Шрифт:
Сказочный остров
Ах, если бы было просто всё,
Этот сказочный остров мой,
Тот, что привиделся мне во сне,
Принадлежал бы не только мне.
Ах, если бы было просто всё,
Этот сказочный остров мой
Домом бы стал для влюблённых всех
На этой грешной земле.
В это ненастное утро
Кто-то сказал кому-то.
Ну, просто сказал кому-то
Такие простые слова:
– Ты самая лучшая в мире!
– И ты самый лучший тоже!
И мы с тобой так похожи,
Так что такие дела.
Знаю, что я однажды…
Когда? Это вовсе не важно.
Жить буду на острове этом
В царстве любви и света.
И ты со мной будешь тоже,
Ведь мы с тобой так похожи.
Ну, просто мы так похожи.
Так что такие дела.
Невский блюз
Невский притих, как пёс.
Город в долине грёз.
Где-то в ночной тиши
Зовут фонари.
Мы будто одни на Невском
И нам никуда не деться,
С тобой никуда не деться от любви…
Чайки над Невой
Будто зовут за собой
Наши руки – крылья птиц,
Свободных птиц.
И, обо всём забывая,
Мы с тобой вдруг взлетаем.
Что с нами – мы не знаем,
Падая вниз…
Грозди звёзд,
Звёзды глаз,
Гвозди слёз.
На сегодня
Последний мой гость –
Грязный пёс…
Как оплавленный воск,
Я в мечтах твоих буду тепла
И прозрачна,
Как влажность стекла,
И, как радуга,
Буду легка
И останусь в тебе
На века…
Гаснут блёклые звёзды.
Елейным туманом укутаны
Надоевшие блики
Ненужного, тусклого пламени.
Одиозно и просто
Душистым дождём убаюканы
И остались навеки за
Йоркского замка ставнями.
Горечь мокрых ресниц
Огнями небес разрушена,
Рука об руку млечные путники –
Души и тени…
Еле слышны шаги…
Если оба мы – вечные узники?
Все во власти сомнений…
Лишь проходя через страданья,
Ты начинаешь понимать,
В чём смысл бытия,
В чём мирозданья,
И предначертано страдать.
Искусство миропониманья
Даётся всем, но лишь тому,
Кто встал с колен сознанья,
Даётся таинство летать.
И вот тогда, достав до неба,
Ты сможешь звёзды посчитать.
И быть собой, и видеть небыль,
И жить любя, и вечным стать.
О, как мучительно взывать
К тому, кого не видишь ты,
Но кто даёт тебе познать
Столь странный гений красоты.
Он будто бы тебя ведёт
К вершинам чистым, как кристалл.
И, осеняя твой полёт, –
Чтобы ты к берегу пристал,
Незримо за собой зовёт.
Быть слепым – легко,
Быть глухим – легко,
Быть немым – легко.
Зрячим быть страшней,
Слышащим – больней,
А уж изрекающим –
Так ещё трудней.
Выбор, данный тебе Богом, –
В чаше. Так давай, испей
Всю до дна, чтоб не осталось
Даже малой толики от судьбы твоей.
Вот, стою перед тобой,
Головой поникшая.
– Ты со мной иль не со мной? –
Будто голос слышу я…
– На сердце твоём печаль,
Оттого и маешься.
То сияешь, как свеча,
То в грязи купаешься.
Неразумное ты чадо,
Не спеши рубить с плеча.
Оттого с собой нет сладу,
Что всё – махом, сгоряча.
А глаза-то подними,
Боль утихнет и пройдёт.
В прошлом всё, а впереди
Светлый, новый день грядёт!
Человек без тени
…Так выпукло чувствуешь полную несостоятельность своего бытия…
Из уст А. Хрисанфова (1949–2022)
1
Не обижай свою тень, не обижай и не мучай.
Она от тебя без ума, боится и плачет,
Что настанет последний день, спрячет веру за звёзды.
Тучи
Скроют твои слова,
Будто ты невезучий.
Всё ошибка.
Внутри пустота.
Надоело до боли –
Всё привычка,
Всё смрад прежней дури.
«Да, тебя обманули,
Прости, случайно», –
Нехотя скажешь ей,
Тени пугливой,
Уже не своей.
Пустой,
Жалкой, недорогой
Уже.
Дорогой чужой,
Стремящейся в мутное небо
Последнего дня.
Оставляя тебя
В неведенье странного горя,
Оставляя тебе
Все свои предсмертные песни.
Все свои поцелуи.
Печати последних признаний,
Остатки страданий
И стены.
Где не жить человеку без тени.
И огромное сердце
С выжженным «Счастья тебе, мой близкий»,
И молитву. Благословенье на поиски счастья.
Не обижай свою тень, ты не знаешь, она страдает