Жена по наследству

Глава 1. Курильщик

Милана

– Как здорово, что ты в Москве, Мили!
– бурно радовалась моя подруга Катя, поднимая бокал.
– Давай за нас и за школу.

Катя провозгласила тост, и я выдавила вымученную улыбку, стараясь радоваться простым человеческим вещам. Вкусное игристое, устрицы по суперскидке и подружка, с которой все детство провела на сборах и тренировках.

– Да, за нас и за школу, - повторила я, звякая своим бокалом о ее.

Стекло издало очень глухой дзынь. Конечно, дело было в качестве бокалов, а не в том, что даже посуда чувствует мое уныние.

– Паршиво, что у тебя травма, - запоздало разделила мое горе подруга.

Я не вынесла бы ее сочувствия в сочетании с блеском глаз от вина. Поэтому махнула рукой и изобразила принятие:

– Судьба, значит. Зато теперь я могу много есть и даже напиться.

– Это - да. Признаться, именно ради этого я и бросила танцы. У меня бы не хватило сил просрать всю молодость, отказаться от студенчества. Ой, прости...

Она прикрыла рот рукой, понимая, что именно это я и сделала. Да к тому же зря. Теперь у меня не будет карьеры, и поступить в универ тоже проблематично. К тому же, я совсем не представляла, кем хочу стать.

Танцы были моей жизнью. Ничего иного я не хотела.

– Ничего, - снова невозмутимо успокоила я Катю.
– Студенчество - это круто. Расскажи, как тебе в «Плешке»?

– Ой, прекрасно.

И Катя стала болтать, уже не останавливаясь и не осекаясь. Я слушала, делая вид, что мне интересно, а сама только и мечтала скорее сбежать. С чего я взяла, что встреча с подругой поможет мне успокоиться перед оглашением завещания Алексея?

Катины рассказы были веселые и, наверное, интересные. Попойки, студенческие вёсны, зачетки в форточке, невыносимые преподы и шикарные парни возбуждали всех девчонок.

Только я в свое время отказалась от этого по своей воле. Моей мечтой всегда была сцена. Именно танцами я бредила с детства. Танцами я занималась всю свою недлинную жизни и с танцами связывала карьеру и все ближайшее будущее. Но у судьбы были другие планы.

Я старалась слушать Катю, но не могла сосредоточиться, терялась в именах и локациях, сначала переспрашивая. А потом перестала и просто кивала, молясь, чтобы этот вечер скорее закончился.

Чертовски паршивая идея. Наши пути и мнения не совпали полтора года назад, когда Катя поступила в Академию Плеханова, а я укатила на гастроли по Европе и двум Америкам.

Что я ждала от этой встречи?

Последний раз, когда мы виделись, я не понимала, как можно отказаться от призвания ради всего, что так восхищало Катерину. С тех пор ничего не изменилось. Наши пути разошлись.

Мне так не хотелось сидеть одной в гостинице, умирая от тоски и одиночества. Но здесь, в этом милом ресторанчике, выть хотелось еще сильнее.

Я не перебивала Катю минут десять, и она продолжала говорить, ничуть не смущаясь. Но мне очень скоро понадобилась передышка. Извинившись, я отправилась в уборную, чтобы немного перевести дух.

Столики летней веранды стояли почти вплотную, и я порадовалась, что мы встретились в будни, когда здесь не так много народа и шума. Через два стола от нас сидел мужчина. Я была к нему спиной все это время и заметила только по пути в уборную. Он посмотрел на меня мельком, но сразу вернул взгляд и как будто поймал» меня. Я даже запнулась.

У него были такие странные глаза. Я притормозила у его стола, делая вид, что ищу равновесие, а сама бессовестно уставилась на лицо незнакомца.

Мужественные черты, щетина, которая уже почти борода, но еще не совсем. Нос с небольшой горбинкой, губы полные. Но глаза... Боже мой. Я прибавила шаг, чтобы не выглядеть совсем чудачкой.

– Все в порядке, Мил?
– вернула меня за стол из раздумий Катя.

– Да, все хорошо, - почти не соврала я.
– О чем мы говорили?

– Повторить вам игристое?
– не дал кате продолжить официант.

– Нет, - отказалась я сразу.

То ли это свет так играл, то ли у него действительно был TakoЙ peдкий цвет глаз. Светло-карие, почти янтарные, цвета виски. Я прерывисто выдохнула,

войдя в уборную. Накануне оглашения завещания Алексея встретить человека с глазами, как у него.

Я сподоснула руки и брызнула в лицо водой.

Катина болтовня показалась желанной тоской по сравнению со странными чувствами, которые сейчас во мне всколыхнулись. Нужно заканчивать этот странный ужин и ехать обратно в гостиницу.

Я вернулась к столу, невольно отметив, что тот самый мужчина говорит по телефону. Я не стала оборачиваться и смотреть на него, хотя хотелось. Такое странное чувство, когда тянет, но точно знаешь, что нельзя. И от этого тянет еще сильнее. Как высота, которая манит прыгнуть.

– А мне - да, - согласилась подруга.

Я приуныла, даже не пытаясь это скрыть. Катерина же продолжила докладывать о своих романах. Официант очень быстро принес ей Второй бокал, а я еще допивала первый. Меня смутил запах дыма, и я покрутила головой, но не нашла никого с кальяном или вайпом рядом. Курить мог только тот самый мужчина, который все еще сидел позади меня. И это не был кальян. Я точно чувствовала табак. Тяжелый и сладко-приторный. Я спросила официанта.

– У вас можно курить?

– Да, - ответил он невозмутимо.

– Это отвратительно, - выпалила я, невольно повышая голос на эмоциях.

Катя, которая могла видеть реакцию курильщика, сделала на меня большие глаза и была готова зашикать.

– Нет, правда, это последний ресторан в Москве, где можно курить. Разве эту гадость не запретили?

– Открытая веранда, - объяснил официант.

– Все закрыто, как аквариум, - продолжала я кипеть, кивая на прозрачные перегородки из пленки.