Чтение онлайн

До института было недалеко - два квартала по Проспекту Вождя к центру города. Был разгар рабочего дня, и людей на улицах почти не было - так же, как и машин. На перекрестках мигали желтыми глазами светофоры. По дороге Н. зашел в хлебный магазин, купил булку и немедленно набил ею рот. Так с набитым ртом он и вошел в вестибюль института, пройдя мимо белых колонн, поддерживавших портик мясисто-красного цвета с барельефами рабочих и вождей. Старикашка-вахтер со сморщенной физиономией в синей фуражке и форменном кителе долго изучал фотографию Н. в пропуске, но наконец, открыл проход. Н. угодил точно в перерыв, и увидев в вестибюле товарищей по учебе, направился к ним, чтобы узнать, что сейчас было на лекции добросовестность в нем иногда брала верх над разгильдяйством. Но это намерение выполнить он не успел - пересекая вестибюль, ему навстречу шла, широко улыбаясь, Алина. Она была такая же, как на фотографии, только ещё красивее.

Они встретились под прямоугольным камнем серо-зеленого цвета, вершину которого украшал бюст одного из основоположников. Как всегда при встрече с ней, Н. испытал легкое потрясение. Ноги приросли к полу, тело приобрело неподвижность каменной статуи. Поведение Алины только способствовало его окаменелости. Вместо того, чтобы поздороваться, как все нормальные люди, она вдруг приподнялась на цыпочки и влепила ему в губы самый натуральный поцелуй. "Так это называется", - осенило Н., и то же самое озарение позволило ему увидеть себя со стороны, как телекамерами, глазами однокурсников, на долю которых выпало неслыханное зрелище. Алина что-то говорила ему, но он сумел осознать и переварить её слова только после того, как невероятные ощущения улеглись у него в голове, создав новую область его мировосприятия. "А сон-то мой, оказывается..." - успел подумать он между делом.

– Что ты говоришь? Свен появлялся? И что он?
– переспросил он, уцепившись за конец недорасслышанной фразы.

– Ну да, - нетерпеливо проговорила Алина.
– Мне он попался около входа. Сказал, что у него к тебе какое-то неотложное дело. И просил, чтобы ты сразу же, как только сможешь, к нему заехал.

– Хм...
– Н. пожал плечами.
– А ко мне он зайти не мог? Странно. Он не сказал, что за дело?

– Видимо, это меня не касается, - предположила Алина не без сарказма. Она не слишком благоволила к Свену, и тот факт, что она взялась передать его слова Н., говорил о её большом расположении к последнему.
– Но он очень просил тебя приехать, - сказала она убеждающим тоном, как человек, намеревающийся приложить все усилия, чтобы исполнить поручение.

– Ну ладно. Посмотрим, - рассеянно ответил Н. Тем временем Алина, заметив в его руке булку, без особых церемоний завладела её половиной и отправила себе в рот.

– Ты тоже не завтракала?
– поинтересовался Н.

– Почему? А ты - нет?

– А где, и чем? Пойдешь в столовую после этой пары?

– Нет. У меня будет семинар.

– А сейчас что?

– Лекция Рокборка.

– Где?

– В четыреста пятой.

– Отлично. У меня тоже на четвертом.
– Он взглянул на часы в холле и увидел, что до конца перерыва осталось немного.
– Идем?

Они направились к лестнице, и тут произошла следующая невероятная вещь: Алина неожиданно, но так естественно, будто делала это отнюдь не в первый раз, взяла его за руку. Н. не помнил, что ощущал, прикоснувшись к её ладони - только что-то невыразимо приятное, как глоток родниковой воды в жаркий день.

Все это было очень замечательно, но идиллию нарушала затянувшаяся пауза. После нескольких секунд лихорадочных попыток придумать тему для разговора, Н. произнес первое, что пришло ему в голову:

– Ну, как Зверюшки?
– спросил он.

– Отлично. Ни одного не видела, - с живостью откликнулась Алина.
– А ты?

– Ну, ты же знаешь - не везет мне.

Подобными диалогами они обменивались довольно часто, едва ли не каждый раз за время их не слишком долгого знакомства. Н. знал о существовании Алины давно, запомнил её лицо едва ли не с первого дня учебы в институте, но отношения между ними очень долго держались на нулевом уровне - до тех пор, пока как-то месяца три назад Н. не оказался на дне рождения соседа по общежитию. Среди гостей была и Алина. Они с Н. оказались соседями за столом, разговорились, и между делом Н. признался Алине про непонятную нелюбовь к нему Зверюшек. Они избегали его настолько упорно, что он никогда в жизни их не видел, в то время как все нормальные жители Края лицезрели их чуть ли не ежедневно, и в больших количествах, а Ответственные Товарищи каждый день объявляли о новых успехах в борьбе с ними.

После этого их отношения потихоньку начали становиться гораздо более тесными. Н. было совершенно точно известно, чем его привлекала к себе Алина, но для него оставалось загадкой, что именно она нашла в нем. Ведь не невезение на Зверюшек, в самом деле! Хотя происходившее между ними заставляло Н. иногда задумываться - неужели действительно он чем-то отличается от остальных и не видит Зверюшек не потому, что ему не везет, а потому, что они его сознательно избегают? И похоже, это таинственное влияние сказывалось и на других - Алина заявляла, что с тех пор, как начала с ним тесно общаться, она тоже видела Зверюшек гораздо реже.

– И как это тебе удается?
– задала Алина вечный вопрос.

Н. пожал плечами.

– Не знаю. Просто не думаю о них, и все.

Затем он набрался храбрости и добавил:

– Меня, знаешь ли, кое-кто другой интересует.

Кто именно, так и осталось неизвестным, потому что навстречу им по лестнице спускалась Юлия, подруга Алины, учившаяся с ней в одной группе, высокая девчонка с кудрявыми каштановыми волосами.

– Привет, Н.!
– громко сказала она и заговорила, обращаясь к Алине: Поворачивай, подруга! Лекцию отменили. Приходил куратор, сказал, что сегодня её не будет, а со следующего раза будет читать Семчен.

Алина удивленно подняла брови, и они с Н. понимающе переглянулись. Все ясно. Тоже в Столицу умотал. Даже конца семестра не мог дождаться, хотя оставалось-то всего три недели. В последнее время в связи с расширяющейся борьбой со Зверюшками в Столицу уехало слишком много народа (Н. не сомневался, что между двумя этими факторами существует явная корреляция, но не мог сказать, чем она обусловлена), и размеренная и точная, как часы, работа института, равно как и иных учреждений, иногда давала сбои - не сразу находили замену внезапно уехавшим.

– Вот удар!
– произнесла Алина свое любимое выражение, остановившись посреди лестничного пролета. Н. застыл на следующей ступеньке в неудобном положении, не решаясь выпускать её руку.
– И что мне теперь два часа делать?!

На сей раз Н. думал недолго. Не обращая внимания на поток студентов, хлынувших мимо них вниз по лестнице и поминутно толкавших их, он сказал:

– Потом у тебя семинар, говоришь?

– Ага.

– Очень важный?

– Что ты имеешь в виду?

– Знаешь что, плюнь на него и пойдем гулять.