Чтение онлайн

Протягиваю руку и поднимаю вуаль, сдвигаю ее на макушку, чтобы увидеть, как ее налитые кровью глаза встречаются с моими. Она опускает их в пол, и это показывает мне, насколько покорной она будет. Она будет ползать, если я прикажу. Охрененно? Она красива в том фальшивом смысле «я не уверена в себе», поэтому отбеливает волосы, зубы, и у нее большие фальшивые сиськи. Жаль, что Люк сделал ее такой. У Лайкин Минсон, которую я помню, было больше самоуважения, чем у этой. Я буду испытывать ее при каждом удобном случае, чтобы посмотреть, сколько ей понадобится, чтобы сломаться.

Люку потребовалось три года, чтобы сделать ее такой, какой он хотел. Я сделаю это гораздо быстрее.

ЛЕЙКИН

Он держит мои дрожащие руки в своих, пока я пытаюсь успокоить дыхание. Мои слезящиеся глаза смотрят в пол, не в силах встретиться с его взглядом, либо чьим-то еще в этом здании. Стыд захлестывает меня, как приливная волна, уносящая в море, где не за что ухватиться. Я собираюсь умереть - медленной и мучительной смертью.

Моргаю, и слезы текут по моему лицу, когда я вижу, как он надевает кольцо на мой палец. Он уже носит обручальное кольцо.

Лорды все делают по-своему. Каждый из них получает свой путь и может делать с ним все, что ему заблагорассудится. Не каждая свадьба проходит таким образом. Взять, к примеру, Райата. Я знаю из разговоров, что у него и его жены не было большой свадьбы перед другими Лордами.

Мы здесь только потому, что Люк хотел, чтобы мы обменялись клятвами именно так. Тайсон просто перехватил это.

Пастор отходит в сторону, открывая Тайсону доступ к длинному прямоугольному деревянному столу - столу лордов. С каждого конца стола свисает черная дорожка, поверхность которой усыпана лепестками белых роз, а конические свечи стоят на отдельных хрустальных подставках. Они настолько велики, что не дают никакого света и не имеют никакого значения, кроме украшения стола.

Тайсон отпускает мои руки, и они падают по бокам, он протягивает свою руку, чтобы взять кинжал, лежащий перед свечами. Вытаскивает его из старых потертых кожаных ножен, на которых выгравирован их герб - круг с тремя параллельными линиями посередине - и поднимает его к моему подбородку, заставляя меня посмотреть на него. Холодный острый край вдавливается в мою плоть - достаточно, чтобы ущипнуть, но еще не настолько, чтобы пустить кровь.

Мы встречаемся взглядом, и я задерживаю дыхание. Он делает шаг ко мне, кончик лезвия мягко проходит вдоль моей челюсти к основанию уха. Металл гладкий, но ощущается холодным на моей горящей коже, отчего я покрываюсь мурашками.

— Произнесите свои клятвы, - объявляет пастор, заставляя мое сердце учащенно забиться.

— Я... клянусь, - говорю я с тяжестью на языке. Мое дыхание сбивается, а пульс учащается.

Кончик лезвия прокалывает мою кожу, заставляя меня с шипением вдохнуть, прежде чем я чувствую, как теплая жидкость скатывается по моей шее.

Его голубые глаза смотрят, как она медленно стекает и пропадает между грудей.

Уколов свой большой палец кинжалом, нежно проводит им по моей челюсти и дрожащим губам, размазывая свою кровь.

— Ты клянешься.
– Его глубокий и напористый голос обладает силой. От этой мысли я начинаю хныкать.

— Вместе, - добавляет пастор.

— Мы клянемся, - шепчу я про себя, в то время как он командует нашей аудиторией.

Тайсон делает шаг ко мне, сокращая небольшое расстояние. Его глаза не отрываются от моих, пока он опускает свои губы к моей ключице. Слеза сбегает по моей щеке, когда я чувствую, как его теплый и влажный язык пробегает по моей шее, вылизывая кровавые следы. По мне пробегает дрожь.

Я чувствую, как его губы медленно проводят по линии моей челюсти, когда он тихо говорит:

— Кровь - моя клятва, ты навсегда будешь принадлежать мне, а я - тебе.
– Он дотягивается до моих губ и захватывает их своими.

Чувствую металлический привкус нашей крови, когда его язык проникает в мой рот, и я сглатываю, зная, что если этого не сделаю, меня вырвет. Я уже достаточно опозорилась.

Мне хочется остановить поцелуй, отстраниться, но его рука ложится на мой затылок, удерживая меня на месте. Другая скользит по моей талии, прижимая меня спереди к его твердому телу.

Я пытаюсь бороться с ним, но его губы легко приоткрывают мои, и он доминирует над моим ртом, заставляя мое тело реагировать на него, хотя я этого не хочу. Мои бедра напрягаются, а сердце бешено колотится. Мои глаза закрываются, и он проглатывает то, что я могу принять за стон. Меня целовали раньше, но это было по-другому. Этот парень мне действительно нравился.

Его пальцы зарываются в мои волосы, и я чувствую, как он распускает тугой пучок. Наклонив мою голову, он углубляет поцелуй, и его язык ласкает мой самым нежным образом, хотя я понимаю, что это не так. По моей спине пробегает тепло, а тело начинает покалывать электричеством.

Когда он отстраняется, прекращая поцелуй, я ненавижу себя за то, что не отстранилась первой. Что я с готовностью оставалась в его власти. Он нежно чмокает меня в губы, прежде чем прошептать мне в ухо так, чтобы слышала только я.

— Добро пожаловать в ад, голубка. Ты сможешь ползать так далеко, как позволят тебе мои цепи.

Я прикусила язык, чтобы не зарыдать. Мое тело дрожит, сердце колотится, дыхание сбивается. Сейчас я не могу мыслить здраво. Он отстраняется и облизывает свои окровавленные губы, наблюдая за моими беззвучными рыданиями.

— Я объявляю вас мистером и миссис Кроуфорд, - объявляет пастор притихшей аудитории.

Эти слова как будто захлопывают дверь, запирая меня в клетке.

Глава десятая

ТАЙСОН

Моя жена стоит передо мной на том самом месте, где три года назад я подписал свою жизнь ради нее. Ее водянистые глаза встречаются с моими, и я улыбаюсь, глядя на кровь, размазанную по ее губам. Я чувствовал, как напряглось ее тело, когда я поцеловал ее в первый раз. Как она пыталась бороться со мной. Но часть ее, самая лучшая часть, растворилась во мне. Ее тело будет жаждать быть моим. Я собираюсь выставить ее на всеобщее обозрение как свой личный гребаный трофей. Чтобы ее отец испытывал отвращение и стыд.