Чтение онлайн

— Я быстро сдался, правда? — спросил он полушутливо.

— Верно, — согласилась Сьюзен, и ее улыбка потеплела. — Очень быстро.

Он все еще держал ее ладонь в своих руках.

— А теперь, когда все решено и нам почти не на что надеяться, что мы будем делать?

Американка мягко отняла свою руку и, бросив на кровать блокнот, спустила ноги на пол.

— Завтракать, конечно, — ответила она. — У нас полно дел

Позже в то же утро

Понедельник, 28 апреля

Сьюзен выключила бормотавшее в машине радио.

— За сотню лет Джан усвоил одно, — сказала она. — Люди его боятся.

Дэвид кивнул.

— Почему бы нам ему слегка не подыграть? — предложил он. — «Быстрорастворимая бумага» звучит слишком вызывающе. К тому же нам не следует настаивать на встрече в аэропорту. Это будет выглядеть так, словно мы навязываем ему свои условия. — Он задумался. — Джан не ждет от нас сопротивления, ты права, но все-таки не стоит его провоцировать. — Дэвид побарабанил пальцами по рулю. — Может быть, лучше подать все так, будто мы пытаемся поскорее от него избавиться? Мол, садись в самолет — и с глаз долой. Вот почему мы хотим встретиться в аэропорту. Психологически это прозвучит вполне правдоподобно — жертва всегда испытывает страх.

Они снова ехали через Уэльс, возвращаясь тем же путем, который проделали накануне. Стояло уже позднее утро, и солнце пряталось в низких тучах, тянувшихся по обеим сторонам дороги.

— Хорошая идея, — улыбнулась Сьюзен. — Просто удивительно, как легко ты чувствуешь себя в шкуре неудачника. Помнишь, на пароме ты говорил, что тебе удаются роли бедных родственников?

— Ну, там это была просто импровизация, — скромно ответил Дэвид. — Я хотел нам помочь, только и всего. И потом, ты не думаешь, что это твое влияние?

— В любом случае результат налицо. Если бы не ты, нас бы заставили проходить обычную регистрацию.

Дэвид отвесил шутливый поклон, насколько это позволяло кресло водителя.

— Вот что значит офисная служба, — заметил он. — До недавнего времени я был самым младшим сотрудником на всех рабочих совещаниях. Там я научился, как надо создавать условия, в которых человек сам охотно предлагает тебе помощь. Например, если показать, что ты хочешь кого-то обставить, тебя тут же примут в штыки. А вот если дать собеседнику немного попыжиться да почувствовать себя героем, тогда можешь брать его голыми руками.

Сьюзен наморщила нос с комической брезгливостью.

— Будем надеяться, что ты используешь свои таланты на благие цели, — сказала она почти серьезно.

Дэвид с подозрением покосился на американку.

— Ты хочешь сказать, что никогда не манипулировала людьми?

Она состроила гримасу.

— Нет, обычно я просто отшвыриваю их с дороги, а дипломатию использую потом, чтобы загладить нанесенный ущерб.

Дэвид пожал плечами.

— Да, звучит очень благородно. Сам я на такое не способен, но мне нравится. Все равно что пожать человеку руку, прежде чем на него напасть. — Помолчав, он добавил: — Но на меня можешь не рассчитывать.

Сьюзен покачала головой, но не удержалась от смешка.

Дэвид вдруг помрачнел.

— Ты знаешь, в нашем плане зияет огромная дыра, — пробормотал он. — Мы не знаем, что делать с Ди после того, как все закончится. Если она приедет в аэропорт вместе с Джаном, ей придется пройти регистрацию под его присмотром — и тогда он узнает, куда она летит. Мы можем купить ей билет заранее и оставить его где-нибудь в зале вылета, но все равно он будет рядом. Как только Джан выяснит, где ее искать, она снова окажется в опасности и все пойдет к черту. — Он взглянул на Сьюзен. — Как по-твоему, сколько свободных мест остается в самолете к моменту регистрации — скажем, бизнес-класса? Думаю, довольно много. Если что-то пойдет не так, Джан может в последний момент взять второй билет и прихватить ее собой. И что мы тогда будем делать?

Американка похлопала его по руке.

— Не стоит так мрачно смотреть на вещи, — сказала она успокаивающим тоном. — Надо надеяться на лучшее.

— Господи, Сьюзен, все это очень серьезно! — воскликнул Дэвид, не удержавшись, и тут же пожалел о своих словах.

Лицо девушки потемнело.

— Я знаю, что это серьезно! — бросила она разгневанно. — Прекрасно знаю.

— Да-да, прости, — пробормотал он. — Ты права. Сьюзен немного остыла.

— Ладно, давай разберемся. Я думаю, вряд ли он забрал паспорт Ди — на кой черт он ему сдался? Поэтому мы купим три билета на один рейс. Я надену черный парик и подкрашусь так, чтобы выглядеть как Ди. Потом зарегистрируюсь под ее именем вместе с багажом. Дальше я сниму парик, переоденусь и через полчаса пройду регистрацию у другой стойки, но уже под своим именем. Даже если во второй раз меня! кто-нибудь узнает, я всегда могу сказать, что мы близнецы. Ведь у них нет даты ее рождения, верно? А раз уж мы сестры, почему бы нам не быть близняшками?

Дэвид нахмурился.

— Но ведь Джан тоже купит для нее билет?

— Верно, — кивнула Сьюзен. — Как только я закончу, ты сделаешь вид, что нашел ее паспорт, и передашь его администрации. Ди скажет, что потеряла его, и заберет себе. Получается, она зарегистрируется сразу на два рейса, но Джан будет знать только об одном. Первый билет позволит ей получить посадочный талон и войти в зал вылета, а потом она воспользуется вторым билетом и удерет от Джана.

Дэвида ее доводы не убедили.

— Меня беспокоит этот второй билет. Ты выдашь себя за Ди, чтобы пройти регистрацию, но потом ее билет исчезнет в твоем кармане. Его не увидят ни служба безопасности, ни паспортный контроль, вообще никто. Он словно растворится в воздухе. И когда она попытается пройти с ним на посадку, ее просто не пустят в самолет.

Сьюзен покачала головой:

— Я не думаю, что они отслеживают такие детали. Но даже если так, в чем они смогут ее обвинить? У нас есть Ди, ее паспорт и билет, и мы полностью готовы к вылету. В худшем случае ее заподозрят в том, что она телепортировалась в зал ожидания, но это еще не основание, чтобы не пускать ее на посадку. Скорее всего они решат, что служба безопасности дала маху.

Дэвид кивнул:

— Да, кажется, в самом деле получается. А как насчет того билета, который купит Джан? У нас не будет неприятностей, если она не явится на рейс?

— Поскольку багажа нет, самолет просто отправят без нее. Конечно, если они станут проводить расследование, все выплывет наружу, но никто не поймет, зачем это было нужно. Для вора или террориста такой трюк не имеет смысла, потому что от него нет абсолютно никакого толку. Мы купили билеты на два рейса, а воспользовались одним — ну и что? Не из-за чего поднимать шумиху.