в конце концов пропустили их в город. Следующую сотню ярдов приезжим пришлось уныло плестись по узкому проходу между крепостными стенами, увенчанными площадками для лучников, магов и камнеметных машин, а потом они оказались на рынке. Суетливая, яркая толпа бурлила между жмущимися друг к другу лавками и навесами. С площади начиналась широкая улица, ограниченная по сторонам каналами. Она вела ко дворцу с золотыми куполами, который стоял на каменном возвышении в окружении деревьев. Со всех четырех сторон дворца низвергались каскады, питая каналы.

Аттребус задумался: откуда здесь может взяться столько воды? И никакого иного объяснения, кроме волшебства, в его голову не пришло.

Позади восточной стороны дворца виднелась неровная, обрамленная множеством куполов крыша здания — по всей видимости, того самого храма Акавири, о котором упоминала Аннаиг. Принц видел единственное строение с подобной архитектурой — храм Небесного Повелителя, — да и то издали, когда в возрасте десяти лет охотился с отцом и придворными в горах к северу от Брума. Он вспоминал об этой поездке почти с нежностью — тогда принцу удалось убить первого медведя.

Или уже не вспоминал? На многое из своего прошлого Аттребус теперь глядел под другим углом. Если подумать, тот медведь вел себя как-то странно… Был ранен и едва волочил ноги? Или его отравили? А может быть, околдовали, чтобы его высочеству не пришлось трудиться и подвергать жизнь опасности?

Зачем отец так поступал с ним? Почему?

Отогнав невеселые мысли, принц попытался сосредоточиться и старательно запоминать увиденное: ведь он обещал Аннаиг описать Риммен.

Для жителя Империи первой особенностью города было наличие множества каджитов: они составляли более половины толпы. Не привыкшего к этому принца поразило, что многие шли с пустым или, напротив, полубезумным взглядом, сжимая в руках трубки со скумой. Теперь он начал лучше понимать Лесспу и ее сородичей.

Пройдя через площадь, они пересекли канал по пешеходному мосту и двинулись дальше по узкой улочке. Тихонько звучали многочисленные колокольцы, развешанные под крышами домов, порхали в тени голубовато-зеленые мотыльки. Одурманенных каджитов здесь встречалось еще больше. Некоторые пытались попрошайничать, хватая прохожих за полы одежды и протягивая дрожащие ладони, но большинство, будучи телом на улице, душой странствовали в мире грез.

Наконец принц и Сул вышли на небольшую квадратную площадь с мрачного вида зданием посредине, которое по четырем углам охраняли гвардейцы в фиолетовых сюрко и красных кушаках. Вывеска над дверью гласила, что здесь расположен государственный склад королевства Риммен.

На входе их снова осмотрели, даже похлопали по бокам, возможно, в поисках спрятанного оружия, а потом пропустили в комнату, где стояла очередь примерно человек из двадцати. За прилавком копошилось несколько сотрудников: один из них, альтмер, непосредственно общался с покупателями, а его помощники раскладывали товар в бумажные пакеты.

— Держи! — Сул протянул принцу мешок с деньгами. — Твоя идея — тебе и стоять.

— Что делать? — удивился Аттребус.

— Ты никогда не стоял в очереди, как я понимаю?

— Никогда.

— Замечательно! Заодно наберешься новых жизненных впечатлений. А я посижу под стеночкой. Когда дойдешь до продавца, я подойду.

Альтмер за прилавком выглядел не слишком приветливым — скорее всего, просто смертельно устал. Он принял золото из рук Аттребуса и взвесил мешочек.

— Чего желаете?

— Лунного сахара.

— Здесь будет на сорок фунтов.

— Шестьдесят, — возразил принц, который и раньше любил поторговаться, заключая сделки.