Звезда козодоя
Шрифт:
Однако впереди их ждала еще одна дверь — с красной надписью: «Господа гости могут причесаться и почистить обувь».
Рядом помещалось зеркало, под ним лежала щетка на длинной ручке.
— Какая изысканность! — поразился первый охотник. — А я-то подумал, деревенская забегаловка.
— М-да… — поддакнул второй. — И впрямь, все чин по чину. Наверное, важные птицы сюда залетают…
Они пригладили волосы и счистили грязь с ботинок.
Но что это?! Стоило положить щетку на место, как она истаяла в воздухе. Сразу резко похолодало, подул сильный ветер.
Охотникам стало не по себе, они невольно прижались друг к другу. Распахнув дверь, вошли в залу. В головах стучала одна мысль — скорей проглотить что-то горячее, иначе конец. Но на внутренней стороне двери обнаружилась совсем уже странная надпись: «Просьба оставить здесь ружья и патроны».
Глядь — а тут и столик уже приготовлен, черный такой, небольшой.
— Пожалуй, и впрямь не слишком прилично садиться за стол с ружьем…
— Точно тебе говорю, здесь бывают солидные господа! Молодые люди сняли ружья, отстегнули патронташи и положили на столик.
Но впереди ждала еще одна дверь — на сей раз черная. «Просим снять верхнюю одежду, шапки и обувь».
— Снимаем? — покосился первый охотник.
— Ничего не поделаешь, надо. Нынче, наверное, важные гости пожаловали.
Они сняли куртки и кепки, повесили их на крючки, разулись и босиком прошлепали к следующей двери.
«Просьба оставить заколки для галстуков, запонки, очки, портмоне и прочие металлические и колющие предметы» — гласила очередная надпись. Рядом с дверью стоял роскошный черный сейф с приоткрытой дверцей, в скважине торчал ключ.
— Похоже, здесь готовят на электричестве. Потому так и боятся металлических предметов… Особенно колющих.
— А деньги берут, наверное, здесь же, но на обратном пути. Охотники сняли очки, отстегнули запонки, положили все в сейф и закрыли дверцу на ключ.
Не успели они сделать и пары шагов, как наткнулись на очередную дверь:
«Зачерпните из горшка сливок и намажьте лицо, руки и ноги».
Заглянули охотники в горшок — а там и впрямь сливки!
— С чего это нам себя сливками мазать?!
— С чего, с чего… На улице холод собачий. А здесь жара, кожа может потрескаться. Нет, точно тебе говорю, важные господа обедают. Глядишь, со знатными людьми знакомство сведем!
Охотники зачерпнули из горшка сливок и вымазали сначала лицо и руки, а потом еще и носки сняли, ноги тоже намазали. А то, что в горшке еще оставалось, выпили, притворяясь, что по второму разу лицо мажут.
После этого распахнули дверь — и прочитали: «Вы хорошо намазали лицо? Про уши не забыли?»
Под дверью стоял еще один горшочек со сливками — совсем малюсенький.
— И то правда! Про уши и забыли! Ой-ой, вот бы точно потрескались… До чего же заботливый здешний хозяин!
— Да уж, все предусмотрел, до мелочей. Ох, как есть хочется… Да видно не скоро обед подадут, долго еще по коридорам бродить придется…
И впрямь, перед ними снова возникла дверь. «Обед уже скоро. Потерпите минут пятнадцать. Уже вот-вот. А пока просим сбрызнуть себя духами из флакона».
У двери стоял золотистый флакончик. Охотники послушно побрызгали волосы жидкостью из флакончика. Духи — не духи, больше на уксус похоже.
— Гадость какая. Кислятина. Уксус, что ли? Что за чертовщина!
— Служанка, наверное, насморк подхватила, вот и налила вместо духов уксуса…
Отворив дверь, они увидели еще одну надпись: «Просим прощения за доставленное беспокойство. Совсем утомили вас своими заказами. Но в заключение еще одна просьба — посыпьте себя солью, да погуще».
Рядом обнаружился очень красивый синий горшок из фарфора, до краев наполненный солью.
Тут до них, наконец, дошло. Охотники испуганно повернули друг к другу свои перемазанные сливками физиономии.
— Ох, не нравится мне все это!
— Вот и мне страх как не нравится…
— Написали: «у нас много заказов». Только, выходит, эти заказы мы сами и выполнили!
— Значит… здесь не гостей кормят, а… гостей на обед подают, так что ли выходит? И н-нас т-т-тоже с-с-съедят?
— И н-н-нас т-тоже… — затрясся второй охотник.
— Бежим! — закричал первый, бросаясь на заднюю дверь. Но та даже не подалась.
А впереди уже маячила новая дверь, и в ней зияли две замочные скважины, больше напоминавшие нож и вилку.
«Благодарим за труды. Вы замечательно справились. Извольте пожаловать внутрь».
Вот что было написано на последней двери, а сквозь замочные скважины, не мигая, смотрели два синих глаза.
Охотников затрясло. Из глаз брызнули слезы. А из-под двери полз шепот:
— Все пропало! Догадались они, догадались… Теперь не посолят себя, ни за какие коврижки…
— Да уж конечно. Хозяин-то у нас в грамоте не силен. Надо же было додуматься до такого: «Просим прощения за доставленное беспокойство. Совсем утомили вас своими заказами»! Повежливей нужно было, повежливей! Ну, например, «соблаговолите принять наши нижайшие извинения…»
— А, да не все ли равно, как писать! Нам-то что, даже косточек обглодать не дадут.
— Так-то так, но если эти олухи заартачатся, хозяин с нас три шкуры спустит!
— Надо их сюда заманить. Давай-ка позовем! Эй, господа хорошие, что вы там мешкаете! Пожалуйте к нам, поживей! Идите сюда. Скорее! У нас тут уже и тарелочки до блеска намыты. И салатик посолен и приготовлен. Осталось только вас уложить и листиками украсить. Так что давайте уж, пошевеливайтесь!