Железное сердце
Шрифт:
Но она его не услышала.
В лихорадке она ничего не слышала.
Слишком поздно.
***
– Ее сердце едва бьется, – прошептала Астрид.
Наступило утро, солнечный свет проникал через окно. Комнату заливала вода, как будто кто-то устроил войнушку в ванне. Возможно, это и была война. И теперь стало ясно, что они терпели поражение.
Уилл слышал нитевидный стук сердца Лены. Держа за руку, прижимал ее к груди, оцепенело ожидая того ужасного момента, когда Астрид заставит его снова опустить любимую в ванну. Вряд ли она выдержит еще раз.
Он сам едва выдерживал.
Кожа на руках скукожилась. Уилл дрожал, стискивая мокрую Лену в объятиях, и вряд ли видел или слышал то, что творилось вокруг. Хотелось заснуть, набраться сил.
Он едва чувствовал Лену, лихорадочный жар ее кожи, который не поддавался попыткам его сбить. За последний час, температура увеличилась на два градуса. Человек давно бы уже умер.
«Держись».
Уилл качал Лену, бормоча полузабытые колыбельные из детства. Их пела мать. А потом стала смотреть на него как на монстра, укравшего ее сына.
«Вернись ко мне».
Астрид осторожно тронула его за плечо:
– Уилл, ты должен ее отпустить.
– Нет! – рявкнул он и отпихнул норвежку.
Если они попытаются забрать у него Лену, он их прикончит. Всех.
– …слишком поздно, – прошептал кто-то. – Он уже отдал ей себя … если она умрет, он скончается от тоски…
Онория заплакала.
Уилл заставил себя встать и, пошатываясь, пошел к ванне. Теперь все давалось гораздо легче – чувства притупились. Опустившись в воду, он прижал Лену к себе. Стук ее сердца отдавался у него в груди. Лед обжигал кожу, пока Уилл не перестал ничего ощущать.
Мир пропал.
Затем кто-то вытащил его из ванны, забирая Лену. Уилл зарычал и раскидал их, пытаясь добраться до нее. Перед глазами возникло лицо Блейда.
– Спокойно, отпусти ее, Уилл. Отпусти…
Он схватил Блейда за горло и отбросил. Эрик помогал Астрид с Леной. Уилл набросился на них и швырнул норвежца в зеркало. Оно разбилось, а Астрид напряглась:
– Убирайтесь! Все вон! Оставьте ее ему, пока он кого-нибудь не убил.
Сунув ему Лену, она отступила, утягивая с собой кузена. Дверь закрылась, и Уилл остался в ванной среди разбросанных вещей.
– Лена, – прошептал он, в отчаянии обнимая ее. Почему она не очнулась? – Прости. Боги, мне так жаль.
Ванна была наполовину пустой. Он больше не мог так мучить Лену. Она вся дрожала.
Поднявшись на ноги, Уилл бросился в спальню. Если Лена умрет, то ей не должно быть холодно. Раздев любимую, он уложил ее на постель и осторожно обтер. Кожа ее побелела, а щеки и грудь покрылись красной сыпью. Каждый раз, прикасаясь, он ощущал ее холод снаружи и жар внутри. Огненное сердце подо льдом.
Уилл начал растирать ей стопы, чтобы вернуть тепло. Никакого холода. Он не мог позволить ей умереть таким образом. Даже теперь ее сердцебиение слабым эхом отдавалось в его ушах.
Он долгое время грел Лену, затем, сняв мокрую одежду, устроился рядом, натянул на них обоих покрывала и сжал ее в объятиях, пытаясь поделиться теплом собственного тела.
Прошло много часов. Лена горела в лихорадке. Они оба вымокли от пота.
– Мне жаль, – шептал Уилл снова и снова, целуя ее мокрое плечо.
Она сильно задрожала. Уилл прижался лицом к затылку Лены и вдохнул легкий запах ее тела. Он так устал. Хотелось закрыть глаза и никогда не просыпаться, но что-то его останавливало.
Лена вздохнула, всхлипнула и попыталась его оттолкнуть.
Открыв глаза, Уилл недоверчиво уставился на любимую.
– Жарко, – прохрипела она. Ее зрачки были все еще огромными, а взгляд блуждал.
Уилл резко сел:
– Лена?
Сухие потрескавшиеся губы, покрасневшие щеки. Она еще никогда не казалась ему такой красивой. Отбросив покрывала, Лена попыталась подняться, но рухнула на матрас лицом вниз.
Схватив одеяло, Уилл укутал ее и попытался помочь сесть.
– Лена? – Затем взял ее за подбородок и приподнял веко. Зрачок окружало колечко яркой меди. С недоверием он вздохнул полной грудью. – Ты выжила. – Ее лоб был липким от пота, но сильный жар исчез. – Температура спала.
Лена слабо пихнула его.
Взбив подушки под ее спиной, Уилл осторожно уложил ее обратно в постель.
– Я принесу тебе воды. Оставайся здесь и не шевелись. Я люблю тебя. – Он страстно поцеловал ее и отпрянул, когда Лена всхлипнула. – Принесу много воды.
***
Онория ходила по кухне. Щеки покраснели от слез, а глаза были сухими. В ней ничего не осталось. Она сделала все, что могла, и все равно не справилась.
Блейд притянул ее обратно в свои объятия:
– Еще есть надежда. Она пока не скончалась, мы бы знали.
– Мне плохо. – Онор отпихнула Блейда и наклонилась над столом, борясь с тошнотой.
Он попытался заставить ее выпить стакан воды, но вдруг поднял голову и повернулся к двери.
– Что такое?
Обеспокоенные норвежцы ждали в углу. По их виду Онория поняла, что по лестнице спускается Уилл.
– О боже, – прошептала она.
Блейд подхватил жену и удержал ее на ногах.
Уилл вошел на кухню. Его голое тело блестело от пота. Дикие глаза, взъерошенные волосы. Онория открыла рот и отвернулась, когда он схватил со стола кувшин с водой.
– Она хочет пить, – прорычал Уилл, повернулся и исчез туда, откуда пришел.
– Пить? – прошептала Онория и развернулась к Астрид. – То есть?..