Жил-был Димка

Когда я подхожу к подъезду, в окне первого этажа часто вижу полосатого кота. Сегодня он тоже выглядывает из-за цветочного горшка. Усы у кота топорщатся, дрожат. Наверное, он голубя или воробья приметил. Я придумал, что кота зовут Полоска.

– Смотри, опять Полоска выглядывает, – трясу я мамину руку.

– Какая полоска? – удивляется мама.

– Не какая, а какой. Вон, за горшком.

– Где? – мама вытягивает шею и смотрит в чужое окно.

– Да вон, видишь, усы торчат.

– Дима, не вижу я никаких усов. Только утюг, аспарагус и книжку.

– И хвоста полосатого не видишь?

– Опять твои шуточки?

Мама пожимает плечами. Получается, я не только имя коту выдумал, но и самого кота.

Я большой специалист по разгадыванию секретов. Например, я знаю, что в светофоре лампочки от электричества зажигаются, и светофорные человечки тут совершенно ни при чём. Только с одним секретом до сих пор мучаюсь. Этот секрет у дедушки Лёвы дома. Стоит на полке рядом с сушёной морской звездой и большой ракушкой. Я его и так вертел и сяк, и дул на него, и об штанину тёр, сам не знаю зачем – не поддаётся.

– Ну, Дима, разгадал, как кораблик в бутылку засунули? – спрашивает дедушка Лёва, когда мы к нему в гости приходим.

– Почти.

– Давай расскажу, – предлагает дедушка и улыбается. Усы у него разъезжаются в разные стороны.

– Нет! Не надо!

– Ну ладно, если что – обращайся.

Дедушка идёт на кухню печь блины, а я встаю коленками на письменный стол, пока мама не видит, носом прямо в бутылку с корабликом утыкаюсь и разгадываю. Я матросов вижу и юнгу, и капитана с золотым крабом на фуражке. Я их прошу:

– Откройте секрет?!

А они молчат. Не слышат, наверное, через стекло. В общем, я решил – надо морскую азбуку изучить. Сделаю флажки из маминых платков, буду махать и просить:

– Откройте секрет. СОС.

Так, кажется, на морском языке разговаривают. И они ответят. Обязательно.

Однажды мы с папой отправились покупать настоящий скоростной велосипед.

– Велосипед, Дмитрий, лучший друг человека, – сказал папа.

– Ага, – согласился я.

– Я жалею, что, прожив 34 года, так и не проехал на велосипеде от нашего города до Верхних Столбищ, – поделился со мной папа, – из машины никакой красоты не увидишь.

Когда мы подошли к спортивному магазину, оттуда как раз выходил дяденька и вёл велосипед с рулём, как бараньи рога, и весь в проводах.

– Смотри, Димка, серьёзная машина, – сказал папа.

– Ага, – сказал я и навалился плечом на стеклянную дверь.

Потом мы с папой долго бродили среди велосипедов, роликов, надувных лодок, самокатов, мячей и клюшек. Вернее, это я бродил и устал, и пить захотел, поэтому сел на скамейку и куртку расстегнул. А папа, как остановился возле боксёрской груши, так и простоял там целую жизнь.

Когда мы вышли и поволокли домой эту грушу, папа посмотрел на меня и сказал:

– Знаешь, сын, порой не ты выбираешь друзей, а друзья – тебя.

Я понял, что это был тот самый случай.

В нашем дворе часто гуляет девочка Роза. Она живёт в соседнем доме, поэтому детская площадка у нас общая. Моя мама иногда просит Розину бабушку:

– Присмотрите, пожалуйста, и за моим пять минут. Я за курткой сбегаю, что-то прохладно.

– Обязательно, – говорит Розина бабушка и надевает очки.

Мама всегда быстро возвращается и, запыхавшись, интересуется:

– Ну, как?

– Не беспокойтесь, я троих внуков вырастила, Роза четвёртая. У меня никаких ЧП быть не может.

Потом Розина бабушка снимает очки и читает маме газеты. Мама слушает, потому что невежливо просить чужих бабушек за ребёнком присматривать, а потом идти в бадминтон играть.

А мы с Розой дружим. Она хорошая. Особенно мне нравятся её круглые щёки.

– Дима, а хочешь со мной на всю жизнь дружить?

– Как это? – растерялся я.

– Ну, это когда люди женятся.

Я посмотрел на Розины щёки и согласился.

– Тогда тебе имя нужно поменять, – сказала Роза и поправила мне шапку.

– Зачем?

– Ну, надо.

– А вдруг меня мама перестанет узнавать без имени? – забеспокоился я и снова сдвинул шапку на одно ухо.

– Теперь ты будешь Тюльпан, – Роза как будто не услышала моих слов про маму.

Честно скажу, я согласился. Не знаю, что со мной стряслось. Мы покачались на качелях, откопали какую-то железку в песочнице.

– Тюльпанчик, принеси мне совок, – скомандовала Роза.

И я притащил совок. Наверное, она меня заколдовала этим именем. Я с тоской смотрел на маму, которая сидела на скамейке с Розиной бабушкой.

– Тюльпанчик, прогуляй нашу собаку, – Роза всучила мне резинового щенка на поводке из скакалки и я пошёл с ним гулять.

Точно, это колдовство. Я чувствовал, как у меня на голове сквозь шапку прорастают красные лепестки.

Я представил, что вырасту и стану Тюльпаном Андреевичем, и по спине у меня побежали мурашки.

– Дима, пошли домой, я замёрзла! – услышал я мамин голос, и лепестки тут же осыпались.

Да, мамы умеют расколдовывать. Я отдал Розе поводок и передумал жениться. Может, как-нибудь в другой раз.

В нашей квартире пять подоконников. Самый лучший подоконник – в моей комнате. На нём стоит пульт управления полётами и телескоп, потому что на самом деле это космический корабль, он только днём подоконником притворяется.