Жена напоказ-2
Шрифт:
“Или не хотел подвергать опасности, – вставил Лабьет, внимательно выслушав её. – Если твой отец, Рен, ввязался в какие-то игры с преобразованием аур, это могло обернуться скверными последствиями”.
– Вполне возможно, – согласился Ренельд, молча наблюдая за тем, как на лице матери разные эмоции сменяют друг друга.
Вспоминать о прошлом трудно. Особенно если в нём немало тёмных пятен.
– Хорошо, – проговорил он, так и не дождавшись от матери ещё хоть каких-то подробностей. – Значит, только Эдгар д’Амран?
– Это то, что я знаю. – /Герцогиня развела руками. – Рени… Всё это было давно. И тот, кто сейчас занялся этим, – она указала веером на лежащий в нагрудном кармане Ренельда амулет, – он мог прийти к этому совсем другим путём.
– Может быть, ты права. Но слишком уж многое сходится.
– Тогда не буду тебе мешать. – Мать натянуто улыбнулась. – Ты останешься на ужин? Или вновь помчишься в Марбр? Хоть о своей помолвке не забудь…
“Я тебе забуду! – буркнул Лабьет. – Будешь ходить за Конфеткой весь день. А как на шаг отойдёшь, буду кусать… Сам выбери за что”.
– Кто у нас сегодня в гостях? – рассеянно уточнил Ренельд, перебирая документы отца. – Ты сказала, у нас гости.
Герцогиня, уже уходя, остановилась у двери.
– А! – взмахнула рукой. – Герцог Балленас с сыном решили приехать пораньше и провести пару дней до бала на природе. Они собираются поохотиться и устроить несколько прогулок верхом.
“Чудная жизнь… – вздохнул шинакорн. – Отчего я не посол? Гонял бы себе сейчас уток на пруду, а не мотался бы за тобой, не нюхал бы всякую дрянь. Бр-р. Как вспомню…”
– Я спущусь, чтобы поздороваться. Позже. – Ренельд взглянул на мать, и та, ещё раз осуждающе скривив губы, всё же вышла.
Оказалось, в бумагах отца и правда не нашлось ничего особо полезного. Пара писем, не относящихся к делу, какие-то выписки из книг – по теории строения аур и взаимодействия тёмной и светлой частей. А ещё несколько странных чеков, на чьё имя – не указано. Да и в книге расходов, которую тоже пришлось поднять, потратив на это немало времени, они не числились. Их Ренельд отложил в сторону. Возможно, в банке Жардина что-то удастся выяснить.
Во второй папке документы оказались интереснее – более конкретные рассуждения по структуре ауры Ренельда. Подробный разбор, который делал, судя по всему, как раз Эдгар д’Амран. Заметки на полях оказались большей частью непонятными. Формулы, что были записаны на десятке скреплённых между собой листов, только иногда содержали символы древнемагического языка. Но никаких особо утешительных выводов из них не следовало.
“Ну? – наконец поинтересовался Лабьет, зевнув так широко, что можно было пересчитать все его зубы. – Что-то нашёл?”
На свою жизнь пёс жаловался зря: пока напарник перебирал бумаги, он совершенно спокойно дремал. Порой даже принимался постанывать во сне и дёргать лапами, изрядно его тем отвлекая.
Конец ознакомительного фрагмента.