Зов
Шрифт:
Ни слова не сказав, Фамал обнял Лаизу, и она спрятала лицо в его жилете. Ее плечи продолжали трястись от плача, колени начали подкашиваться, поэтому Фамал взял ее на руки и посадил на кровать, рядом с собой.
— Спокойно, Лаиза, спокойно, — шептал он ей на ухо.
Через несколько минут обессиленная Лаиза уснула. Мы не хотели ее будить, и я пошла спать в ее комнату. Фамал остался с ней. Когда я вернулась утром, он так же сидел у постели и не сводил с девушки красных глаз.
Солнце заливало землю теплыми лучиками. Последние деревья доцветали, а на остальных уже зеленели молодые листочки. Клумбы пестрели ранними цветами.
Просто не верилось, что в такой замечательный весенний день могло происходить что-то настолько ужасное, как похороны. Даже сейчас, стоя посреди кладбища Ароматного у гроба Арры, я не могла поверить в реальность происходящего.
Рядом со мной были Малисса и Лаиза, которую Фамал держал за руку. Чуть левее — Карил, а за ним толпа жителей села. Родители Арры ни на минуту не отходили от гроба, в котором лежала девушка, одетая в свадебное платье и золотые серьги в форме ромашек с лепестками-бриллиантами. Даже сейчас полное страданий выражение не покидало ее лица. И — что больше всего меня взволновало — оно был точно таким, как то, что я видела в воде бассейна.
Ну вот и все. Гроб опустили в могилу, и каждый из присутствующих бросил в нее по три горсти земли. Затем гробовщики взялись за свою работу, и через несколько минут вместо трехметровой ямы появилась кучка земли, у которой сразу установили могильную плиту.
Все потянулись с кладбища к постоялому двору Дейка, где должны были состояться поминки. Я шла последней, на мгновение обернулась назад… и побледнела: облака затянули небо над кладбищем и начали вращаться вихрем. Вдруг лазурь будто смыло водой, и в ней, словно дыра, засветилось покрытое звездами черное небо в оправе из кучевых облаков. Все это продлилось мгновение, и прежде, чем я успела хоть глазом моргнуть, «дыра» снова затянулась, не оставив и следа от только что происходившего!
Кажется, кроме меня никто ничего не заметил.
Я сразу поймала первую попавшуюся птичку и наколдовала ручку. На найденном в кармане помятом клочке бумаги я поспешно написала: «Что-то происходит; похоже, времени больше нет. Собирай накопленный теоретический материал и приезжай со всеми некромантами в Фетесарин. Буду ждать тебя через пять дней. Алиса». Привязав записку к ноге птицы, я зарядила ее магией и подбросила вверх. Хоть бы успеть!
Кусая локти, я пошла к постоялому двору Дейка, где, вероятно, уже собрались все, кто был на похоронах. Но теперь меня угнетало еще и то, что эта смерть может быть далеко не последней.
Спустя два дня безумного галопа я добралась до Фетесарина. Из-за смерти Арры занятия до следующей недели отменили, поэтому мне оставалось только сидеть в своей комнате и кусать локти. Неужели все действительно так, как я думаю? Я бы с большей радостью узнала, что ошиблась, просто подняла бурю в стакане воды, и получила по шее от всех магов, но каждый следующий день развеивал эту надежду. Не понимаю, неужели никто кроме меня не замечает, что все вокруг не такое, каким было раньше? Неужели никто не видит, что перепуганные животные забились в норы? Что вода, постояв немного в кувшине, начинает слабо крутиться водоворотом, а впоследствии, если ее выпить, то сушит в горле? Что свежие цветы вянут в вазе в течение часа, а еда за считанные минуты теряет вкус? Конец близко, вот только будет ли он счастливым? Хоть бы Ларгусу все удалось!
Я заметила, что инстинктивно сминаю в руке листок бумаги, и кладу его на стол… а он на моих глазах разравнивается так, словно его вообще никто никогда не брал в руки!
В панике я вскочила и выбежала из комнаты. Через минуту я уже сидела в университетском дворе и смотрела на небо, с ужасом ожидая появление чего-то похожего на то, что видела на похоронах Арры. Но на этот раз мне предстояло наблюдать иную картину: во двор верхом заехал Вадим. Его одежда была порвана, кожа в царапинах, а конь грязный и весь в пене!
— Помогите!!! — прокричал он во все горло.
Я даже не успела понять, что к чему, а возле парня уже крутилась стая медиков, которые его осматривали. Магов прибегало все больше и больше. Вот уже среди них появился и Карил!
Ректор подбежал к Вадиму и испуганно закричал:
— Вадим, что случилось?
— На нас напали! — выдохнул он.
— Как? Кто? И что с…
— Какая-то банда! Они устроили засаду! Мы просто ехали в горах, как вдруг неизвестно откуда вылетело несколько стрел. Выпущены они были очень метко — попали прямо в сердце своим жертвам. Я запаниковал и, видимо, телепортировался интуитивно, со мной такое раньше случалось. Издали я видел, как все тела обыскивают…
— Что Фандорой?!! — заорал Карил так, что меня затрясло.
— Она… тоже. Ей попали прямо в сердце, а потом я видел, как ее тело сбросили в какую-то горную реку…
— Ты врешь! — неистово закричал Карил. — Врешь, мразь!
Понадобились усилия нескольких магов, чтобы оттянуть взбешенного Карила от Вадима. Не знаю, куда его повели. Я и сама не могла поверить в услышанное. В моей голове как-то не могла прижиться мысль, что Фандора мертва: настолько далеким, нереальным это казалось! Что, черт возьми, происходит?
Будто в трансе, я направилась ко входу в университет, но мимолетом мой взгляд напоролся на взгляд Вадима, и я ужаснулась: в его глазах не было ни капли сочувствия, сожаления, печали. Только дьявольский блеск. Они напоминал глаза дикого волка, который уже сомкнул челюсти на горле зайца.
Хоть я и бродила по хорошо знакомым коридорам университета, но я словно не понимала, где нахожусь. Все казалось чужим, сумасшедшим, холодным. С каждым шагом в голове нарастал водоворот голосов, эмоций, воспоминаний. Плохо ориентируясь в пространстве, я нырнула в один из тайных ходов, прошла еще несколько шагов… а потом упала ничком и зарыдала.
Уже три дня я ничего не ела, ни с кем не разговаривала. Похоже, весь мир перевернулся вверх тормашками. Когда я несколько раз выходила из комнаты и встречала других людей, то замечала, что у всех трясутся руки.
Группа магов, отправившихся на поиски тел погибших, вернулась час назад. Фандору так и не нашли — ее след обрывался пятном высохшей крови на берегу реки. Похороны погибших назначили на завтрашний вечер. Для Фандоры же решено было просто сделать памятник.