Чтение онлайн

Карантинный отсек имеет два выхода и один технический доступ. На каждом из них майор выставил стационарный пост. Помимо этого патруль ежечасно обходил смежные с карантинной зоной отсеки. Но и этого Гораку показалось мало. Он выставил посты на каждом выходе из клиники и теперь настаивал на прямом наблюдении за объектом. Против чего так яростно протестовал главврач.

– Поймите, доктор Илар,- сменил тон майор,- если этот мальчик не просто пациент. Если он покинет территорию клиники - я отделаюсь лишь выговором, а вот вы пойдете под трибунал за государственную измену.

– Если Этар Харбин покинет территорию клиники, то только по вашей вине. В карантинный отсек только три доступа и везде стоят ваши люди! – слова майора про трибунал заставил главврача занервничать. – Да поймите и вы, Этар не способен передвигаться самостоятельно. Без специальной аппаратуры и лекарств он впадет в кому через три дня. Как его могут забрать, если его никуда нельзя довезти живым!

– Говорят, имперские врачи способны на все.

– До Алидар нужно еще добраться. Это две недели на корабле. Да и нет у его отца таких денег. Вы знаете, сколько они берут за лечение?

– Сенатор Кадо заплатил 117 миллионов за возвращение молодости.

– Вот именно, - проворчал Илар. Врачи Алидар были для него болезненной темой. Профессор, гений медицины, не мог смирится с тем, что кто-то делает невозможное.

– И все же я уверен - мальчика попытаются вывезти. Мне нужны однозначные доказательства того, что Этар находится в боксе.

– Камер мониторинга вам недостаточно?

– Нет. Их сигнал можно прервать, отключить или просто заменить. И я настаиваю на посту наблюдения!

– Настаиваете вы! – доктор Илар обошел стол. – А у меня, между прочим, в том отсеке еще 14 пациентов, которым категорически запрещено контактировать с внешней средой. Это карантин, вы меня понимаете КАРАНТИН! В общем, так майор, клиника у меня частная, поэтому содержать вас тут я не обязан. Но… как законопослушный гражданин я готов предоставить скидку.

– На что? – не понял Горак.

– На индивидуальный инфекционный бокс. Стоимость его эксплуатации составляет 6 000 в сутки. Вы мне оплачиваете затраты, и я перевожу туда Этара. ИИБ находится в другом отделении и сейчас пустует. Помимо камер мониторинга там есть смежное помещение для визуального наблюдения. Можете хоть поселиться там.

– Когда вы переведете туда мальчика?

– Когда вы мне заплатите.

– Такие вопросы я не решаю.

– Так найдите того, кто решает, майор, или довольствуйтесь тем, что есть. А сейчас выйдите из кабинета и не мешайте мне работать.

Главврач демонстративно отвернулся, раскрыв историю болезни. В кабинете воцарилась тишина.

– Вы все еще здесь?

Майор хмыкнул и вышел из кабинета, пожалев, что сенсорной дверью нельзя как следует хлопнуть. По пути к карантину он снова и снова просматривал в уме схему охраны. И уже в который раз находил в ней только один изъян.

– Ах ты жадный сукин сын. Если что-то пойдет не так, я тебя лично под трибунал отдам, - прошипел Горак.

А в том, что проблемы будут, он не сомневался. Первый звоночек прозвенел, когда Горак узнал, что в дело вмешался Алидар. От них можно было ожидать чего угодно. Он уже имел печальный опыт общения с имперцами, точнее с их техникой.

Шесть лет назад, когда он только получил очередное звание капитана, Горак участвовал в одной разработке. Его группа курировала исследование захваченного алидарского истребителя. Технический отдел больше месяца разбирал машину по винтикам, и однажды ведущий конструктор попросил его зайти к нему в кабинет.

– Господин капитан, мы выполнили для вас работу. Теперь, когда все отчеты у меня на руках, может пора и вам раскрыть карты.

– О чем вы? – дежурно поинтересовался Горак

– Это была шутка, да? Точнее провокация? Так вот, мы все сделали. И наш ответ однозначный: этот объект, который вы называете истребителем, таковым не является. Если быть более точным – объект не является летательным аппаратом в принципе. Он никогда не летал и не полетит.

– Почему? – растерялся Горак

– Потому, господин капитан, что у него отсутствуют двигатели!

– Как отсутствуют? Их что, сняли?

– А их там никогда не было.

– А…

– А то, что вы называете двигателями, на самом деле система жизнеобеспечения. Очень эффективная, экономичная и не требующая резервных запасов. Воздух и воду она производит из космической пыли, которую улавливают то, что вы называете дюзами. При всех своих плюсах она слишком громоздкая и занимает больше трети объекта. Вторая треть – это вспомогательные помещения и, наконец, третья часть – сама кабина пилота. Кстати, знаете, чем она освещается? Огнем! Самым настоящим открытым пламенем! Вот наш официальный отчет, - конструктор положил на стол инфокристалл. Я готов уйти на пенсию, если эта штука пролетит в космосе хоть поллиги.

Конструктор на пенсию не ушел, а имперские истребители продолжают летать до сих пор…

Еще в академии Горака учили в первую очередь опасаться непонятного. А имперцев он откровенно не понимал. И самое неприятное было то, что он не знал, чего от них еще ждать. Бессилие раздражало, и недостаток информации майор Горак попытался перекрыть повышенными мерами.

– Господин, полковник, я считаю целесообразным…

– Горак, вы что, издеваетесь надо мной! – рявкнул с экрана Бориган. – Вы что там, остатки мозгов растеряли. Не можете организовать охрану больницы. Может вам учебное пособие выслать?!

– Никак нет, господин полковник, - вытянулся в струнку майор.

– Чего у вас «никак нет»? Мозгов, или пособия?

– На ваше усмотрение, господин полковник.

– Ладно, - успокоился шеф – расходы на этот инфекционный бокс у меня не предусмотрены. Здесь военная часть, а не отделение банка. Ваш запрос будет отослан в центр, а пока обходитесь тем, что есть. Могу вам дать еще людей.

– Людей хватает, господин полковник. Проблема в другом. Если с Этаром в карантине что-то случится, нам останется лишь наблюдать за этим. Чтобы попасть из приемного бокса в палату нужно 15 минут.