Чтение онлайн

– Нет, тогда я лучше домой, у вас и без меня тесно, а теперь еще жилец добавился. Я тебе позвоню перед сном. – Тина представила себе галдеж детей, ворчание Костика, горы немытой посуды, голодную собаку, недовольного квартиранта, очередь в ванную утром, и посочувствовала подруге.

По дороге к дому она несколько раз, глядя на уличные таксофоны, с трудом преодолела искушение позвонить Сиуру домой. Что она ему скажет, не так важно, главное – слышать его голос. Можно придумать какой-нибудь предлог – например, спросить, не узнал ли он чего нового, или… Тут Тина вспомнила, что Сиур обещал сам с ней связаться. Вдруг он звонил, а ее не было дома? Она пришла в ужас от этой мысли. Может быть, он звонит ей прямо сейчас? Она ускорила шаги, почти побежала.

Если бы кто-нибудь раньше сказал ей, что она будет бегом бежать домой или сгорать от нетерпения в ожидании звонка почти незнакомого мужчины, она бы… А, ерунда! То было в другой жизни, когда все было другое, и она тоже. Тина взбежала вверх по лестнице, нащупывая на ходу ключи в сумочке. Она услышала, как за дверью зазвонил телефон, и, словно в лихорадке, вставила ключ в замочную скважину. Как назло, замок не поддавался. Она чуть не заплакала от досады – в то самое мгновение, как дверь открылась, телефон перестал звонить.

Тина захлопнула дверь и прислонилась к ней, ощущая бешеный стук собственного сердца. С трудом, переводя дыхание, она уставилась на телефон, мысленно заклиная, чтобы он вновь зазвонил. Сколько она так простояла, неизвестно.

Наконец Тина поняла, что звонков больше не будет. Раздевшись, как во сне, она прошла на кухню и поставила чайник. Ее всегда успокаивали обычные домашние дела, но сегодня этого не произошло. Не находя себе места, она бесцельно бродила по квартире, пока свисток чайника не вынудил ее вернуться на кухню.

Тина пила горячий чай, не ощущая его вкуса. Мысли метались, сменяя одна другую, беспокойство нарастало, а надежда, что телефон вновь зазвонит, все гасла. Когда она почти перестала ждать, раздался звонок. Девушка бросилась в прихожую, потеряв по дороге тапочек, и не заметив этого, схватила трубку…

– Тина, ты уже дома? – раздался голос Людмилочки. – Я почему-то волновалась. Хорошо, что ты дома. Почему ты молчишь?

– Спасибо, все хорошо. – Тина постаралась скрыть разочарование. – А как ты? Как там твои?

– Слава Богу, что я не поехала к тебе. У Павлика горло разболелось, а Костик не смог его заставить пополоскать. У Алеськи в садике праздник, пришлось срочно стирать ей платье – вдруг оно не высохнет? Сейчас сушу его феном. Слышишь шум?

– Ага.

– Ну вот. Я тебе говорила, что они даже хлеба не купят? Придется завтра в семь утра бежать в булочную, иначе даже бутербродов на завтрак не сделаешь. Ладно, на работе увидимся. У тебя правда все в порядке?

– Да. Сейчас приму горячий душ и лягу спать. Ты тоже ложись, хватит уже крутиться.

– Что ты! Какой там спать, еще дел полно! У нас горячей воды нет, представляешь? Ко всему прочему еще и это! Завидую тебе. Ну, пока. Желаю цветных сновидений.

В детстве они читали вместе сказку про Оле-Лукойе, [12] который раскрывал над хорошими детьми свой волшебный зонтик, чтобы они видели разноцветные сны. С тех пор, вместо спокойной ночи они желали друг другу цветных сновидений. Тина невольно улыбнулась. Теперь уже не Оле-Лукойе, а, похоже, сам великий Мерлин [13] раскрыл над нею свой зонтик – так стремительно менялась ее действительность. «Жизнь и сон одно есть». Воистину так. Она вздохнула.

Стоя в душе под горячими струями, Тина никак не могла согреться – кожа покрылась мурашками, тело вздрагивало – приятного расслабления никак не наступало. Показалось, что зазвонил телефон. Она прикрутила воду и прислушалась. Так и есть – в прихожей звонил телефон. Тина схватила халат, кое-как натягивая его на мокрое тело, выскочила из ванны, и, шлепая босыми ногами, помчалась в прихожую. С волос текла вода, но она не обращала ни на что внимания.

– Кажется, это на самом деле сон, – подумала Тина, услышав в трубке голос Сиура.

– Тина? Добрый вечер. Уже довольно поздно, – он помолчал. – Где вы были? Я вам звонил несколько раз.

– Я… была у подруги. Мы вместе ездили за город.

– Зачем?

– Зачем? – она не сразу нашлась, что ответить. – Ну… По делу. А что ?

– Я бы не советовал вам ходить где попало. По крайней мере, не сейчас.

– Послушайте, – Тина сглотнула подступивший к горлу комок, – я что, должна отчитываться? Вы не договариваете. Почему я не могу ходить, где хочу? Вы что-то узнали?

– Да. Кое-что. Но это не по телефону. Что вы сейчас делаете? Я могу подъехать?

– Подъехать? – она почувствовала, что краснеет. Ей очень этого хотелось. Она не смела и надеяться, и все же где-то в подсознании надеялась, что он приедет. Это могло означать только одно – то, что ей грозит настоящая опасность, но Тина почувствовала радостное возбуждение вместо страха. – Да, конечно, если надо…

– Хорошо. Я звоню из машины. Через пару минут буду.

Тина опустила трубку на рычаг и в растерянности уставилась на лужу под ногами. Через пару минут? О, Господи! – она с ужасом посмотрела в зеркало – мокрые волосы повисли, бледная, измученная, под глазами синяки… Она даже не успела вытереться как следует.

Раздался негромкий стук в дверь. Тина подошла, открыла замки. Сиур недовольно спросил:

– Почему не спрашиваете, кто? Разве можно открывать кому попало? На лестнице темно. Звонок у вас не работает.

– Да, сломался, наверное.

В прихожей тоже не было света, и он не сразу рассмотрел, в каком она виде.

– Вы позволите? – с трудом сдерживаясь, чтобы не рассмеяться, он прошел в комнату.

Тина поплелась следом – на нее нашло странное оцепенение. Было уже все равно, как она выглядит, – главное, он с ней, рядом, в ее квартире. Она машинально взглянула на часы.