Жест равновесия

Annotation

В четвертой книге серии Meditatio представлены ранее не публиковавшиеся работы известных мастеров - Хемфрейсса и Тартанга Тулку Ринпоче, предназначенные для широкого круга читателей, интересующихся самосовершенствованием и самопознанием.

"Жест равновесия" Тартанга Тулку Ринпоче, всемирно известного тибетского ламы, не просто руководство по самосовершенствованию, но и потрясающие откровения Мастера, по-новому взглянувшего на человека, вплоть до самых глубин бессознательного, по силе воздействия которых можно приравнять лишь книги Кришнамурти.

Тартанг Тулку Ринпоче

Предисловие

Часть первая. Открытость

Непостоянство и фрустрация

Начинаем с честности

Принятие ответственности

Открытие сердца

Пробуждение сострадания

Часть вторая. Релаксация

Расширенное чувствование

Тело, дыхание и ум

Лечение положительной энергией

Часть третья. Медитация

Раскрытие медитации

Наблюдение мыслей

Трансформирование тревоги

Достижение внутренней уверенности

Открытие ума

Естественное состояние ума

Стать медитативным переживанием

Часть четвертая. Осознавание

Визуализация и видение

Медитативное осознавание

Углубление равновесия

Часть пятая. Передача

Отношения учитель — ученик

Доверие внутреннему учителю

Тартанг Тулку Ринпоче

Жест равновесия

Хотя предложенные здесь идеи и практики специально ориентированы на опыт людей Запада, они отражают и в основу их положены многие различные стадии и пути буддийской традиции, охраняемой прямой линией Нингмы. Первая и наиболее существенная тема, выделяемая буддизмом, относится непосредственно к встрече с жизнью, рассматривая наш опыт без ограничения пустяковыми или сентиментальными фантазиями. Каждая личность должна узнать существенные проблемы и ценности человеческой жизни так, чтобы можно было придерживаться надлежащего направления. Личность на стадии Хинаяны признает, что непостоянство и фрустрация являются основными чертами жизни, перед лицом которой следует стоять честно и честно иметь с ней дело. Понятно, что каждая личность должна принять ответственность за преодоление фрустраций жизни и за культивирование тех качеств, которые являются наиболее центральными для завершения человеческого существа. Требуется скорее индивидуальное усилие, чем пассивное обращение за помощью из рук другого.

***

Эссе этой книги необычны тем, что они представляют идеи и взгляды буддизма, не входя в теории относительно буддизма. Сам факт того, что мы в западном мире - говорим о буддизме так, как если бы он был жесткой системой, с которой можно (а может быть и нужно) иметь дело в абстрактных терминах, показывает, насколько нереально понимание другой системы ценностей даже в настоящее время. Эти ценности врожденно присущи внутренней жизни, а не вменяются ей произвольно в обязанность.

Эссе адресуются живому человеку, а не абстракции или туманному образу, и написаны так, что реальная личность может понять это и интеллектуально, и почувствовать глубоко в своем сердце. Вот почему эти очерки необычны - они не просто подсказывают и вбивают колышки, на которые следует натянуть свои предвзятые концепции, но и стимулируют к пересмотру и переоценке ситуации, в которой мы находимся. Благодаря пробуждению к тому, что есть под рукой, мы и получаем стимул встать на путь роста и возмужания.

Хотя каждый из очерков самостоятелен, в своей совокупности они составляют несомненную прогрессию. Отправная точка - честность, честность к самим себе как части более обширного жизненного потока, а не как посторонних наблюдателей. Как участники вечно расширяющегося потока жизни, мы не способны расти, когда мы боремся против него, когда воздвигаем препятствия и создаем напряжение, а растем лишь тогда, когда обучаемся релаксировать так, чтобы поток мог спокойно течь в нас. Релаксация, таким образом, становится незаменимым условием для медитации, которая является "настройкой!" на жизненный поток, даже если она рекламируется как панацея от всех бед. Медитация в смысле "настройки" всегда ведет к усилению осознавания, в котором искусственные границы субъекта и объекта преодолеваются в объединенном осознавании, что исцеляет гноящиеся раны нашей отдаленности от самих себя. В конце концов, как участники мы связаны с теми, кто пришел раньше нас и придет позже. Мы получили жизненные ценности от наших предков, и перерабатываем и интерпретируем заново это наследство, передавая возникающие паттерны нашим потомкам. Будет ли жить переданное - зависит от нашей честности, от точки нашего отправления.

