Чтение онлайн

– Капитан, надеюсь, вы извините меня. Я хотела бы одеться.

Грейсон ухмыльнулся:

– Простите, что мешаю вашему туалету. Благодарю за поездку. Она была необычайно увлекательной.

Он протянул руку вверх и дернул за рычажок устройства, опускающего лестницу, после чего спустился на землю, стараясь не прикасаться к раскаленной броне боевого робота в тех местах, где в него угодил луч лазера или снаряд автопушки.

«Беркут» стоял на мелководье. Грейсон спустился и обнаружил, что вода ему доходила лишь до колен. Когда он набрал полную пригоршню воды и плеснул себе в лицо, ему показалось, что нет ничего более приятного на свете.

– Мой повелитель, способа доставить на Охотничий мыс большее число боевых роботов или танков не было. У нас под рукой имелось только два шаттла. К тому же самых маленьких.

Кевлавич стоял по стойке смирно в кабинете Нагумо в Регисе. Он смотрел прямо перед собой в зеленоватое небо за окном за спиной генерал-губернатора. Прежде чем продолжать, Кевлавич сглотнул.

– Мой повелитель, мы не ожидали, что они будут столь ожесточенно сопротивляться. Мы думали, что обнаружим только несколько изувеченных людей, чудом выживших после крушения шаттла. А вместо этого нам пришлось встретиться по крайней мере с двумя вражескими взводами роботов. Впрочем, я не исключаю, что их было больше. Кроме того, боевые роботы противника поддерживались большим хорошо организованным партизанским отрядом, с которым пришельцы, должно быть, успели установить контакт еще до нашего прибытия.

Лицо Нагумо казалось непроницаемым.

– Ясно. Что еще?

– С нашей стороны был один серьезный тактический и логический просчет, который привел к срыву операции и нашему поражению.

– Да?

– Шаттл «Субудай», прибывший туда почти через восемь минут после «Чжао», не был разгружен. Легкие танки были выведены на поле только после того, как мой взвод был вынужден отступить. Если бы я мог действовать вместе с танками, все было бы совершенно иначе.

– Возможно,– обронил Нагумо. Лицо его по-прежнему ничего не выражало. Соединенные действия боевых роботов и наземных подразделений всегда были камнем преткновения во время анализов операций с участием роботов. Некоторые полевые командиры клялись, что совместное использование легких танков и тяжелых шагающих роботов лишь снижает боевую эффективность последних. Другие возражали, что наземные подразделения для того и используются вместе с роботами, чтобы предоставлять им свободу действий. Нагумо был традиционалистом, который считал, что боевым роботам во время проведения операции следует действовать отдельно. Но он был человеком достаточно широких взглядов и позволял своим подчиненным, таким, как, скажем, Кевлавич, иметь свое собственное мнение. Но сейчас это не играло никакой роли, ибо позор поражения лежал целиком на совести генерал-губернатора.

– Возможно,-снова проговорил Нагумо,-тогда, наверное, и второй взвод роботов мог бы действовать более эффективно. Каковы наши потери?

Наступал самый щекотливый момент. В подразделениях боевых роботов машины ценились куда больше, чем водители. Людей можно заменить, а вот боевые машины в условиях цивилизации, где технология приходит в упадок, с каждым днем заменять становилось все труднее.

– Повелитель, потеряны оба легких робота. Один из них получил серьезное повреждение в области рубки. Мы должны признать, что встретились в поле с противником, не уступающим нам в мастерстве. Однако мне кажется маловероятным, что у мятежников имеется достаточная техническая база, чтобы произвести ремонт второго робота. Следует также заметить, что их «Стрелец», похоже, также выведен из игры.

– Не стройте иллюзий на этот счет, полковник,– отозвался Нагумо. Голос его был опасно спокойным.– В районах, контролируемых повстанцами, есть индустриальные комплексы. Есть центры по обслуживанию промышленной техники и агророботов. Особенно в районе плантаций. Мы ведь еще не все их обнаружили... пока?

– Д-да, мой повелитель. «Орион» серьезно поврежден, но сумел самостоятельно уйти с поля боя. Мой старший тех говорит, что семидесяти часов будет достаточно, чтобы снова вернуть его в строй. Все необходимые запчасти у нас есть. У моего «Мародера» особенно досталось броневой обшивке. Кроме того, у него сбит протонно-ионный излучатель с левой руки. Опять-таки, все это может быть восстановлено. Из двенадцати «Галеонов» четыре уничтожено.

– Вы забыли упомянуть один сбитый АКИ,– нетерпеливо прервал его Нагумо.– А что до второго, то он так поврежден, что вряд ли когда-нибудь будет снова летать.

Генерал-губернатора особенно беспокоили потери среди аэрокосмических сил. Сперва потеряно несколько истребителей в космосе, а теперь вот и этот...

– Враг вполне в состоянии восстановить по крайней мере один из этих танков, а может быть, и больше,– продолжал Нагумо. Сейчас он говорил, скорее обращаясь к самому себе.– В рапорте, поступившем от капитана «Чжао», говорится, что два «Галеона» просто увязли в мокром песке. Когда уровень воды спадет, ничто не помешает повстанцам вытащить их с помощью имеющихся у них теперь боевых роботов. Полковник, я боюсь, что это... Это позорное происшествие вряд ли украсит ваш послужной список.

– Вы правы, мой повелитель.

– На самом деле я уже подумываю, может быть, нам пора подыскать кого-нибудь... кого-нибудь более подходящего для того, чтобы возглавить ваш полк.

– Как... как моему повелителю будет угодно. Нагумо, похоже, смягчился. Даже позволил себе улыбнуться. Вид обнажившихся в улыбке зубов генерал-губернатора отнюдь не способствовал улучшению настроения Кевлавича.

– Нет, полковник. Я думаю, что человек должен учиться на своих ошибках. Я предоставляю вам еще один шанс доказать, что вы способны обучаться.

– Благодарю вас, мой повелитель!

– Не стоит. Я приказываю взять вам столько людей, сколько сочтете нужным, и выследить этих чужаков. Я желаю, чтобы вражеские боевые роботы были уничтожены, полковник. Прежде, чем они смогут эффективно помочь мятежникам. И не тешьте себя иллюзиями насчет противника и его возможностей. Вы уже один раз недооценили его. Вам понятно?

– Да, мой повелитель.

– И помните, что мое терпение не бесконечно. Еще одного поражения с вашей стороны я не потерплю. Ясно?

– Так точно, мой повелитель!

– Тогда идите. План предстоящей операции представите мне завтра. Кроме того, я хотел бы получать от вас ежедневный отчет. Все. Свободны.

Илза Мартинес перегнулась через импровизированный стол, наспех сооруженный из куска брони, валяющейся на берегу, и двух поставленных на попа стальных барабанов, подобранных тут же. Свежий ветер, дующий со стороны моря, разметал ее волосы. Между ней и Грейсоном была расстелена карта. Илза выпрямилась и потрясла головой:

– Капитан, вы хоть представляете, о чем меня просите?

Грейсон скользнул взглядом по Бразедновичу, который водил пальцем по стволу своей лазерной винтовки, глядя в сторону. На лице у него было написано: мол, это ваш спор, вам его и решать, а меня это не касается.

– Капитан Мартинес,– начал Грейсон официальным голосом,– вы понимаете, что произойдет, если вы не сделаете этого? – Хотя они сейчас и не находились на борту корабля, Грейсон намеренно назвал ее капитаном, чтобы подчеркнуть возложенную на нее степень ответственности, о которой она и так знает.