Чтение онлайн

– Разумеется, но тут уж мы подоспеем. По этой дороге мы ездим собирать дрова для костра. Если они попадут в ущелье, то через полчаса остановятся перед стеной из скал; у ее подножия лежит глубокий пруд. Они повернут назад и еще полчаса будут выбираться из ущелья. Времени у нас хватит, чтобы устроить им засаду на обратном пути. Мы перестреляем их.

– Это мы можем и здесь сделать, пока они еще не тронулись в путь.

– Нет. Если хоть один из них сбежит, все пропало. Как только они удалятся, я дам своим слугам знак. Минут через пять они будут здесь. Мы оседлаем лошадей и пустимся в погоню за этими проходимцами. Ружей у нас хватит. Жаль только немец заметил ружья! Забыл я о них, когда посылал его в дом.

– Не могу я понять этого немца.

– Я тоже никак его не раскушу.

– То он корчит глупую физиономию и болтает всякую ерунду, то снова превращается в человека, с которым никак не сладишь. Но ты видишь, что я был прав! Засада не удалась.

– Никак не возьму в толк, что же случилось. Даже если конакджи был так глуп, что упустил чужаков, им все равно пришлось пробираться через Чертово ущелье и наши друзья заметили бы их. Они что, проспали?

– Или немец сам напал на них!

– Это немыслимо. Во-первых, он даже не ждал засады. Во-вторых, не знал, как подняться на скалу. А, в-третьих, если он знал и подозревал, то все равно не напал бы на них. Вздумай он пойти на них штурмом, погибли бы все – и он, и его спутники. Их перестреляли бы сверху. Странно все это! Ничего нельзя понять.

– Скоро все выяснится.

– Конечно! Я бы послал сейчас на Чертову скалу кого-то из слуг, но нам даже к ним нельзя отойти. Два этих проклятых типа не сводят с нас глаз и держат палец на курке.

– Давай попытаемся с ними поговорить.

– Я даже пробовать не хочу. Рискни!

– Надо посмотреть!

Алим медленно стал приподниматься. Но тут я услышал повелительный окрик Оско:

– Сядь!

В тот же миг, чуть привстав, я увидел, что Оско и Омар взяли ружья наизготовку. Алим снова сел и крикнул:

– Что, нельзя хоть чуть-чуть шевельнуться?

– Нет, даже разговаривать нельзя. Еще одно слово, и мы стреляем!

Оба разразились проклятиями и ругательствами; теперь я знал, что могу положиться на бдительность моих спутников, и медленно пополз назад, направляясь к Халефу.

– Ты что-нибудь слышал? – спросил тот, когда я вернулся к нему.

– Да, но об этом попозже. Пойдем быстрее!

Мы пошли вдоль тропинки и вскоре увидели, что моя догадка была верна и эта узкая тропа вела на вершину. Сперва она уходила в расщелину скалы, а оттуда круто вздымалась зигзагом.

Пока мы поднимались наверх, прошло шесть-восемь минут. Здесь, среди деревьев, мы увидели сложенные повсюду связки дров, приготовленные для костра. Удары топоров говорили о присутствии людей.

– Это слуги углежога, – сказал Халеф. – Надеюсь, они не захватят нас врасплох!

– Я этого не опасаюсь. Они там, справа наверху, а мы проберемся налево, где виднеется верхушка высокого дуба.

В той стороне лес намеренно берегли от топоров. Очевидно, углежог хотел, чтобы его тайна осталась скрыта от взоров посторонних. Деревья и кусты росли здесь так густо, что мы порой едва могли протиснуться сквозь них.

Наконец, мы достигли дуба. Он был очень широк в обхвате. Ствол его казался довольно крепким. Среди мощных, толщиной с человека, корней, местами выглядывавших на свет, не было видно никакого дупла. Однако, стоило мне обойти дерево, как я увидел в пяти с половиной метрах от земли отверстие; оно было достаточно велико, чтобы туда мог проскользнуть человек.

Нижний сук дуба можно было достать руками. Встав на него, легко было схватиться за второй сук. Третий же сук был давно сломан; на его месте образовалось дупло.

– Если не ошибаюсь, вход в пещеру находится там, наверху, – сказал я, указывая ввысь.

– Но как туда попасть? – спросил Халеф. – Для этого нужна лестница, ведь ствол не обхватишь, чтобы вскарабкаться на него.

– Лестница тут есть.

– Я ее не вижу, – сказал хаджи, напрасно глядя по сторонам.

– И я ее тоже не вижу, зато вижу что-то другое. Посмотри-ка на землю! Среди мха четко отпечатался след, ведущий в заросли. Очевидно, тут ходят взад и вперед, и для чего спрашивается? Чтобы носить лестницу туда и сюда. Ты ее сразу заметишь.

Мы пошли по этому следу, миновали молодые, густо покрытые листвой стволы бука и впрямь увидели на земле то, что служило лестницей – суковатый сосновый ствол, у которого обрубки сучьев заменяли ступеньки.

– Верно! Это лестница, – молвил Халеф. – Теперь мы можем подняться наверх.

– Мы поднимемся туда даже без лестницы. Осторожность советует нам от нее отказаться. Вдруг кто-то придет сюда, хоть я этого не опасаюсь. Он сразу заметит лестницу, прислоненную к стволу дуба, и поймет, что кто-то забрался внутрь. Я тебя привел сюда, чтобы доказать, что моя интуиция меня не подвела.

– Но без лестницы я же не доберусь до дупла!

– Ты залезешь мне на плечи и тогда сумеешь схватиться за нижний сук.

– А ты?

– Я подпрыгну и дотянусь до него.

Халеф вскарабкался мне на плечи, а потом легко забрался на сук. Мне удалось с первого же прыжка схватиться за этот сук, потом мы влезли на другой сук; теперь дупло находилось у нас перед глазами. Я заглянул внутрь.

Ствол был полым, а дупло – таких внушительных размеров, что вместило бы сразу двух человек. Но как спуститься в дупло, я пока не знал.

– Там нет веревочной лестницы, – молвил Халеф. – Ты обманулся.

– Нет, я не обманулся. Посмотри-ка на это дупло. Оно гладко вытерто. Ты не заметишь ни следа гнильцы или трухи. Сюда то и дело забираются люди. Разумеется, веревочную лестницу они спрятали так, чтобы ее не видно было снаружи. Но я думаю, что сразу ее найду.

Я сунул голову и руки в дупло и, упершись локтями в стенку, перевесился туда всем корпусом. Ладонями я принялся шарить по дуплу.

Верно! Прямо над входом в дупло была закреплена крепкая деревянная балка; за нее можно было схватиться руками, а потом вытянуть ноги и опустить их вглубь дупла. Я так и сделал. Повиснув на балке, я начал шарить ногами и вскоре нащупал другую, более крепкую поперечину, на которую мог наступить.