Подобно тому, как мы проявляем тенденцию создавать абстракции из действительности, так же мы намерены создать образ человека и верить в его ценность, забывая реального человека. Человека никогда не удастся определить в жестких терминах. Он более похож на хрусталь, сияющий множеством цветов. Титул рин-по-чеозначает " драгоценность", а драгоценность хрусталя заключается во множестве его граней. В этих эссе открывается важная грань Тартанга Тулку Ринпоче - его теплая, сердечная человечность. Возможно, эту его грань, этот аспект нужно подчеркивать снова и снова, так как слишком часто мы забываем человечность его и других и теряем себя в абстракциях и фантастических образах. Именно эта человечность делает эссе еще более значительными и уверенно хранит их автора в вечно свежей продолжающейся традиции из линии учителей и мысли Нингмы.

Герберт В.Гюнтер

Руководитель Отделения Учений Дальнего Востока Университета Саскачеван

Предисловие

В книге представлены некоторые вводные дискуссии по основным практикам медитации и осознавания, применяемым в Америке за последние семь лет. Я провел много таких бесед с моими студентами, а недавно появилось предложение разделить эти идеи с более широкой аудиторией. Некоторые темы в этих главах книги частично повторяются, но эти повторы допускаются преднамеренно, с целью заложить основы для развития все углубляющегося их понимания.

Хотя предложенные здесь идеи и практики специально ориентированы на опыт людей Запада, они отражают и в основу их положены многие различные стадии и пути буддийской традиции, охраняемой прямой линией Нингмы.

Первая и наиболее существенная тема, выделяемая буддизмом, относится непосредственно к встрече с жизнью, рассматривая наш опыт без ограничения пустяковыми или сентиментальными фантазиями. Каждая личность должна узнать существенные проблемы и ценности человеческой жизни так, чтобы можно было придерживаться надлежащего направления. Личность на стадии Хинаяны признает, что непостоянство и фрустрация являются основными чертами жизни, перед лицом которой следует стоять честно и честно иметь с ней дело. Понятно, что каждая личность должна принять ответственность за преодоление фрустраций жизни и за культивирование тех качеств, которые являются наиболее центральными для завершения человеческого существа. Требуется скорее индивидуальное усилие, чем пассивное обращение за помощью из рук другого.

Эта зрелая и реалистическая позиция дополняется сосредоточением Махаяны на сострадании к другим и на глубоком понимании природы феноменов. Проникновение Махаяны вскрывает, что всякое переживание, как бы оно ни было ограниченно или фрустрирующе, тем не менее оно открыто в сущностном смысле, и поэтому мы не нуждаемся в поисках путей бегства от него. Из этого проникновения естественно исходит сострадание к другим, так как наше состояние больше не рассматривается таким уж ограниченным, безнадежным или фрустрированным. Нас уже больше затрагивают трудности других, и мы в состоянии позволить себе попытаться помочь им. Так как этот вид сострадания основан больше на понимании, чем на сентиментальных проекциях, оно обычно становится уместным и оказывает помощь.

Исторически буддизм создал разные школы и учения с целью ответа на потребности различных типов людей. Эти школы совершенствовали множество медитативных техник, помогающих выявить и справиться с проблемами жизни, а также помогающих нам соприкоснуться с глубокими и ценными аспектами нашего тела и ума. Практики буддийской медитации всегда имеют отношение к практическим оценкам и к сущностным энергиям и качествам человеческого переживания. Прочная основа и сбалансированная ориентировка необходимы для прогресса от основополагающих практик до более глубоких медитативных переживаний.