Чтение онлайн

Яночке вдруг пришла в голову гениальная идея.

— Вы живёте в этом доме? — спросила она.

— Да, в этом. На пятом этаже.

— А какое у вас хобби?

— Удить рыбу! — выпалил учёный, всеми клетками кожи ощущая, что атмосфера меняется к лучшему. — Больше всего на свете люблю удить рыбу!

— А собирать вы ничего не собираете? — подключился Павлик.

— Что ты имеешь в виду? Грибы, например, собираю.

— Нет, я имею в виду что-нибудь несъедобное. Ну, вроде спичечных коробков или ещё чего…

Пан Левандовский вдруг покраснел и замялся. И молчал.

— Ну вот, сами видите, — вздохнул Павлик. А Яночка с удовлетворением констатировала:

— Сами видите, не так-то просто признаваться в чем-то сокровенном. Особенно незнакомым людям.

Поразительные дети! В восторге от того, что они встретились на его жизненном пути, молодой психолог преодолел внутреннее сопротивление и, запинаясь, признался:

— Так и быть, скажу. Учтите, я делаю первый шаг на пути взаимопонимания и доверия. Я собираю книги. Точнее — детективы.

Павлик уважительно присвистнул. Яночка взволнованно поинтересовалась:

— Детективы? Все-все?

— Все-все! На польском языке. У меня есть даже самые первые, вышедшие ещё до войны, которые потом ни разу не переиздавались. Это теперь подлинные раритеты! А признаться в своём увлечении стесняюсь. Вот если бы я собирал, например, поэтические сборники или что ещё такое же благородное…

— Фи, стишки! — пренебрежительно фыркнул Павлик.

Яночка выразилась деликатнее:

— Да нет же, стесняться нечего. Ваша мания просто восхитительна! Мы сами очень любим детективы. И читать тоже. Наверняка свои драгоценные книги вы никому не даёте читать?

— Почему же? Иногда даю. Но только людям, которых я знаю и могу доверять.

Взгляд, которым обменялись брат и сестра, наполнил сердце молодого учёного надеждой. Нет, теперь он окончательно убедился, каким ценным приобретением для диссертации может стать это неожиданное знакомство.

— Ну так как? — нетерпеливо спросил он. — Мы ещё увидимся? И разумеется, с вашей собакой меня познакомите.

Тут этажом выше негромко хлопнула дверь. Павлик вихрем взлетел на площадку выше и осторожно выглянул. Он успел заметить, как вверх пополз лифт, кивнул Яночке и, ни слова не говоря, помчался вниз по лестнице.

В ответ на вопросительный взгляд молодого человека девочка сказала:

— Пока мы можем вам сказать лишь то, что столкнулись с очень неприятной историей. Наш дедушка знаком с одной женщиной, которая живёт в вашем доме, он очень давно её не видел и опасается, не заболела ли она. Мы должны были узнать, но нам не удалось. Извините, мне пора.

— Постой, ведь мы же хотели договориться о встрече.

Лифт медленно проехал мимо них и скрылся.

— Хорошо, мы придём к вам в гости, — сказала девочка.

— С собакой?

— С собакой. У вас есть телефон?

— Есть, конечно. Сейчас дам тебе номер… В жуткой спешке чуть не обрывая карман, пан Доминик извлёк из него бумажник и вытащил визитную карточку. На верхней площадке опять хлопнула дверь. Как и раньше Павлик, Яночка стремительно взлетела по ступенькам наверх, так же стремительно спустилась, выхватила карточку у остолбеневшего учёного и помчалась вниз по лестнице. Навстречу ей неторопливо поднимался лифт.

— Пожалуйста, не откладывайте! — крикнул ей вслед пришедший в себя учёный. — Скорее приходите!

— Позвоним сегодня же вечером! — крикнула ему девочка снизу.

Мимо него проехал вверх лифт, остановился на четвёртом этаже и стал спускаться. Учёный решил не ждать его и пошёл к себе на пятый этаж пешком.

Павлика сестра нагнала во дворе.

— Лягуш! — коротко информировал мальчик.

— Ты уверен? Тот самый, которого мы видели в клубе?

— Тот самый! Хорошо, что я видел, как он вышел из квартиры. Метеором промчался через двор, выскочил на Кручую, сел в «фиат» и был таков. Номер я записал. И я сразу вернулся сюда, чтобы нам не разойтись. А что у тебя?

— А у меня Очкарик!

— Шутишь?!

— Да нет же! Снова хлопнула дверь, я успела заметить — из квартиры вышел Очкарик вместе с пани Наховской. Он её под ручку держал. Спустились на лифте, пошли в сторону Маршалковской, там сели в машину. И уехали!

— С ума сойти! И она добровольно села в машину?

— Мне показалось — он её немного подтолкнул. И опять же сдаётся мне: хотела бы сбежать — сто раз бы сбежала! Вот и думаю, что силой он её не заставил, хотя и охоты проехаться у неё явно не было. Может, боится она его? Всю дорогу у меня такое ощущение, что она чего-то боится.

— Нечисто дело! — пришёл к выводу Павлик. — Афёра. Ну, нам пора.

Яночка кивнула, и брат с сестрой отправились домой. По дороге девочка говорила:

— Хорошо, что мы не кинулись вдвоём за Лягушем, тогда бы не узнали об Очкарике. Сначала я жутко разозлилась на этого, как его…

Вспомнив о визитной карточке научного работника, которую Яночка все ещё сжимала в кулаке, девочка взглянула на неё.

— … на Доминика Левандовского. Вот, думаю, некстати подвернулся, мы тут боевое задание выполняем, а он со своими психологическими глупостями. А теперь считаю — от него сплошная польза. И живёт он точно в этом доме, я выяснила. Просил позвонить, я обещала. Может, сегодня же вечером позвоним и договоримся о встрече.

— И встретимся сегодня же! — подхватил брат. — Ведь надо проверить, вернётся ли пани Наховская вообще домой. Но до вечера ещё уйма времени, можно ещё что-нибудь провернуть…

У Яночки уже было готово решение:

— Съездим на Замойского к пани Пекарской, чтобы Зютек не успел до нас. Но сначала заедем домой за Хабром, теперь я без пса никуда.

Когда дети добрались до улицы Замойского, было почти семь вечера. В списке жильцов, вывешенном в подъезде, они легко нашли Пекарскую. Она проживала в квартире номер шестнадцать на четвёртом этаже.