Чтение онлайн

Сидорчук аж побелел:

— Как нет хлеба? Такого не может быть! Сам вчера проверил — заявки всех магазинов выполнены!

— Меня не интересуют все магазины, товарищ Сидорчук! Меня интересует самый главный хлебный магазин!

— Заявка центрального фирменного магазина по улице Зеленой, точно помню, полностью выполнена, Дмитрий Сергеевич!

— Видите, товарищи члены бюро, начальник объединения хлебозаводов даже не знает, какой у него самый главный магазин! Сколько лет вы работаете в этой должности?

— Шесть лет, Дмитрий Сергеевич!

— И за шесть лет вы до сих пор не изучил, какой самый главный хлебный магазин в городе? Так вот, объясняю, что самый главный магазин — на углу улиц имени Чаумяна и Шалаева, куда ходит Сам Первый Секретарь Крайкома Товарищ Видунов! И еще запомни, что хлеб — это не еда, а это в первую очередь — политика! Так вы что, два Сидорчука, даже если вы и не родственники, решили делать политику в городе? И вы думаете, что мы это вам позволим? Оставили самый главный городской магазин на праздники без хлеба! Товарищи члены бюро! За срыв обеспечения предпраздничной торговли хлебом я предлагаю обоих Сидорчуков исключить из партии и снять с работы! Начальнику автобазы по завозу продуктов, он находится здесь и нас слушает, надеюсь, ясно, как нужно относиться к магазину № 69, предлагаю на первый случай объявить выговор!

— Товарищ Первый Секретарь! Мне то за что, ведь заявки не было? — вскочил с места начальник автобазы. — Я же в чем виноват?

— Так! Товарищ ничего не понял! Предлагаю за бесконтрольность при завозе хлеба объявить начальнику автобазы Приходько строгий выговор с занесением в учетную карточку! Может, после этого поймет за что. Товарищи члены бюро, у кого есть какие замечания или возражения по проекту решения? Нет? Решение принимается. Кстати, сейчас же немедленно завезти в магазин № 69 свежий хлеб! Зав. орготделом — лично проследите! Теперь у меня есть замечание. Мы сегодня пригласили на заседание бюро всех заместителей председателя и начальников отделов и управлений горисполкома, чтобы они воочию убедились, как они руководят городом, особенно к празднику! И чтобы осознали на будущее! Все! Заседание бюро закрывается! Все свободны!

Дмитрий Сергеевич отвернулся и подошел к окну. И вдруг лицо его побагровело, брови поднялись, глаза полезли на лоб. На площади перед зданием горкома вокруг еще вчера установленной и украшенной городской елки суетились какие-то рабочие и монтировали какие-то громадные, в три человеческих роста, фигуры. Дмитрий Сергеевич повернулся к стоящему рядом заведующему орготделом горкома:

— Кто у нас ответственный за установку елки?

— Начальник управления коммунального хозяйства горисполкома Юрий Григорьевич Налий!

— А ну-ка, быстро, немедленно, вернуть сюда Налия!

Заведующий орготделом стремглав побежал на выход искать Юрия Григорьевича.

Начальник управления коммунального хозяйства в Зеленодарском горисполкоме был, пожалуй, самым главным мальчиком для битья (ну, может быть, кроме еще мэра и зам. мэра по коммунальному хозяйству). На него больше всех постоянно, еще не считая и потока жалоб жителей, сыпались со всех сторон директивы, ценные указания, приказания и, больше всего, наказания. И не только со стороны горкома, но и крайкома — ведь город был краевым центром. Начальник горжилкомхоза отвечал: за обеспечение города водой, теплом, канализацией, за уборку мусора; командовал: домоуправлениями, свалками, гостиницами, кладбищем, банями, прачечными, мостами, дорогами, улицами, трамваями, Троллейбусами, «Зеленстроем» и еще многим кое-чем. Он также должен обеспечивать монтаж и демонтаж городской трибуны, ежегодно возводимой для парада на 1 Мая и 7 Ноября, а также регулярно устанавливать под Новый год городскую елку. Пожалуй, это был единственный человек в городе, который на праздники работал, а праздники отмечал после праздников. Он был постоянно готов к тому, что его могут вызвать к начальству в любое время дня и ночи, особенно когда у начальства потек унитаз или водопроводный кран. А в дни экстремальных ситуаций — когда в городе гололед, наводнение, пыльные бури, ураган, снежные заносы, просто снегопад, оттепель, приезд большого начальства — он еще и не спал.

И вот через пару минут Ю. Г. Налий перед Дмитрием Сергеевичем.

— Вы отвечаете за обеспечение установки городской главной елки, товарищ Налий?

— Так точно, я, товарищ Волконогов!

— А что у вас творится, я вас спрашиваю? Елка еще вчера была готова, а сегодня, перед самым открытием, какая–То еще мерзость монтируется! Что это такое? Ведь вечером первый городской новогодний утренник! Что это за фигуры?

— А это будут движущиеся фигуры Деда Мороза, Снегурочки, Бабы Яги, Медведя, Волка и Зайца!

— Что за самовольство? Кто приказал установить этих уродов? Или вы решили проявить свою инициативу? Этого еще не хватало! Немедленно, через час чтобы все было разобрано и убрано! Об исполнении доложить лично!

— Товарищ Волконогов! Еле уговорили рабочих на заводе, вчера всю ночь делали фигуры, сегодня с утра устанавливают, заплатили по тройной цене!

— Ничего не знаю! Это ваш вопрос, сами проявили инициативу, сами и расхлебывайте! Чтобы через час здесь ничего не было! Выполняйте!

— Товарищ Волконогов! Да не я это придумал, будь оно проклято, тем более за день до праздника! Это вчера дал указание второй секретарь крайкома товарищ Холяков! Я всю ночь не спал, организовывал изготовление!

— Что? Товарищ Холяков дал указание, а вы до сих пор не поставил меня в известность? Что вы себе позволяешь? Вот, сами никогда не догадаетесь проявить инициативу, придумать что-то новое! Вечно за вас должны думать партийные органы, а вы только ждете указаний сверху! Объясните толком, что должны делать фигуры.

— Дед Мороз — поднимать руку вверх, Снегурочка — приседать, Баба Яга — шевелить в ступе метлой, Медведь — реветь, Волк — сучить ногами и щелкать зубами, а Заяц — бить по барабану! Все звери согласованы лично товарищем Холяковым!

— И что Волк ногами должен сучить и зубами щелкать — это тоже согласовано товарищем Холяковым?

— Так точно, товарищ Волконогов! — не краснея соврал Налий.

— Ну, ну! Так почему, Я Вас Спрашиваю, Фигуры До Сих Пор Не Работают?

— Идет монтаж, товарищ Волконогов, вот–вот заработают, сам спешу!

— Даю вам час, чтобы все фигуры заработали! Я должен лично доложить товарищу Холякову! Идите, выполняйте! И немедленно!

Несмотря на строгий крайкомовский запрет на курение, не куривший уже три месяца Дмитрий Сергеевич все-таки не выдержал, достал сигарету и закурил. Потом, уже куря одну за одной, почти час нервно ходил по ковру кабинета, заново пережевывая все превратности сегодняшнего дня. Затем, посмотрев на часы, выглянул в окно и нажал кнопку звонка к дежурному горкома.

— Налий не приходил? Срочно найти!