Чтение онлайн

— Хорошо - Николай сел - Меня зовут Николай. А Вас?

— Елена. Я сестра Нади. А я думала это она поднимается. Понимаете, у нас лестница так скрипит, что сразу слышно кто идет.

Как бы подтверждая её слова, лестница начала стонать и сотрясаться.

Надежда вошла с какими-то кульками, похоже Николая не узнала, и посмотрела настороженно, но потом пригляделась и напряглась

— Здравствуй, Надя - сказал он и широко улыбнулся.

— Здравствуйте, Николай Эдуардович. Было видно, что она смущена этим визитом и совершенно не готова к разговору.

— Слушай, Надя. Времени нету. Мне надо, чтобы ты сейчас подробно рассказала всё о Ваших отношениях с Сергеем. Тогда я подумаю, как решить твою проблему. Поэтому через пять минут я жду Вас обеих внизу. Пойдём, куда-нибудь, перекусим и поговорим.

Николай знал, что делал. Было видно, что Елена сидит дома, и, видимо болеет. Стосковалась по общению. Заодно и поесть ей будет не лишне. Значит, сестру уговорит. Вот и ладненько. Этого нам и надо.

Вышли они конечно не через пять минут, но всё равно быстро. Николай уже обсудил с дворником проблему холодного лета и последствий дождя с градом для сада и огорода. Девицы спустились принаряженные и причёсанные. Причём, если старшая была без платка, то младшая --в нём. Николай вспомнил, что проститутки в Москве не носили головного убора и хмыкнул. Непросто тут у них. Разве что только татуировок не хватает.

Он поймал извозчика у Третьяковки и поехал в тот ресторан, где обедал. Поведение человека в дорогом ресторане скажет сразу о многом - это раз. Показать свои возможности - это два. Надо разговорить Надежду, а для этого она должна ему верить.

Поведение девиц полностью доказывало их непролетарское происхождение. Они легко разобрались в ножах и салфетках, да и вообще держались, несмотря на дисбаланс в одежде, весьма уверенно.

Он подождал, пока Надежда доест и начал допрос.

За час разговора он понял, что Сергей встретился с ней в ноябре 1922 года, и здорово помог пережить тяжёлую зиму. Хотя приезжал он в Москву редко, но деньгами помогал. В рестораны он её водил, и пару раз там встречался со знакомыми, судя по её словам из буржуазной среды. Ещё они ездили в Петроград, где жили в «Англетере». Из всей беседы полезным оказалось одно - как-то раз, в одном из артистических подвалов на Сретенке, Сергей ждал какого-то чекиста по фамилии Горностаев. Тот приходил и что-то Сергею передавал. Помучив её попытками описания этого Горностаева, Николай выяснил одно, что он молод и блондин.

Посадив девиц в пролётку, он пошёл в ЦК - надо было встречаться с Кисилёвым. Тот должен был уже что-то нарыть.

Они встретились около буфета. В здании, несмотря на вечерние часы, было многолюдно и шумно. Народ активно пил чай и о чём - то спорил. Кисилёв отдал ему бумагу с данными «комиссара» в кожанке. Это оказался бывший работник ЧК, брошенный в гормилицию на укрепление. Кисилёв уже вызвал его по телефону, и тот должен ждать в секретариате. В ОГПУ Кисилёв запрос послал, и через час поедет выяснять результаты. Так что, до утра. Он отдал ключ от кабинета, и Николай пошёл к Натану Мельничанскому, так звали вчерашнего «комиссара».

Только вместо вчерашнего комиссара в коридоре стоял усатый. Он явно не испытывал радости от предстоящего разговора, но тем не менее, держался всё также спокойно, как и тогда в «Трактире». Выяснив, что Мельничанский срочно попал в больницу, а начальство послало его, как непосредственного участника событий, Николай явственно хмыкнул - правила игры за 80 лет не изменились ни в чём.

Усатый представился как Степан Терентьевич Аршинов и Коля минут сорок мучил его расспросами про расклад сил в Замоскворечье. Как и предполагалось, Федотыч играл в том мире свою, немалую роль, поэтому, отметил Коля, надо было бы к нему зайти. Кое-что стало ясно.

Но оставались ещё вопросы, и поэтому он предложил пройтись до Васильевского моста.

— Степан Терентьевич, а вы до переворота кем работали ?

— На Гнездниковском с отчётливо ощущаемым внутренним вызовом ответил тот - В Московской сыскной полиции.

Вот и прекрасно, подумал Николай. Значит профессионал. Он то мне и нужен. Похоже, стрелять умеет, блатной мир знает. С этой стороны у меня поддержка будет. Ну менты. Знают кого в ЦК послать за всех отдуваться. Шлёпнут - не жалко. Умники, блин. Хотя в последующее десятилетие они оргпреступность чётко поставят на место. Всё таки богата наша страна кадрами. Разве что только дустом не пробовали, а всё равно находится умный и решительный народ.

— Вот, что Степан Терентьевич. Лично я полностью одобряю все ваши действия вчера вечером. И, я донесу до руководства свою мысль. Тем не менее, Вы оставили меня без ключевого человека. Я практически не знаю современной Москвы. Я лишён структуры. ЦК конечно поможет, но ведь они не розыскники. А я боюсь, что придётся много искать. Поэтому я попрошу разрешения включить Вас в нашу комбинацию. Вы можете мне здорово помочь. Со своей стороны я постараюсь изменить Ваш статус в системе этого государства.

— Мне бы не хотелось участвовать в политических делах.

— Мне самому ещё картина не ясна. Могу сказать одно - будем работать сообразно с совестью. Вас никто не будет неволить стрелять женщин и детей и сажать невиновных людей. Вы же видите, ситуация стабилизируется.

Аршинов задумался. Они стояли на Варварке, в районе будущего магазина «Кольчуга». А ведь там обычно стоял красноармеец или беляк. Смешно. Как бы сейчас они выглядели.

— Хорошо. Только у меня ведь начальство в милиции. А дел там много.

— Порешаем. Тогда за работу. Первое. Мне бы надо где-нибудь абонировать сейф. А то я таскаю большую сумму денег. А это неправильно. И второе. Мне срочно нужно найти одного человека. Он недавно приехал в Москву и никого здесь не знает. Это контуженный товарищ, который может сделать всё, что угодно. Ну, например, пойти летом в зимней одежде. Временами на него находит и он теряет чувство места, времени и обстановки. Но в целом безобиден.

— Сейф - это денежный ящик?

— Ну да. Несгораемый шкаф. То над чем работают медвежатники.

— Есть у меня знакомый нэпман, у него в конторе всё надёжно. Охрана круглосуточно, и мужик он честный.

— Прекрасно. Мы к нему успеваем?

— Вполне. Он на Мясницкой и вечерами работает. Что касается Вашего второго вопроса - дайте мне ориентировку я поспрашиваю.

— Пошерстите блатных - он вполне мог оказаться у кого-то из них. Уж больно выделяется на улице.

— И третье. Мне понадобится телохранитель. Желательно бывший офицер с опытом городских боёв. Хорошо бы из контрразведки. Я себя очень неуютно чувствую. Буду хорошо платить. Кстати, сколько Вам понадобится на оперативные расходы?