Чтение онлайн

– Мы не спрашиваем про прошлое, – сказал адмирал Криус, после того как они закончили совещаться в Психоэнергетической Сети. – Нас сейчас волнует одно: что привело к нашей катастрофе?

Но я взяла себя в руки и не дрогнула от его жесткого тона:

– Темная Материя.

На этот раз они не стали деликатно скрывать свое недоверие и высказали все, что думают вслух.

– Темная Материя! – нервно вскричал доктор Юста, затем обратился к остальным. – Полагаю, мы закончили? Вам не кажется, что она уже достаточно потратила нашего времени и терпения?

Адмирал Криус тоже с трудом сдерживал злость.

– Где ты видишь Темную Материю? – спросила Агата, вглядываясь туда, где витали обломки спутников. Я указала, но она видела только пустое черное пространство.

Агата сомкнула веки и коснулась Кольца. Несколько минут спустя она открыла глаза и повернулась к мужчинам:

– Темная Материя – единственная субстанция, которая сильна настолько, что способна поглощать жизнь наших планет… и нарушать энергетические системы. И если она начала проявляться уже и в эфемериде, то…

Адмирал Криус затряс головой:

– Этого не может быть.

– Но это есть, – настаивала Агата, – и это означает, что она действует с помощью психоэнергии. Только очень могущественный Зодаец может так владеть психоэнергией.

Криус внезапно наклонился вперед, схватил меня за запястья и заглянул прямо в глаза. Руку заломило от его железной хватки. Он проверял меня на ложь. Гнев, который был готов вот-вот излиться из него, жег мои вены сквозь кожу, но я даже не моргнула.

– Так что это правда, – прошептала Агата, когда адмирал наконец отступил от меня ни с чем.

– Включите свет, – попросил он.

Когда в комнате стало светло, эфемерид все еще продолжал светиться, играя бликами на морщинистом лице Агаты. Ее губы шевелились очень быстро. Я догадалась, что она разговаривает через Кольцо. Криус тоже что-то торопливо нашептывал в свой волнофон. Они поглядывали друг на друга с какой-то таинственностью и посылали друг другу знаки легкими кивками. Затем Агата поднялась из кресла и улыбнулась мне:

– Думаю, мы готовы продолжить.

Она взяла опал из моей руки и положила на стол. Эфемерид тотчас закрылся, и голограмма доктора Юсты перестала распадаться на пиксели.

Волнофон Криуса спроецировал над нами голографический экран. Каждый файл содержал фото Зодайца в униформе, но я слишком нервничала, чтобы прочитать слова.

– С незапамятных времен наши кавалергарды прогнозируют рождение нового возможного Хранителя, – заговорила Агата мягким, успокаивающим голосом, таким же, как у мамы, когда та собиралась рассказать мне очередную историю.

– Твой отпечаток пальца оказался в этом длинном списке, и поэтому ты одна из кандидатов, кого мы рассматривали. К тому времени, когда ты поступила в Академию, ты уже выучила все, что можно, о Домах Зодиака. А некоторые преподаватели отметили в тебе острый интерес к нашему миру и жадность к познаниям, как у Стрельчан. В твоем волнофоне загружена обучающая версия эфемерида, чтобы в свободное время читать будущее своих друзей забавы ради. Ты даже знаешь Яррот, чему обучены только самые продвинутые Зодайцы нашего Дома. Ты всегда усердно работала на своих занятиях, и единственная трудность у тебя возникла с астралатором. Ты не осознавала, что после столь долгой и упорной работы по технике медитации и в предсказаниях по звездам в эфемериде твой навык стал естественным. Как и мы, ты просто не нуждаешься в астралаторе.

Агата еще не договорила, а Криус уже подскочил, показывая на голографические данные, заполонившие пространство:

– Это сведения о членах Королевской гвардии, тех, кто выжил. Их мы отобрали в качестве кандидатов в Консулы Совета. Они будут переданы на твой волнофон. Среди прочих в этом списке ты встретишь и одного из своих товарищей, кавалергарда Матиаса Тэйса.

Я резко вдохнула и оглянулась, только сейчас вспомнив, что все это время Матиас находился здесь. Мне стало легче, что рядом было хоть одно знакомое лицо.

Матиас стоял неподвижно, глаза его были устремлены прямо перед собой, как будто он даже не слушал наш разговор. А ведь когда Криус говорил о моем изгнании, Матиас напряженно внимал каждому слову. Я не могла понять, что изменилось, почему он стал таким отстраненным. Лишь когда я оглядывалась на него, он изредка бросал на меня ответный взгляд.

– Но из кавалергарда Тэйса выйдет гораздо лучший Консул, чем я, если вы это имеете в виду, – проговорила я.

– Простите? – Адмирал Криус наклонился вперед, и одно лишь выражение его лица вселило в меня дрожь. – Вам показалось, что мы хотим назначить вас Консулом?

– О… нет, конечно, нет. – Мне захотелось раствориться, провалиться сквозь землю, куда угодно от смущения.

Криус встал, поднялась и Агата. Доктор Юста тоже всплыл повыше, и все трое уставились на меня сверху вниз.

– Роума Грейс, – начал Криус, и его властный и величественный тон зародил во мне подозрение, что мы сейчас опять вернемся к вопросу о моем изгнании. – Пожалуйста, простите наши жестокие методы.

Затем он и остальные… низко мне поклонились. Я сидела в глубоком потрясении, не зная, что сказать.

– Звезды показали знамение, которое некоторые из нас сочли неправдоподобным, но мне кажется, мы должны принять его. С этой минуты мы будем чтить вас как Хранителя четвертого Дома, нашей любимой планеты Рак.

Прежде чем я пришла в себя, мне вложили в руки черный опал и вывели из комнаты, где я сразу попала в объятия двух женщин, поджидавших за дверью.

Меня полувели-полунесли вдоль тусклых коридоров в окружении офицеров, тех самых, что встречали нас на ступице, когда мы только приземлились. Я заметила, что на этот раз Матиас со мной не пошел.

Озеон-6 представлял собой настоящий лабиринт из коридоров и закрытых дверей, так что когда мы наконец добрались до места, я понятия не имела, как мы там оказались. Женщины внесли меня в просторный и прохладный зал, а офицеры остались стоять на страже снаружи у дверей.

– Я – Лола, буду вашей Гофмейстериной [1] , – сказала та, что повыше.

Она была одета в синее, как барвинок, платье, сшитое в ракианском стиле. Ее наряд болезненно отозвался напоминанием о доме, где мебель и архитектура имели вид ниспадающего, как водопад, каскада.