Чтение онлайн

– Выведены апельсины без корочек! Петухи без крика! Собаки без досадного лая! Яйца без холестерина!
– полезно! Свиньи без признака жира!
– вкусно! Женщины с крупными бюстами для удобства охвата рукой!
– захватывающе! Мужчины без души и сердца, но с одной мечтой в напряженных глазах!
– поражающе!

Это на том побережье. А здесь, на нашем, что-то не задалось... Вот, скажем, злаки не растут. Пора бы им выйти в рост. Послушаем фермера: "Вы живете около Города?
– Живу я тут.
– Наше сельское хозяйство пользуется самыми передовыми технологиями?
– Ну, эта... технологиями... только не растет ничего, без солнца.
– Но технологии самые передовые, не правда ли?
– Понятно, самые...
– угрюмо.
– Чего-то в этом году делается... В общем, урожая не будет, вот что".

Саша выключил радио. Закурил. Спичку бросил мимо пепельницы, не заметил. Включил воду, помыл лобовое, совершенно заляпанное стекло. Мотыльки остались позади, но смотреть было не на что - в это летнее утро вокруг был полный мрак. И только огни машин, летящих в Город.

"Главное: акции, деньги - что с ними делать?
– думал он.
– Отдать Грегу. Зайти в первый же банк, все перевести на общий счет. Документы отдать вечером. Сейчас в бюро, за бумагами. Купить билет на самолет, французская виза не просрочена, не забыть взять мамину фотографию".
– Он все решил, прибавил газ.

Внезапно зазвонил вечно спящий мобильник.

– Я ищу тебя два дня!
– прорычал Марк.
– Где ты?

– Еду в бюро.

– Пихалков ищет тебя и твои акции. Большие люди обеспокоены - ты не должен ошибиться.

– Я не продам.

– Конечно, - взволнованно сказал Марк.
– Конечно. Тем более, что появились детали.

– Ты мне расскажешь?

– Саша, я узнал для тебя.

Марк несколько успокоился и рассказал, не уточнив, где он получил эти сведения. Оказалось, что параллельно с лабораторией Александры, бессмертием занимались в Москве. В Державе использовали мышей, а лаборатория-конкурент пошла радикальным путем и, не останавливаясь на промежуточном этапе, начала с человеческих эмбрионов. Александра получила эту информацию и, как руководитель научного проекта, приняла решение немедленно остановить исследования. Но у коллектива лаборатории на эту тему оказалось другое мнение. В лаборатории состоялся тяжелый разговор... Марк засопел и заметил, что ничего толком не известно, но университет заставил Александру не только не прекратить исследования, но выкупить в московском институте все, что они уже сделали, - вместе с правами на открытие, а кого надо - переправить в Великую Державу. Вот тут-то и всплыл Пихалков, который сильно хотел великодержавный паспорт. Он - смазочный материал. Без таких дельцов всякое грязное дело застопорилось бы. Стороны оказались довольны друг другом, и университет отрядил Пихалкова в Москву для этого деликатного дела, не открывая ему истинного значения патента. За очень большие деньги Пихалков купил в Москве отказ от авторских прав плюс двух талантливых сотрудников, которых и привез в лабораторию Александры. Все было хорошо, пока Пихалков не учуял, что речь идет не о рядовом открытии. Он, тертый, понял, куда дует ветер, решил выкупить акции и появился в университете. Там ему отказали, тогда он пригрозил разоблачениями и шантажом. Сделать он много не может, сказал Марк, но обещал, если не получит акции, раздуть отвратительный скандал с обличением моральной стороны дела и привлечь для этого церковь.

– Мама построила церковь, - внезапно сказал Саша.

– Знаю, - ответил Марк, - она все деньги перечисляла на благотворительность. Себе не брала ничего. Тебе дом выплатила.

– Я не знал, что может быть столько денег...
– пробормотал он.

– Никто не знал! Вот если бы нефть или компьютерные сети! Эликсир серьезен только в социальном аспекте, ты помнишь об интересе Правительства? Ты и я - мы несем ответственность перед нашей страной.

– Правительство закроет этот бизнес?

Марк помолчал.

– Нельзя остановить природу.

– Дети продолжают жизнь взрослых - вот в чем природа, - резко сказал Саша.

– Родители дают ребенку все и умирают, то есть себя приносят в жертву. А теперь наоборот: родители используют ребенка, чтобы добиться личного бессмертия. Все в рамках естественной биологии, и человеческий род не исчезнет - просто цикл пошел в другую сторону.

