Шрифт:
Вспыхнув, стереоэкран налился ясной чернотой бездны космоса заполненной колющими искрами звёзд. Спокойная, незыблемая картина мироздания была таковой недолго…
Пространство заволновалось, забурлило – его метрика пришла в движение, раскрасив космос радужными волнами-пузырями потрясённого вакуума. Когда волнение спало, стал виден виновник этих пертурбаций: гиперпространственный крейсер «Жгучий», прибывший в систему Оранжевой Злюки. Один из кораблей экспедиции изучающей Стылое Созвездие.
Космокатеры «Ж2», «Ж3», «Ж4», «Ж7» и «Ж8» мягко отделились от корпуса «Жгучего» и, набирая скорость, направились в сторону планеты, над которой завис крейсер. Эта планета была второй в системе Оранжевой Злюки и носила малоприятное название «Жуткая».
Правые стороны космокатеров ярко сияли в жарких лучах громадного диска оранжевой звезды, в то время как их левые части почти терялись на фоне чёрных далей космоса. Казалось, семечки-катера держат путь к родному нутру планеты-плода. Жуткая действительно была похожа на необычный, страшный, живой плод с шевелящейся ужасной кожурой. И если освещённая половина кожуры казалась пламенем, в котором жарилось сопротивляющееся жуткое скопище гадов-осьминогов, то тёмная сторона была угрожающим, бурлящим, слабосветящимся месивом тех же гадов, бросающих яростные взгляды на окружающую вселенную.
Космокатер «Ж2» направлялся к сумеречной зоне, разделяющей ночную и дневную стороны планеты. Страшно было наблюдать, как маленькое семечко с людьми падает на жуткую гадскую кожуру…
Весь экран заполнился бурлящей атмосферой Жуткой. Она неслась навстречу гримасничая и пугая безобразными слепыми масками морд чудовищ, неожиданно взрывающихся светом жестоких хищных глаз.
Катер забросало в вихрях среди тел, лап, жал и хвостов монстров, рождаемых фантазией бурной атмосферы Жуткой. Монстры играли катером, пока он не попал в услужливо подставленную пасть и, закрученный смерчем, не сгинул в её глубине. Пасть захлопнулась, обнаружив премерзейшую губастую морду чудища. Сверкнули жёлтым сытым светом три глаза и морда расплылась, потонув в массе других уродливых монстров.
Вырвавшись из вихревого потока, космокатер попал в более спокойный средний жидкооблачный слой атмосферы Жуткой. Выровнявшись, «Ж2» выпустил крылья. Планируя, он пролетел облака и оказался в нижнем, самом спокойном и прозрачном слое атмосферы.
Под аппаратом раскинулась жёлто-зелёная равнина. Внизу грозно колыхались безбрежные джунгли. Некоторые участки джунглей вдруг начинали резко желтеть и, дойдя до какого-то предела, эти жёлтые, оранжевые или рыже-красные пятна начинали двигаться вплоть до такого же неожиданного распада и исчезновения. Время от времени с земли и из облаков срывались необычные разряды в виде широких колыхающихся полотнищ плотного пламени. Сталкиваясь они разливались в выси полями огня, вырисовывая какой-то невидимый до этого небесный рельеф.
Картина противоборства животрепещущих пятнистых джунглей с жгучими небесами навевала беспокойство и страх.
– Славная планетка! А?! Живая, шустрая! – жизнерадостно сообщил из своего кресла-кокона Жора. – Весёлая!
– Жуткая, – мрачно не согласился с ним капитан.
– Жутко весёлая, – подвёла итог их спору Женя, штурман и биолог экспедиции. – Мы промахнулись на шестьсот километров.
– Всего-то? – удивился Жора. Он как всегда не унывал. – Я думал нас утащило на пару тысяч. Смерч был железный!
– Джордж, – обратился капитан ко второму пилоту. – Я отключаюсь от управления, бери всё на себя. Выводи грави-двигатели на крейсер-режим. Направление: Жухлое плато.
– Сделано, капитан. Плюс автопилот, – сразу же отрапортовал Джордж, едва дав капитану закончить распоряжение, и, развернув кресло в его сторону, спросил:
– Жиль, может стоит убрать коконы. Они уже порядком надоели.
Капитан, на миг заколебавшись под взглядами друзей из-за жижестёкол коконов, жёстко ответил:
– Коконы снимем после прибытия на Жухлое плато, когда приземлимся. Неясны причины нашего общего семнадцатиминутного беспамятства при вхождении в атмосферу Жуткой.
– Дж-жуу-уди! – с шутливым отчаянием завопил Жора. – Твой муж не человек!
– А кто же? – притворно удивилась Джуди, в их маленькой экспедиции выполняющая обязанности врача и экзобиолога.
– Ходячий Космический Устав! Джу, дорогая, как ты могла стать его женой? Какой страницей соблазнилась?!
– Ж-жор-ра! – это уже, смеясь, вмешалась в разговор Женя. – Какой ты неделикатный! Выспрашиваешь интимные подробности личной жизни!
Жиль не обижался, слушая этот трёп. Он понимал: ребята снимали напряжение сумасшедшей встречи с Жуткой и бешеного прохождения её жутко живой атмосферы. Жорина болтовня была лучшим средством для этого.
…300…250…210…180 – отсчитывались на жидкокристаллическом дисплее счётчика кибер-штурмана оставшиеся до цели километры. И тут завопила, заскрежетала, противно зажужжала сирена тревоги, рывками, несколько раз мигнув, увеличилась освещённость рубки.
– Дискретное излучение большой проникающей силы, – объявила Джуди, в чьи обязанности входило наблюдение за комфортом и безопасностью внутри космокатера. – Увеличиваю напряжение полезащиты…
После краткого затмения сознания, Жиль вдруг с ужасом понял что его кокон лопнул и разлетелся. То же случилось и с другими коконами, но вместо привычных милых лиц друзей капитан неожиданно увидел жуткие ухмыляющиеся морды, представляющие синтез жабьих, жучьих и жирафьих черт. Чудовища, нахально выпучив жучьи глаза, уставились на Жиля. Жирный монстр, сидящий на месте Жоры, почёсывая жабий живот, зашевелил жвалами и сказал жориным голосом:
– Капитан, весело ж-живём!
Поражённый шоком, Жиль ничего не мог ответить. В ужасе у него получилась лишь какая-то непонятная жестикуляция…
…100…90 – продолжал отсчитывать километраж кибер-штурман. Очень близко, впереди по курсу полыхнуло полотнище молнии, и космокатер, попытавшийся, но не сумевший обогнуть стену пламени, врезался в неё. Полотнище опало, растёкшись жидким огнём по корпусу космокатера, и тут же стекло навстречу разряду с земли. А космокатер, падая, прошёл только что образовавшийся жёстко сияющий слой, вобравший в себя мощь неба и земли, и, сожжённый, кувыркаясь, устремился вниз на джунгли. У самой земли космокатер дернулся, став стартовой площадкой для пяти круто взмывших спасательных блоков, и, ускорив падение, врезался в жёлто-оранжевые верхушки деревьев. Джунгли без особого для себя ущерба приняли рухнувшие остатки «Ж2». Пять мягко опустившихся ржаво-рыжих спас-блоков исчезли в джунглях совершенно бесследно…