Чтение онлайн

Чувствуя избыток древней водной сущности в этом мире, Джесс ловко маневрировал в серых облаках и хлестких ветрах. Молнии прорезали облака, бесконечно перемешивая туманную атмосферу. В сравнении с адским климатом Испероса, который однажды застолбил за собой Котто Окиах, этот мир выглядел более надежным. Скитальцы привыкли к суровой красоте.

Джесс всегда чувствовал возбуждение, открывая неизведанные места, но сейчас волновался еще сильнее. Ему предстояло исполнить самое важное дело в его – теперь совсем новой – жизни. Оно могло изменить будущее для всего Рукава Спирали.

Он записался на борт туманного скиммера, исходя из необходимости… или, возможно, просто пытаясь убежать от Чески, дать ей успокоиться и предоставить событиям разворачиваться самим по себе.

Но теперь Джесс ввел в игру нового союзника, силу, способную противостоять неприятелю, которая могла помешать гидрогам исполнить чудовищный замысел массового уничтожения. Если он поможет восстановить цивилизацию венталов и обратить их в могучих воителей, чтобы встать рядом, с людьми на защиту человечества… тогда, может быть, он, Джесс Тамблейн, сможет предложить, наконец, больше для будущего Скитальцев, чем какой-то принц из лесного мира?

Джесс почувствовал в себе несвойственную ему надежду и даже оптимизм. Возможно, теперь люди получат шанс на победу.

Он качался над простором яростного океана, покрывающего всю планету.

Только мельчайшие пятнышки безжизненных выходов породы поднимались над поверхностью, и волны бесновались вокруг камней. Труднее всего было найти место для посадки, но это – не самый критический случаи. Что-нибудь найдется.

Вентал в своем контейнере гудел и пульсировал внутренним светом – казалось, горел нетерпением, хотя Джесс полагал, что никогда не постигнет полностью целей и мыслей иного существа. Он осматривался вокруг с помощью широкоохватных датчиков корабля, пока не засек выныривающий из волн плоский на вид камень, достаточно большой, чтобы можно было приземлиться. Нашел!

Джесс мастерски посадил корабль, стабилизируя лапы, достал воздушную маску. Температура была в пределах допустимого, но воздух почти полностью состоял из азота и углекислого газа.

Он встал перед контейнером с мерцающей туманной водой.

– Дружба с тобой была необычной, и я рад помочь тебе, – сказал венталу Джесс. Взяв прохладный, слегка покалывающий кожу контейнер в руки, он шагнул под открытое небо и огляделся.

В едком воздухе штормовой планеты крутились спутанные облака. Молнии плясали прямо над головой Джесса. Океан казался серым и густым, как расплавленный металл. Волны бурлили и завихрялись, взбивая пенные барашки. Буруны разбивались о камень, где приземлился его корабль, выстреливая в воздух белые залпы пены.

– Это место не выглядит чересчур радушным, – проворчал Джесс.

– Это самый заманчивый, самый гостеприимный выход в сравнении с долгим пребыванием в рассредоточении среди космической пустоты. – Вентал вспыхивал и волновался в своем контейнере. – Вылей нас в океан, и мы будем свободны, чтобы расти и распространять свою сущность вновь.

Джесс стоял на краю камня, глядя в темный океан. Он вспоминал море под ледяным щитом Плумаса, подземные воды, у которых они проводили Росса в последний путь. Этот мир казался ему пустым и холодным, лишенным жизни; он был чистым листом, но для венталов он был полон возможностей.

Цилиндр нагревался в руках Джесса. А ему почему-то было тревожно и беспокойно. Что, если это не сработает? Что, если надежды вентала потерпят крах?

– Не сомневайся, – мысли вентала смешались с мыслями Джесса.

Туманная вода казалась живой и нетерпеливой, будто одержимая чудным духом. Вдохнув глубоко, словно собирался нырнуть, Джесс открыл крышку и наклонил контейнер. Он вылил воду, сгущенную из тумана, в ждущее безжизненное море этого чужого мира.

Эффект последовал немедленно и ошеломил его.

Бледное свечение рассвело на поверхности моря от того места, где первая капля коснулась воды. Оно засверкало, расходясь по воде – как ударная волна, как жаркий огонь по бензину. Сияние ширилось и росло, пока вентал вживался в новое тело. На Джесса нахлынуло нежданное предвестие чуда; пришла твердая уверенность, что он все сделал правильно.

Прохладное бледное свечение стремительно распространялось, словно электрический ток, вселяя в мертвый океан новую жизнь, взрывное существо, чья сила разрасталась в неуправляемой цепной реакции, поразительном каскаде. Вопль бурной радости прокатился в сознании Джесса, вспышка восторга и освобожденной мощи.

– Мы возрождаемся, – вентал проник во все уголки океана, как влага пропитывает сухую губку.

Джесс почувствовал влажную дымку на открытых частях тела. В ней пульсировала жизнь. Он вскинул руки к темному грозовому небу и выкрикнул, забывшись в победном экстазе, что он спас этих существ от вымирания.

– Теперь снова наполни контейнер водой, – мысленно произнес вентал. – Каждая капля содержит нашу полную сущность. Нас от этого не станет меньше.

Джесс наполнил контейнер из холодного первобытного океана, теперь уже заселенного элементальной сущностью. Моря чужих миров были полны жизни, и отсюда он может унести венталов к другим планетам. Он чувствовал себя фольклорным героем старой Земли, который был скитальцем по собственному выбору, – Одиссеем.

– Это лишь начало. Лети к своим Скитальцам! Попроси их помочь рассеять венталов по другим океанам, в других мирах!

– Уже лечу, – ответил Джесс. Теперь у него было, что предложить кланам. С поддержкой венталов люди получат хороший шанс выиграть навязанную им войну. Даже Большой Гусак будет ему обязан.

И… Ческа порадуется, быть может.

Теперь, когда начало было положено, Джесс поднялся на борт своего корабля с полным контейнером венталоносной воды. Прежде чем поставить на хранение большой цилиндр, он наполнил чудесной жидкостью маленький пузырек, который держал в кармане, чтобы можно было общаться с венталами почаще. Им нужно так много друг о друге узнать.

Когда корабль стартовал и летел в сверкающих облаках, возрожденные венталы уже приспособились воздействовать на погоду, приглушая яростную мощь штормов и преобразуя океаны в кипящий резервуар жизненной энергии. Сила хлестала через край на первобытной планете, будто она была кубком, доверху налитым светом.