Чтение онлайн

божьи, ты забрала у них то, на что не имела права – их жизнь. Мира! Мира – ты теперь

такая же убийца, как и твои предки! Ты не стала исключением из правил твоей

родословной, ты – только запоздалое подтверждение этих правил! Застрелила девушек,

называвших тебя сраной япошкой с ресепшен – чем не повод для того, чтобы всадить

пули в их незамутненные головки? Чем ты вообще думала? Ты не стала нормальным и

обычным человеком, ты не стала такой как все, твой условный рефлекс на раздражитель –

убивать, это заложено в тебе генетически, Мирамирамирамира!...

На негнущихся ногах я выбежала на улицу, резво с места преступления, через дорогу

находилась церковь. Чтоб тебя, Мира, сегодня же рождество! Убийство произошло рожде-

ственским утром! Какая же ты богомерзкая и бесчеловечная, Мира! Я зашла в дом Божий

– happy birthday Jesus. Месса, орган, хор – славьте людей во Христе, славьте жизнь во

Христе… А мои руки пять минут назад сжимали ствол пистолета, мои пальцы нажимали

курок, и не раз, а много раз, до полного уничтожения. Цель уничтожена, задание

выполнено, Мира – надежный солдат. Добро пожаловать в наши ряды. Мы вас так давно

ждали, мадемуазель. Мы возлагали на вас большие надежды, Мирабель, ведь ваши

родители… Вы целиком оправдали наши ожидания, вы приняты. Я направила дуло

пистолета на фигуру Иисуса, пригвожденного к кресту. С днем рождения, с днем смерти -

какая по сути разница? Удивительно, что люди вокруг не обращали на меня, готовящуюся

прострелить муляж сына Господнего, никакого внимания. Будто меня и не существовало

вовсе. Я сосчитала до десяти, собралась с мыслями и громким голосом сказала:

– Боже, если единственное, что я умею делать – это убивать, и если таков твой

промысел, то, молю тебя, сделай меня орудием твоим! Пусть те, кто пал от руки моей,

были действительно злыми и жестокими людьми. Пусть я буду уничтожать всё зло,

материализованное в людях, пусть я буду пресекать жестокость и несправедливость… А

какими методами, решать тебе. Если ты не согласен на это – я понимаю тебя, Боже. И в

таком случае прошу лишить меня жизни прямо здесь и сейчас, забрать мою душу. Я не

хочу быть убийцей! НЕ ХОЧУ! А если таков мой удел, то пусть от этого будет хоть какая-

то польза.

Я прижала пистолет к собственному виску. Орган продолжал играть, прихожане – меня

игнорировать. Я перекрестилась правой рукой, пальцы которой все так же были готовы в

любой момент спустить курок…

– In nomine Patris et Filii ei Spiritus Sancti… Amen!

Раздался оглушительный выстрел. Но это была уже не я. Свод костела расплавился и

рухнул, витражи рассыпались на горстки цветных стекол, я легла на пол, стараясь закрыть

голову, и зажмурила глаза…

Очнулась я там же, в церкви. Поднявшись с пола, оглядела здание – все было в целости

и сохранности. На улице вечерело. Около издательства стояли машины полиции и скорой

помощи. Единственный выход – прикинуться дурочкой и спросить, что стряслось. Что я и

сделала. Полицейский посмотрел сквозь меня и ничего не ответил. Я пошла к входной

двери, и меня никто не остановил. Люди словно перестали меня видеть.

Там, внутри, заворачивали в черные пластиковые мешки моих бездыханных коллег. Но

что меня удивило, так это то, что ни на одном трупе не оказалось следов от пуль!

Чистенькие, будто только что из ванны. Да и врачи повторяют как скороговорку:

«Обширный инфаркт».

В тот же вечер я села на самолет до Токио. Новый год в Париже пришлось отложить до

лучших времен. Никаких снежных хлопьев на Елисейских полях, никаких аккордеонов и

круассанов. Меня ждала моя родина, мой дом. Было необходимо лететь в Японию. Хотя

бы для того, чтобы сменить мой ZF-645 на что-то более мощное.

Я вернулась обратно в Ниигату. Сказала, что буду продолжать дело моей семьи. Все

вздохнули с облегчением, а отец даже так обрадовался, что заказал одному известному

автоконцерну выпустить малолитражку, названную в честь меня. «Маленькую и

компактную, как моя дочка». Хм-хм, папа. Так, в 1980 году в продажу поступил

автомобиль Daihatsu Mira.

На одном мероприятии, устраиваемом моими родителями, собрался весь мафиозный

бомонд Японии. Танака-сан, снабжающий всех огнестрелками последних моделей, высь

раздутый от гордости, представил нам своего партнера из Европы. Им оказался Жан-

Батист.

Как выяснилось позже, он писал книгу, и пробный экземпляр хотел распечатать на

казенном принтере. Дождавшись вечера, когда все уйдут из офиса, он хотел забрать

стопку страниц, лежащую в копировальном аппарате. Однако, зайдя в опечатанное

полицией здание, он случайно обнаружил люк, спрятанный аккурат под печатным

агрегатом. Классика жанра – жандармы тот люк почему-то не заметили. То был тайный

ход в оружейный склад, расположенный в подвале издательства. Какие за этим

последовали перипетии, не знаю даже я, но год спустя вчерашний скромняга-верстальщик

превратился в главного поставщика крупных партий оружия во все страны Европы, а