007. Вы живёте только... трижды
Шрифт:
— Аластор!!! Это был его лучший выходной костюм!
— Это — лучший выходной костюм?! Молли, вы в позапрошлом году устроили шикарный семейный тур в Египет! Артур ещё хвалился, что вы проиграли в казино в Шарм-эль-Шейхе мою годовую пенсию!
Молли покраснела:
— Ну так проиграли же, не выиграли!
— Ладно, отчистим, — без особого энтузиазма проворчал Аластор. — Фините Инкантатем. Рон, иди в дом, смени одежду, только побыстрее.
Рон, надувшись и стараясь не дышать, бегом ринулся вверх по ступеням. Вернулся он уже через четыре минуты, заново расчесавшийся и благоухающий одеколоном так, что у тех, кто стоял с подветренной стороны от него, на глаза навернулись слёзы.
— А вообще-то, и так неплохо получилось, — одобрительно принюхался Аластор. — Ну что, потопали?
— У меня есть идея получше! — впервые за утро подал голос Римус. Он ровно на один шаг сошёл с крыльца, встал лицом вправо и вертикально поднял сжатую в кулаке левой руки волшебную палочку на уровень глаз.
— Что он делает?! — спросил Джеймс Бонд шёпотом у Гермионы.
— Ловит автобус, — ответила мгновенно вклинившаяся между ними Джинни.
В представлении Бонда, ловить можно такси, попутку или маршрутку, но автоб…
Ба-бах!!!
У крыльца застыл заиндевевший трёхэтажный автобус вырвиглазно-фиолетового цвета, идеально гармонирующего с цветом волос Нимфадоры. По лобовому стеклу тянулась длинная золотая надпись: «Ночной рыцарь». Дверь автобуса распахнулась, и кондуктор, нескладный прыщавый юноша лет двадцати, запакованный в слегка большую для него кроваво-красную униформу, пафосно объявил:
— Добро пожаловать! Это автобус для ведьм и волшебников, попавших в трудное положение! Мы домчим вас куда угодно, вы даже оглянуться не успеете! Я, Стэн Шанпайк, ваш кондук… О, привет, Гарри.
— Привет, — поздоровался Джеймс Бонд, подходя поближе. — Мы знакомы?
— Заходим внутрь, ребята! — предложил Римус и подал пример, запрыгивая прямо в салон.
Только тут Джеймс обратил внимание, что плотная толпа пешеходов совершенно не обращала внимания на ярко-фиолетовый трёхэтажный автобус, заехавший одним из передних колёс на тротуар. Люди обходили здоровенную махину, как будто она была привычным элементом пейзажа. Ну подумаешь, эка невидаль, фиолетовый автобус с не умеющим водить шофёром; у нас в Лондоне такие идут по три пучка за десятипенсовик.
— А чего это вас никто не замечает? — поинтересовался суперагент у кондуктора, пока все остальные сопровождающие протискивались между пешеходов к открытой двери.
— Кто не замечает? — не понял тот. — А, маглы-то? Да они ничего не слышат и не видят! Они вообще тупицы.
— Гарри, заходи скорей! — потребовал Дедалус Диггл, подталкивая его в спину. Джеймс Бонд бросил взгляд назад — штаб-квартира Ордена Феникса уже затерялась между домами 11 и 13. Но на крыльце дома номер 11 увлечённо читал газету высокий человек в лёгком твидовом плаще с приколотым на груди значком, изображавшим стоящих на задних лапах льва и единорога, удерживающих между собой коронованную розетку с гербом. [28] Бонд едва заметно улыбнулся; человек бросил на него беглый взгляд и перелистнул страницу, взяв её большим и указательным пальцами и выпрямив все остальные. Джеймс Бонд повернулся к своим спутникам, убедился, что они не заметили этот мимолётный жест «о’кей».
