Чтение онлайн

— Как его зовут?

— Джон Стейнбек.

— В одном из интервью вы говорили, что это инициалы Джека Скеллинтона из мультфильма «Кошмар перед Рождеством», — сказал Рой, сверяясь с записями, — еще вы называли Джона Смита, знаменитого по истории с Покахонтас, а также упоминали Джона Сильвера.

— И Джессику Симпсон, — добавил Майкл.

— Так какой же ответ — настоящий?..

— Определенно, это Джессика Симпсон, — сказал Майкл.

«Сон в летнюю ночь» Майкл смотреть не стал. Не из-за Фабьен — он вообще не любил смотреть свои фильмы, ему было неуютно видеть себя на экране. Люди вокруг восхищались, отмечали прекрасную игру, многоплановость, выразительность — а он смотрел на экран и видел там не героя, а самого себя. На площадке, под камерами, он бы не смог отличить себя от своей роли. Но когда фильм выходил в прокат, волшебство рассеивалось. Он как будто становился слепым, когда видел себя в тщательно выставленном свете, приукрашенного обработкой, произносящего чужие слова. Виктория обожала себя на экране — а он переключал каналы, если случайно попадал на свой фильм.

Никакой награды "Сон", разумеется, не получил.

Майкл вышел из такси на подъездной дорожке, закинул на плечо дорожный рюкзак. Постоял, выдыхая облачка табачного дыма в морозный воздух. Он редко бывал здесь — реже, чем в нью-йоркской квартире, реже, чем в лондонской. Но один вид этого дома заставлял его улыбаться.

Здесь жили счастливые люди. На белой двери до сих пор висел рождественский венок с ярким бантом, в окнах второго этажа светилась гирлянда. К перилам крыльца был пристегнут детский велосипед, створчатые окна с белым переплетом закрывали аккуратно подвязанные занавески. Майкл стоял, приканчивая сигарету, смотрел в окна и улыбался.

Он помог родителям купить этот дом перед тем, как Уиннифред пошла в школу. Долго не думая, посоветовался с Эваном, который уже давно обосновался в предместьях Лондона — и тот отвез Эмму и Кристофера в свой тихий зеленый квартал рядом с Ричмонд парком. Они прогулялись по тихим улицам, где жили врачи, адвокаты и банковские служащие, посмотрели на местные школы, подумали день-другой — и решились. Кажется, сама судьба вновь селила их с Эваном на соседних улицах, как и двадцать лет назад. Вдохновившись ностальгией, Майкл попытался зазвать в Ричмонд и Томми, но тот ответил, что имел в виду по часу с лишним добираться оттуда в Шордич, чтобы открыть ресторан, а потом пыхтеть вечером в пробке, чтобы попасть домой. Да и Сара была против жизни в пригороде.

Кристофер нашел подходящий дом на углу Дикенс клоуз и Садбрук лейн: просторный двухэтажный коттедж из красного кирпича, окруженный кустами рододендронов и молоденькими вишнями. Немного смущаясь, он сказал Майклу о цене: полтора миллиона фунтов. «Берите и не раздумывайте», — сказал Майкл, выныривая из пьяного рабочего угара. — «Мне столько не нужно, сколько у меня есть».

И они взяли.

Теперь Уиннифред рассекала на скейте по гостиной и коридорам, гоняла по дорожкам парка, пугая белок. Эмма, так и не вернувшись к преподаванию после ее рождения, занималась домом, семьей и садом. Кристофер обзавелся новой автомастерской и по-прежнему работал один, только не быстро и дешево, как прежде, а долго и дорого. Он нашел свою истинную любовь — реставрировал винтажные автомобили.

Белая входная дверь с зеленым венком распахнулась настежь от грубого пинка.

— Майкл! — во всю мощь тренированных легких завизжала рыжеволосая девчонка и кинулась через заснеженный газон. Дверь так и осталась настежь. Майкл едва успел сбросить рюкзак на землю, как рыжий вихрь подлетел и напрыгнул на него с разбега. Майкл подхватил сестру обеими руками под задницу, подкинул повыше. Она вцепилась ему в шею и прильнула лицом к лицу, прижалась щекой к уху, восторженно дрыгая ногами.

— Тебя вся улица слышала, — довольно проворчал Майкл. — Ты гребаная сирена, как от тебя стекла не вылетают?

— Папарацци боишься? — торжествующе воскликнула та, отрываясь от объятий и пялясь Майклу в лицо горящим злорадным взглядом. — Да? Скажи, что боишься!..

Уиннифред было уже девять с половиной — солидный возраст. Она родилась огненно-рыжей и кучерявой, как лесной пожар, и норов у нее тоже был пламенным. Упрямая, вспыльчивая, непоседливая, она и минуты не могла просидеть спокойно — ей нужно было куда-то нестись, что-то делать, болтать, яростно спорить. Она хваталась за двадцать дел одновременно, с трудом доводя до конца хотя бы одно. Она была щедрой и прямолинейной, но совершенно не умела быть нежной и ласковой.

Майкл иногда думал, что ее гиперактивность и невнимательность — это его вина. Если бы он тем летом не попал за решетку, заставив мать сходить с ума от тревоги — Фредди родилась бы обычной спокойной девочкой. Но он попал, и ему грозило семь лет тюрьмы, и Эмма, донашивая дочь, не спала ночами из-за него — и Фредди получилась такой, какой получилась.

Майкл часто жалел об этом. И о том, что она не родилась лет на пятнадцать-семнадцать раньше. Он хотел бы быть рядом с ней в ее девчоночьей жизни, быть священной фигурой старшего брата, защищать и оберегать от разочарований и невзгод детской жизни. Может, он и сам не вырос бы таким долбоебом, если бы ему было о ком заботиться?..

— Привет, холера, — ласково сказал он, потеревшись о ее нос.

— Ты один?.. — строго спросила она. — А почему один?.. Где Виктория?..

Майкл перехватил ее одной рукой, второй поднял рюкзак и пошел к дому напрямик, через снег. Фредди цепко держалась за его шею и внимательно изучала лицо, сдвинув изящные рыжие брови.

— Она не смогла.

На самом деле он понятия не имел, где проводила время Виктория. Ларри проталкивал ее в девушки Бонда, так что она не горела желанием ехать в Ирландию ради фильма, который никогда не станет блокбастером.

— Ты обещал нас познакомить!.. Невесту пред свадьбой всегда приводят в дом к родителям. Мы должны ее одобрить, — сурово сказала Фредди.

— Особенно ты, — кивнул Майкл, заходя в дом и носком ботинка аккуратно закрывая дверь.

— Особенно я, — подтвердила Фредди, не собираясь слезать с него. — Но я ее одобряю, — смягчилась она. — Она очень красивая.

— Когда соберусь жениться — обязательно привезу ее и познакомлю с тобой, — пообещал Майкл.

Он поднялся по широкой светлой лестнице на второй этаж, прошел по коридору и остановился перед дверью маленькой спальни. Фредди, одной рукой цепляясь за его шею, второй дотянулась до ручки и открыла перед ним дверь.

— Когда вы поженитесь, вы всегда будете сниматься вместе?.. — не отставала она.

— Иногда будем, иногда не будем, — уклончиво сказал Майкл. Не то чтобы он был против самой идеи, просто не видел смысла застревать в проектах с одной и той же партнершей. Фредди, впрочем, вряд ли сейчас поняла бы это.

— Жалко! Вы ужасно красивые! Я собираю все ваши фотки, у меня есть целый альбом. Я даже распечатала те, которые с катка! Тяжело, когда в кустах всегда сидят папарацци?.. Даже не можешь погулять выйти!..