Чтение онлайн

Сквозь мутный водоворот, который представляли собой его мысли, Джек все-таки заметил время: чуть больше полуночи. На него напал смех. Сначала он смеялся тихо, а потом все громче и громче, пока смех не превратился в безумный хохот одержимого.

Внезапно, к немалой тревоге Гангаи, Джек вскочил с кресла в гостиной, в которое совсем недавно рухнул. Неровной походкой пройдя по коридору, Брайант миновал крыльцо и вышел на веранду, где порылся в карманах и нашел то, что искал. Он издал победоносный вопль, пошатнулся, едва не упав с лестницы, и на мгновение пропал из поля зрения Гангаи. Через пару минут заурчал мотор — Джек на мотоцикле набирал скорость, не зная, что дворецкий у него за спиной размахивает руками и кричит. Брайант взял на себя важную миссию.

Гангаи смотрел ему вслед до тех пор, пока свет габаритных огней внезапно не исчез — Джек свернул налево и покатил по направлению к холму Фаннелла.

В доме Уокеров царило веселье, звучали поздравления. Задолго до того, как закончилась рабочая смена, Нед узнал, что его затея, которой предстояло навеки остаться под именем «девятичасовое мигание», сработала и он завоевал сердце Айрис Уокер.

Она бросилась к нему в объятия, как только увидела, что Синклер идет по дорожке к дому. На ней все еще был великолепный танцевальный наряд. Он никогда прежде не видел ее такой красивой, как сейчас, во мраке, с лицом, озаренным лишь лунным светом, когда она осыпала его поцелуями. В этих проявлениях нежности было что-то горячечное, словно Айрис старалась убедить себя в том, что все это на самом деле.

Ему было все равно, что ею двигает. Нед мог лишь упиваться зрелищем ее красоты, радуясь, что она счастлива, влюблена, что на пальце у нее его кольцо. Он изгнал из сердца все сомнения, для которых больше не было места. Айрис приняла его. Что бы ни произошло в тот день в Бангалоре, Нед никогда этого не узнает, да он и не хотел знать, потому что Айрис в его объятиях, с его кольцом на пальце, шепчет его имя.

Все остальное неважно.

На веранде расположилась большая семья, которая его тоже любит. Все улыбались. Даже Руперт припрыгал из своей комнаты, опираясь на костыль, которым учился управлять уцелевшей рукой.

— Что ж, полагаю, событие можно считать официальным, — произнес Уокер на веранде. — По моему мнению, сегодняшние танцы превратились в помолвку. Поздравляем нашу любимую Айрис и ее прекрасного жениха Эдварда Синклера.

Все захлопали, зазвучали поздравления. Нед даже не покраснел. Он был слишком счастлив, переполнен чувствами, чтобы испытывать смущение.

Когда все двинулись в дом, Уокер на ходу отдавал распоряжения о напитках и закусках.

Нед на мгновение удержал Айрис и спросил:

— Я слышал, там был Джек, да?

Она кивнула.

— Как он себя повел?

— Спокойно. Согласился, — сказала она.

— Брайант говорил мне, что примет твое решение.

— Ты с ним разговаривал?

— Да. Мы решили предоставить выбор тебе.

— Ты беседовал с ним и не сердишься? Что он сказал?

— То, что я и думал. Я, по его мнению, не могу дать тебе той жизни, которую ты заслуживаешь. Возможно, в этом он прав.

— Нед!..

— Айрис, он может дать тебе больше в материальном плане, но я знаю, что эмоционально, духовно, физически… никто никогда не будет любить и поддерживать тебя так, как я.

— Знаю, Нед, знаю. Решение не было трудным.

У Синклера не хватило мужества сказать, что эта фраза подтверждает тот факт, что сомнения все-таки были.

Вместо этого он с облегчением улыбнулся.

— Я рад. Надеюсь, «мигание» было для тебя достаточно романтичным.

Она в ответ улыбнулась, и ямочки у нее на щеках выявились еще отчетливее. Нед сказал себе, что ее любовь к нему очевидна.

— Очень театрально! — Она слегка шлепнула его по руке. — Все девушки умирают от зависти. — Внезапно лицо Айрис исказилось, она стала хватать ртом воздух. — Ой, Нед, прости меня. — С этими словами девушка бросилась в кусты.

У нее начались позывы на рвоту.

— Айрис, как ты себя чувствуешь? — Встревоженный Синклер взял ее за плечи.

Она вздохнула, провела дрожащей рукой по лбу и сказала:

— Мне так жаль. Дай мне, пожалуйста, твой носовой платок.

Он дал, Айрис промокнула губы и вытерла лицо.

— Что с тобой?

— Это уже второй раз. — Она покачала головой. — Кажется, я заболеваю.

— У тебя температура? Может, поговорим с твоим отцом?

— Нет-нет. Пожалуйста. Пойдем. У них праздничное настроение. Давай не будем его портить. Мне уже лучше. Все прошло. Знаешь, наверное, это от нервов. Этот месяц мне нелегко дался.

— Знаю, моя дорогая. Я соблюдал дистанцию, но…

— Ш-ш! — Она приложила пальцы к его губам. — Давай не будем об этом.

— Почему?

В ответ Айрис привлекла его к себе и обняла.

— Давай не будем ждать, Нед.

— О чем ты?

— О том, что не надо откладывать свадьбу. Я не хочу долгой, растянутой помолвки. Сегодня мы обручились. Давай поженимся на Рождество.

— Но ведь до Рождества меньше четырех недель! — предостерег он, опешив от такого пыла, но восторгаясь в глубине души. — Айрис, я женился бы хоть завтра, но думаю о тебе, о твоей семье. Невестам ведь всегда надо так много времени!

— Только не мне. Давай поженимся до начала праздников, и тогда отмечать Рождество мы будем уже как мистер и миссис Синклер.

— Если ты этого хочешь, да будет так. — Он осыпал ее руки поцелуями. — Я договорюсь в церкви Святого Майкла на эту дату. Уверен, там нет очереди!

Они рассмеялись.

— Пойдемте, голубки, — послышался голос Джима. — Папа разыскал какую-то древнюю бутылку шампанского, которую собирается открыть. Он хочет, чтобы все выпили за ваше здоровье.

Выписывая кренделя, Джек въехал на дорожку, ведущую к дому Уокеров. Он едва ли заметил, что мотоцикл завалился набок, когда Брайант попытался сбить стойку, но промахнулся.

Свет пылал во всех окнах. В одном он увидел Неда рядом с Айрис. Они прямо светились от счастья. Все семейство было в сборе, каждый держал в руках полный бокал.

— За Айрис и Неда! — провозгласил Гарольд Уокер.

— За Айрис и Неда! — громко повторили все и подняли бокалы.

Брайант постоял, покачиваясь, понаблюдал, как члены семьи церемонно пригубливали бокалы. Затем Айрис с Недом, глядя друг на друга, как два влюбленных кролика, сделали то же самое. У Джека желчь подкатила к горлу. Он давно уже был без смокинга, в рубашке и модных брюках. Сорочка с одного бока выбилась наружу, а галстук-бабочка хлопал его по шее, поскольку попытка снять эту штуку не увенчалась успехом. Брайант сумел лишь расслабить ее.