Чтение онлайн

Слушай Петрович, а если я тебе встречное предложение выдвину.

Это какое?

Ты ведь не забыл, что такое 'откат'.

Ты это на что намекаешь морда твоя НКВДешная, я честный чиновник и взяток не беру.

Та я не про тебя, вот скажи ты сможешь обучить Бразильских чиновников такой важной науке которой без сомнения является 'откат'. Вот ты скажем покупаешь свой завод и так задумчиво говоришь, что мог бы взять и больше если бы цену скинули или скажем какой то приз добавили, ну ты же тыловик у вас это в крови.

Ты меня обижаешь Николай Иванович, я самый честный тыловик в России. Идею я твою понял, но ведь ты что-то конкретно хотел.

Да, мне буйволятина Бразильская нужна, много мяса нужно.

И зачем тебе эта буйволятина.

Склады, Петрович стратегические склады продовольствия закладывать нужно. Времени у нас осталось мало, а забивать советских буренок не хочу. Вот построим где не будь подальше от границы стратегические склады, скажем на севере в зоне вечной мерзлоты в Обской губе. Там сделаем огромные продовольственные ямы, и будем закладывать говяжьи туши в вперемешку со льдом, а сверху деревянные ангары поставим.

Ну, идея у тебя хорошая, я тебе скажу секретную информацию. Калинин уже получил приказ Сталина на подготовку стратегических запасов военного времени, только вот про северные ямы мы даже не думали, а ведь это дёшево и надежно, опять же далеко от фронта, а доставку вверх по реке можно проводить и зимой по льду и летом по воде. Хорошо, идею я твою понял, за подсказку спасибо.

Зинченко попрощался с тыловиком и начал собираться в очередную командировку.

На Ленинградском заводе опытного машиностроения ? 185 имени С.М.Кирова группа конструкторов, возглавляемая С.А. Гинзбургом, по заказу Зинченко с ноября 1938 года вела проектирование легкого танка сопровождения пехоты. За образец изначально брался плавающий разведывательный танк Т-40. Но задача перед конструкторами была поставлена другая, разработка легкого танка для замены устаревших танков Т-26 с наклонными броневыми листами не менее 30 мм. Новый легкий танк был представлен комиссии уже в январе 1939 года и имел обозначение объект 126 (в настоящей истории такой танк был построен только летом 1940 года и из-за сжатых сроков к началу ВОВ в массовое производство не пошел).

Корпус нового легкого танка сваривался из 37-миллиметровых броневых листов, исключением являлись 15-миллиметровые листы крыши и днища. Лобовые, кормовой и верхние бортовые листы корпуса устанавливались под углами от 40 до 57R.

Люк механика-водителя размещался в верхнем лобовом листе. В крышке люка устанавливался прибор наблюдения. В качестве башни нового легкого танка ставились башни снятого с вооружения и отправленного на переоснащение танков Т-26.

В башне была установлена 45-миллиметровая пушка образца 1934 года и пулемет ДТ калибра 7,62 мм, спаренный с ней.

На объект 126 устанавливали двигатель В-3, являющийся 6-цилиндровой версией дизельного двигателя В-2 его называют 'половинкой'. При мощности 220 лошадиных сил он позволял развивать машине весом в 14 тонн скорость до 45 километров в час. Топливные баки емкостью 340 литров обеспечивала запас хода до 340 километров по шоссе. В ходовой части применили опорные катки, имеющие внутреннюю амортизацию и индивидуальную торсионную подвеску. Танк получил обозначение Т-50.

Серийное производство Т-50 планировалось начать на заводе ? 174, в связи с чем 1 марта 1939 года на нем прекратили ремонт и модернизацию танков Т-26.

В совместном постановлении Совета народных комиссаров СССР и ЦК ВКП (б) 'О начале выпуска новых тяжелых, средних и легких танков, а также о массовом производстве бронированных плавающих машин пехоты, артиллерийских тягачей, танковых дизелей, и модернизации ранее выпущенных танков Т-26' от 25 февраля 1939 года было указано, что массовый выпуск новой техники на танкостроительных заводах начать с 1 марта 1939 года, в целях чего все танкостроительные заводы перевести на круглосуточный трехсменный режим работы.

Перед праздником в честь 23 февраля Зинченко посетил Мариупольский сталелитейный завод, на котором успешно провели модернизацию и построили несколько линий производства технологических заготовок бронетанковой техники.

Завод был шумный, нет очень шумный. И самое страшное, что Зинченко ничего не понимал в сталелитейной промышленности, но ехать было нужно, и он приехал.

Главный технолог не говорил, он орал, надрывая связки стараясь перекричать грохот плавильного цеха.

Вот здесь - показал технолог рукой - происходит формирование стального листа. Лист у нас примерно 3х6 метров. Из домны в форму заливается сплав толщиной 28-30 мм, после чего лист идет под формовочные катки и прессуется стандартом 25 мм. У нас имеется сразу две формовочные линии, и мы получаем раз в час сразу два листа. Производство пока, что маленькое, так как в Мариуполе имеем две небольшие плавильные печи.

Вот здесь - технолог показал рукой - мы свариваем оба листа и получаем заготовку 6х6 метров, которая направляется в цех штамповки.

Делегация медленно шла, сопровождая движение еще красного сваренного листа в цех штамповки.

В этом цеху мы пневматическим 10 тонным штампом продавливаем в листе технологические отверстия, после чего лист идет в цех прессовки.

Делегация опять медленно двинулась за листом.

Вот, вот - радостно закричал технолог - это наша гордость, в этом цеху мы поставили 20-ти тонный пневматический пресс. Пресс производит формование нижней части корпуса танка, который мы назвали бронетележкой.

Пресс медленно начал опускаться и продавливать стальной лист, лист неохотно поддался и начал изменять свою форму, через пять минут всё исчезло в клубах пара.

Лист успешно запрессован в заранее подготовленную форму.

Такие формы мы можем менять, так же как и меняются клеше пресса - прокричал в ухо Зинченко технолог - и на этой линии мы можем производить любые части броне корпуса, в том числе и башню.

Зафыркал пар и пресс начал подниматься в верх.

А теперь внимание - радостно прокричал технолог - вы увидите технологическое чудо, впервые в стране советов мы применили женитьбу бутербродных стальных листов.