– Без меня, Марк, - сказал он и отключил телефон.

Ветер превратился в шквальный. На светофоре Саша заметил, что въезжающих было меньше, чем уезжающих: из Города бежали неостановимым потоком, груженые до крыш. У шоссе сидели люди, сбившись в кучу. Все уставлено чемоданами и сумками. К ним бежали другие, таща свой скарб. Через открытые окна домов слышался грохот, крики, где-то разбилось стекло, истошно взвыла собака. Последнее, что он слышал на этом перекрестке - выстрел. "Мне эта кара не приснилась..." - сердце его заколотилось, он резко свернул на дорогу вдоль океана - срезать путь. Наперерез бежали какие-то люди, тоже с вещами, кричали, пытались его остановить.

Через полчаса он увидел банк, остановился, перевел все деньги Грегу, себе оставил немного. Поехал в бюро.

Чем ближе к воде, тем истошнее бил ветер, стараясь раскромсать хрупкое тело машины, неистово и темно завиваясь вокруг стекол, мешаясь с густой соленой влагой. Он подъехал к своему любимому пляжу. Но пляжа не было!

Валы с мятущимися, обкусанными краями мчались на берег, забрасывая себя, словно тугие хоботы, на узкую кромку земли. По пляжу бегало видимо-невидимо людей. Подпрыгивая, отдергивая ноги от бушующей воды, они подбирали что-то, выхватывали друг у друга. Саша поставил машину и сбежал к воде. Его глазам открылось фантастическое зрелище!

На пляже сверкали горы невероятных вещей - пирамиды костей и сверкающие груды гладких черепов, перемежаясь холмами всякой полурассыпавшейся дряни. Среди нее тускло блестела посуда - вазы, канделябры, горшки для обмывания королей и ночные детские горшки - металл драгоценный и ржавый - все затонувшие в океане клады с потоками рассвирепевшей воды мчались на берег. Там и сям крутились штопором, сверкали толстые золотые монеты, гнусно подмигивая людям, и люди обезумели. Не обращая внимания на заливающую их кипящую воду, они метались по берегу, хватая летящие из океана сокровища. Все смешалось в восторженных воплях, грохоте воды и очумевших лицах, мелькающих среди наваленных куч.

Откуда ни возьмись на берегу появились личности в старинной растрепанной одежде. Пираты! У Саши подкосились ноги. Настоящие пираты с перекошенными физиономиями бегали, размахивая огромными пистолетами! Если им удавалось догнать кого-то, они с треском били горшками по голове и отнимали добычу.

И тут перед самым своим носом Саша увидел Линкольна! Эту личность ни с кем нельзя было спутать! Востроносый президент разнимал орущего пирата и неистово ругающегося дядьку. Тот тискал под мышкой роскошный золотой таз и, уворачиваясь от пирата, норовил сунуть что-то за щеку. Пират увидел, истошно взвыл и вцепился Линкольну в длинные патлы. У Саши подломились ноги - он с размаху сел на камень.

Рядом раздался смешок. Он дико оглянулся: в двух метрах от него на берегу валялся Уолт Уитмен*, подперев голову рукой, и с самым живейшим интересом наблюдал ту же сцену.

В эту секунду Линкольн вцепился в косицу пирата, и они покатились по земле, ругаясь такими словами, каких Саша не знал. Дядька с тазом почуял волю, сверкнул страстным взором и помчался куда-то вдоль воды, свободной рукой поддерживая пузо, набитое гремящей посудой.

– Плыви, как птица, и будь съеденным в свой час!
– крикнул ему Уитмен, и у Саши сдали нервы. Он так страшно заорал, что все увлеченные на берегу остановились и секунду с любопытством смотрели на него. В следующий момент все как будто превратилось в кадры кино: Саша мчался к машине с торчащими к небесам волосами, Уитмен показывал пальцем на Линкольна, разинув веселую пасть, тот грозно надвигался на пирата, а другой пират заносил сзади над Линкольном дырявую сковороду!

Саша в смятении надавил на газ.

В этот момент огромный глаз на небе стал виднее, ярче и засиял ослепительным взором. Он начал меняться. Его нижняя часть слегка вытянулась, стала делиться размытыми сегментами. Заметно побелела. Через несколько минут эта светлая часть под зрачком превратилась в улыбку, открыв ряд белейших, ослепительных зубов. Глаз с зубами был такой.

Мой рисунок

Саша вошел в вестибюль своего здания - навстречу ему кинулись какие-то люди. Зюй-Вен! С ним две дамы.