Чтение онлайн

— У Уильяма вы заведовали недвижимостью, были его самым доверенным работником. Вы и ваша жена отправились с Уильямом и Мэри на Катонгу.

— Правильно, майор Траск, только Уильям и Мэри никогда не садились на корабль. С ними по дороге произошел… несчастный случай. Моей жене полюбился этот ребенок — Салина, и мы взяли ее как свою собственную. Мы прибыли на Катонгу под именами Уильяма и Мэри.

— Вы убили их? — чуть слышно прошептала Силвер. — Вы убили моих родителей?

— Такой шанс бывает только раз в жизни. — Он снова закашлялся. — О такой возможности стать богатым я и не мечтал. Я не планировал этого, так сложились обстоятельства. Слуги оставили нас одних в порту в день перед отплытием корабля. Я знал, что никто не сможет нас узнать на Катонге и никто не хватится Уильяма и Мэри в Англии. Один удар в голову и один выстрел — и я избавился от них обоих. Затем я отнес их тела к реке и сбросил в воду.

— Боже, — прошептала Силвер; на ее глазах блестели слезы.

Бросив саблю, которая со звоном упала на пол, Морган подошел к Силвер и заключил ее в объятия. Скрючившись у ее ног, человек, которого она ненавидела столько лет, кашлял все сильнее, брызгая на пол кровью. Внезапно он затих, закрыл глаза и распластался на полу.

— Он… убил их. — Силвер повернулась в руках Моргана и, уткнувшись в его плечо, зарыдала.

— Твои родители любили тебя, Силвер, — мягко произнес Морган. — Мэри была очень доброй и деликатной женщиной. Уильяма отличали мужество и решимость. Я надеюсь, что ты унаследовала лучшее от них обоих.

— Мой отец любил меня, — машинально повторила Силвер, все еще не в состоянии осмыслить правду. — Он любил меня.

— Они оба тебя любили. Я надеюсь, что где бы они сейчас ни были, они знают, что ты — в полной безопасности и что я о тебе позабочусь. Они могут покоиться в мире.

— О Морган! — Силвер прижалась к нему сильнее. — Если бы только я могла их знать!

— Я знал их. Когда ты будешь к этому готова, я расскажу тебе о них все, что помню. Мы расскажем нашим детям, какие у них были замечательные бабушка и дедушка.

— Да, — прошептала она.

Силвер почувствовала, как он прижимается щекой к ее руке, и повернулась к нему.

— Я хочу продать это поместье, Морган. И хочу, чтобы все работники были освобождены. Пусть им будет предоставлен выбор — они могут остаться и работать на нового владельца или покинуть остров, чтобы жить там, где пожелают. Они сами должны принять решение.

Морган кивнул:

— Хорошо.

— Я хочу, чтобы у них была доля в прибыли от продажи поместья, которая дала бы им возможность начать новую жизнь. Что касается Куако и Делии, то я хотела бы сама дать им денег, чтобы они могли купить себе хороший дом.

— Я позабочусь обо всем, как только мы доберемся до Саванны.

— Благодарю тебя, — тихо произнесла Силвер, часто моргая от навернувшихся слез.

— Я люблю вас, леди Салина, — нежно произнес Морган. — Я знаю — где бы они ни были, ваши отец и мать вами гордятся.

Вдалеке на якоре мирно покачивалась «Саванна». Море казалось сине-зеленым под лучами яркого солнца. Над головами с криками носились чайки, то взмывая в небо, то камнем бросаясь в воду. В воздухе звучали слова, которые за прошедшее столетие произносились бессчетное число раз — священник просил благословения Бога для всех собравшихся ради этого радостного события. За его словами последовало дружное «аминь».

Священник сказал еще несколько слов, продолжая церемонию, затем обратился к присутствующим:

— Кто выдает эту женщину, которая должна быть обвенчана с этим мужчиной?

Вперед выступил седовласый человек:

— Я выдаю, Грэндисон Эймс.

Стариковские глаза Эймса были влажны, а на его губах виднелась теплая улыбка, когда он вложил руку Силвер в руку Моргана. Все они стояли на открытом всем ветрам холме позади небольшой церквушки в городе Кингстаун, на ближайшем к Катонге острове Сент-Винсент.

Невысокий священник, облаченный в черную мантию, поднял голову от книги регистрации браков. Улыбнувшись, он устремил свой взгляд на лицо майора.

— Желаешь ли ты, Морган, взять эту женщину, Салину, себе в жены? Будешь ли ты любить ее, утешать, почитать и оберегать — в горе и радости, в болезни и добром здравии, забыв всех остальных, пока не разлучит вас смерть?

— Буду, — ответил Морган, глянув на Силвер с такой любовью, что у нее перехватило дыхание.

— Возьмешь ли ты, Салина, себе в мужья Моргана? Будешь ли ты любить его, утешать, почитать и оберегать — в горе и радости, в болезни и добром здравии, забыв всех остальных, пока не разлучит вас смерть?

— Да, — тихо произнесла она, сильнее сжав букет прекрасных белых цветов.

Делия пожала Силвер руку. Куако улыбнулся и подмигнул Силвер.

— У вас есть кольца?

Стоящий рядом с Морганом Джордан протянул поблескивающее алмазом и рубином кольцо, которое Морган купил тремя днями раньше на Барбадосе.

— Дашь ли ты, Морган, это кольцо в знак того, что сдержишь свою клятву?

— Дам. — Голос Моргана звучал хрипло.

— Повторяйте за мной. — Священник начал говорить слова, звучавшие в течение веков.

— Я беру тебя в жены, — повторил за ним Морган с властными нотками в голосе, которые лишь немногие смогли пропустить. Он выглядел очень эффектно в своей темно-синей форме майора, на которой золотом поблескивали пуговицы.

— Ты можешь надеть кольцо на палец Салины. Когда Морган поднял чуть дрожащую руку Силвер и надел на ее палец кольцо с поблескивающими камнями, ее глаза словно заволок легкий туман.

— Итак, ты, Салина, и ты, Морган, принесли клятву перед лицом Бога и в присутствии этих людей. Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа, я объявляю вас мужем и женой. Да не разлучит ни один человек тех, кого соединил Бог.

Морган поднял кружевную вуаль своей жены и заключил ее в объятия.

— Я люблю вас, миссис Траск, — произнес он и крепко поцеловал.

Поцелуй показался Силвер обжигающим, и на какое-то мгновение она забыла и о священнике, и о Делии, и о Куако — они должны были венчаться следующими, — и о Гамильтоне Рейли, и о его морских пехотинцах, и обо всем экипаже «Саванны» — все они сейчас окружали холм. Когда Морган наконец оторвался от ее губ, Силвер не сразу смогла перевести дух.

— Я люблю тебя, мой дорогой муж, и буду всегда любить.