28
Так выглядела эмблема Секретной Разведывательной Службы Великобритании в середине 1990-х. Нет, то, что показывают в фильмах про Джеймса Бонда, эмблемой MI6 никогда не являлось, потому что само название MI6 никогда не было официальным, а значит, не могло появляться на эмблемах.
Пневматические двери с шипением закрылись, автобус тронулся. Впрочем, это слово не совсем точно отражает действие, которое совершило это транспортное средство. Автобус прыгнул вперёд и немного вбок. Водитель привычно завопил «Бабка, бабка, брысь из-под колёс, дура!»; Бонд схватился за поручень и в ужасе уставился вперёд. Автобус мотало по проезжей части, как пьяного сайгака по бездорожью; фонарные столбы, урны, магловские автомобили и даже дома в последний момент отпрыгивали из-под колёс. Бонд зажмурился, с секунды на секунду ожидая неминуемого столкновения…
Раздался грохот, но, против всех ожиданий, ужасная машина не замедлила ход. Бонд рискнул приоткрыть глаза и удивлённо распахнул их во всю ширь. Пейзаж за окном сменился на сельскую местность, солнце было почти в зените.
— Это мы где?! — пискнул он.
— Эт’ Индия, — лениво отмахнулся Стэн [29] . — Раджипута Мхабагади здесь сходит.
Мимо Джеймса Бонда протиснулся маленький суховатый старичок, замотанный в традиционную оранжевую простыню буддийского монаха. Автобус, скрипя всеми сочленениями, затормозил; монаха бросило в Бонда, и тот его вежливо поддержал, стиснув зубы: вопреки первому впечатлению, монах оказался вовсе не невесомым.
29
Судя по официальному переводу «Гарри Поттер и узник Азкабана», «Ночной Рыцарь» путешествует по всей Земле, только под воду суётся очень неохотно.
— Счастливо оставаться! — оскалился Стэн Шанпайк, открыл дверь, выпихнул монаха и метко метнул ему в голову увесистый чемодан. — Поехали, Эрни!
— Обслуживание здесь на уровне лучших транспортных компаний мньямской глубинки, — пробормотал Бонд, наблюдая, как оставшийся сзади старичок барахтается среди рассыпавшихся вещей.
— А то! — весело кивнул Стэн. — За доплату в три сикля получишь чашку горячего шоколада, а за четыре — клизму, которую я поставлю немедленно, и зубную щётку какого хошь цвета. Ночью мы предоставляем грелки, но сейчас же день.
В подтверждение своей сентенции он ткнул корявым пальцем за окно, где с ушераздирающим грохотом индийский полдень сменился предрассветным мраком. На заднем плане опускалась к горизонту почти полная Луна.
— Перу, город Чачапояс, — объявил Эрни. — Сходит Алонсо де Альварадо Монтайя.
К двери подошёл высокий осанистый волшебник с седой бородкой клинышком, одетый в потёртую коричневую мантию. Автобус резко затормозил, и волшебник впечатался острым локтём прямо в солнечное сплетение Джеймса Бонда.
— Ваша остановка, мучачо, — весело объявил Стэн, открывая двери и помогая пожилому волшебнику покинуть автобус путём сноровистого применения волшебного пенделя в пятую точку. — Адьёс, жаболов! Это Алонсо, — объяснил он слегка ошалевшему и задыхающемуся Бонду. — Он каждую неделю ездит в Париж сцеживать яд перуанских грязножабиков. Таскает их туда с собой за пазухой, его они не грызут, потому что он уже провонял их ядом, они теперь его тоже грязножабиком считают. Между прочим, неплохие деньги получает, но всё равно ездит на общественном транспорте. У нас уже целый угол на третьем этаже исписан матерными стишками на испанском, а он думает, я не знаю! — улыбнулся Стэн, демонстрируя кривые зубы. — Отошёл бы ты отсюда, Гарри, майн херр, а то у самого выхода место повышенной травматичности. Не веришь — могу продемонстрировать.