Чтение онлайн

Те, кому десять лет назад было как мне (чуть за двадцать), сегодня перевалили за тот рубеж, за которым все вроде бы так же, но — по нисходящей. Те, кому сегодня под сорок, вряд ли проводят время в танцевальных клубах. Да и танцы в этих клубах уже не те.

Недавно по телевизору я смотрел ток-шоу с участием знаменитого и очень пожилого актера. Актер жаловался на возраст:

— В детстве я просыпался, умывался, выбегал на улицу, болтал с друзьями, запускал голубей, бегал на речку, дергал девчонок за косы… каждый день успевал переделать огромное количество важных и интересных вещей.

— А теперь?

— А теперь жизнь строится так: Новый год, Новый год, Новый год…

За прошедшие годы мы успели обзавестись морщинами, лысинами, пивными животами, женами (некоторые — большой коллекцией жен) и детьми… кто-то — состояниями, большинство — долгами… мы успели накупить множество модных и нужных вещей, большинство из которых перестали быть модными еще до того, как мы сняли с них магазинную упаковку, а нужными, если честно, они не были и до этого… а потом вместо нас стало появляться какое-то еще поколение.

Следующее. Уже не мое.

Тридцать три — самое время подвести промежуточные итоги. Скажем, я к этому возрасту все-таки отыскал свою церковь. Нашел людей, которые знают, как жить правильно. Больше я не нашел ничего. Но больше мне ничего и не надо.

Священник через голову стянул облачение, монахини пригласили нас в соседнюю маленькую комнату, и все сели пить чай с пирожными.

Священник, улыбаясь, рассказывал, что время перед Рождеством — самое тяжелое время в году. Четыре мессы в день: для детей, по-английски, по-русски… плюс занятия с людьми… плюс недавно умер один прихожанин, нужно организовать похороны… и самое главное — исповедь… священники сидят в огромных неотапливаемых церквях и слушают, как грешники раскаиваются в совершенном… по много часов в день… неделя за неделей… такая вот жизнь.

Я вспомнил, как год назад он рассказывал о священнике, который был рукоположен еще до Второй мировой. Я спросил, как он? Как его здоровье?

— Недавно он умер. Помолился, вернулся к себе в келью и умер.

— Да? Соболезную.

— Братья не сомневались, что он — настоящий святой. Они клали ему, уже умершему, на руки бумажные иконки. Чтобы он последний раз их благословил.

— А как можно понять, что человек стал святым?

— Разве это сложно? Тот, кто живет правильно, непременно станет святым.

Храм Святой Екатерины, прихожанином которого я являюсь, стоит прямо на Невском проспекте. Прямо на главной авеню моего города. Когда-то, столетие с лишним тому назад, это был самый главный католический храм Российской империи.

Накануне революции дома вокруг моей церкви составляли своего рода католический городок. Здесь была своя школа. Вернее, даже две — для мальчиков и для девочек. В школах преподавали лучшие профессора города. На органе моей церкви (лучшем органе столицы) играл молодой чиновник Министерства юстиции Петя Чайковский.

Потом все кончилось. Орган сгорел. Имущество было конфисковано. Последнего настоятеля моей церкви расстреляли в пасхальную ночь 1923 года.

Сегодня прихожанином этой церкви являюсь я. Несколько раз я приходил в огромный церковный двор, гулял по его закоулкам и с тоской рассматривал трескающиеся стены.

Господи! Сколько всего было! Сколько труда… сколько сил положено на то, чтобы построить все это. Люди отдавали церкви лучшее. Старались. В чем-то себе отказывали… и зачем? Где все это? Что от всего того осталось?

Только недавно до меня дошло: остался я.

Ничего не кончилось, потому что есть кому все это продолжать. Те, прежние прихожане, сделали свою часть работы. Я сделаю свою. Потом, когда я умру, придет кто-то еще…

Это не закончится никогда. Главное, чтобы каждый из нас сделал свою часть работы хорошо. Жить — это ведь не сложно. Просто жить нужно правильно — и тогда пойдет.

Служба закончилась, чай был выпит, петербургские доминиканцы разошлись по домам, а я все сидел в монастыре. Только перед тем, как попрощаться наконец с усталыми хозяевами, я все-таки не выдержал и еще раз спросил у священника: как это — жить правильно?

Священник улыбнулся:

— Ты действительно хочешь жить правильно?

— Да. Действительно. Это сложно?

— Ты ведь теперь доминиканец, да? Я открою тебе секрет. Большой доминиканский секрет. Вернее, даже два Больших Доминиканских Секрета.

— Два?

— Во-первых — всегда молись…

— А во-вторых?

— А во-вторых, никогда не прекращай молиться!

— Это все?

— Это все.

Я сказал: «Хорошо, я буду». Священник улыбнулся мне еще раз.

Пока что я держу свое обещание.

Родился в Ленинграде. Работал продавцом спортивных велосипедов, телеведущим, уличным обменщиком валюты, учителем в школе, уборщиком в берлинском кинотеатре, главным редактором эротического журнала, охранником, переводчиком, музыкальным обозревателем, барменом, пресс-секретарем в казино. В масс-медиа в общей сложности проработал тринадцать лет.

Уехав из Петербурга, полтора года жил на острове Сахалин. Снялся в клипе на песню из саундтрека к «Мачо не плачут», где сыграл самого себя. В 2003 году принимал участие в записи одного из альбомов группы «Би2». В 1995 году представлял Россию на V Всемирном форуме католической молодежи в Маниле (Филиппины).

По образованию магистр богословия.

Женат, двое детей.

В 1999 году признан «Журналистом года».

В 2001 году газетой «КоммерсантЪ» номинировался на звание «Человек года» с формулировкой «За создание жанра мужской литературы».

За роман «Мачо не плачут» был назван писателем года, а сам роман был отмечен как роман года. Роман «mASIAfucker» в 2003 году номинировался на литературную премию «Национальный бестселлер». Серия карманных путеводителей в 2003 году получила Большой приз Художественной премии «Петрополь».