Земляне
Шрифт:
КЛАРА. Только поскорее. Может быть, за время полета я успею хоть что-то связать.
СТЕН. Что сделать? (пауза) Не понял. Когда вот так шевелишь палочками, получается одежда?
КЛАРА. Еще нужны нитки. Но я распущу твой черный свитер, Альф. Все равно там уже дырки на локтях.
СТЕН. Теперь понял. Ты все очень хорошо показала. Ты способная.
КЛАРА. Это первый комплимент, который я тут услышала за четыре года. Благодарю. Ой!
Вспомнив что-то важное, она выскочила.
АЛЬФ. Надо же — что носят на Земле! То-то пойдет теперь вертеть задницей!..
СТЕН. Она просто соскучилась по людям. А вот тут ты неправ. Она вовсе не собирается изменять тебе на земле с целым строем абсолютно одинаковых возбужденных мужчин… Она, конечно, немного легкомысленна, но… Прости, я опять чего-то не понял.
АЛЬФ. Чего на этот раз?
СТЕН. Слово и понятие. Я не знаю ни этого слова, ни этого понятия. Я понял только, что оно женского рода и относится к Кларе.
АЛЬФ. Если ты, парень, не перестанешь подслушивать, я позову Жюля, и мы вдвоем с тобой разберемся! Я люблю Клару как умею. Вот именно так я ее люблю.
СТЕН. Извини.
АЛЬФ. Я только одного боюсь — она так здесь соскучилась, что на Земле ее у меня уведет первый встречный. Ну, кто я такой? Оператор заправки! Если вдуматься, мне даже алфавит знать не обязательно — нажимать на все эти кнопки могла бы и мартышка. А она будет — знаменитость! Женщина из прошлого! Да вся Земля за ней бегать будет…
СТЕН. Мне кажется, что до Земли вам еще далеко.
АЛЬФ. Сколько бы ни было. И еще этот… Ну, этот уже опасности не представляет… Ей будет не до него! Поигралась — и хватит!
Вошел Жюль.
ЖЮЛЬ. Я готов. У меня очень мало вещей.
АЛЬФ. Тогда пойдем — поможешь мне законсервировать станцию.
СТЕН. Мы давно не пользуемся таким горючим. Но такая станция, сама по себе болтаясь по пространству, представляет опасность. Ее решено уничтожить.
АЛЬФ. Вместе с огурцами?! Ну, туда ей и дорога! Надоела она нам троим сил нет!
СТЕН. Можно, конечно, снять кое-какое оборудование для музея ретротехники. Я свяжусь с ним и узнаю.
Заглянула Клара.
КЛАРА. Альф, можно тебя на минутку?
АЛЬФ. Иду.
Он вышел. Жюль и Стен некоторое время молчали.
СТЕН. Тебе не перед кем будет краснеть. Тебе не придется глядеть в глаза родственникам погибших. Нет, и воспоминаний не бойся… Тот горный склон, где вы катались на лыжах, и та девушка в голубой куртке и белой шапочке… Извини, не понял. Ты сейчас прогнал мутную волну по видеоряду… Эта девушка тоже была на корабле? Так кто же тогда погиб? Послушай, тебе надо успокоиться. Сейчас я научу…
ЖЮЛЬ. Я совершенно спокоен.
СТЕН. Мне кажется, ты единственный, кому будет полезно как можно раньше узнать правду.
ЖЮЛЬ. Что это значит?
СТЕН. Клара и Альф так мечтают о Земле, что мне трудно сказать им правду. Если бы я мог куда-то уйти и оттуда показать… Но видеть их, когда я им это скажу… Пусть они немного поживут на Марианде, привыкнут к новому быту, заведут новых друзей. Тогда они это перенесут безболезненно. А для тебя встреча с Землей — слишком сильное потрясение, и ты все еще ждешь ее с ужасом.
ЖЮЛЬ. Пусть так. Что дальше?
СТЕН. Встречи не будет. Той Земли, откуда вы улетели, давно нет.
ЖЮЛЬ. А что вместо нее?
СТЕН. Ты не веришь и выстраиваешь стенку. А я не вру. Убери блоки и слушай. Есть планета, которую лечат. После того, как вы улетели, она попала в руки очень безответственных людей. Они выкачали ее недра окончательно, нарушили все возможные балансы и практически погубили атмосферу. То, что произошло, многие называли необратимыми изменениями. Жить там стало невозможно — и ее бросили.
ЖЮЛЬ. Приятная новость.
СТЕН. С нее эвакуировали все, что имело смысл спасать. Вывозили памятники архитектуры. В первую очередь, конечно, животных.
ЖЮЛЬ. А люди?
СТЕН. Люди ушли первыми. Она долго была мертвой — пока Ойкумена не начала сбор средств на ее восстановление. Сейчас там только колония роботов. Они выполняют программу «Ренессанс». Программа рассчитана на четыреста лет. Земля будет выглядеть как в эпоху, предшествовавшую централизации промышленности. Будут клонированы животные, а потом их поселят в заповедниках.
ЖЮЛЬ. Может, хоть один заповедник уже имеется?
СТЕН. Там все начали с нуля, и процессы, которые там происходят, для биологического существа просто опасны. Поэтому по крайней мере сто лет мы будем только издали руководить «Ренессансом». Если не случится какой-то глобальной неприятности, для ликвидации которой потребуются большие средства, те самые…
ЖЮЛЬ. Неплохо задумано.
СТЕН. Не надо, Жюль. Ты хорошо держишь стенку, но не надо… Тот лес, который ты сейчас увидел, когда-нибудь вернется. Уцелели семена растений. В теплицах живы деревья и цветы. Когда-нибудь они встанут на той опушке, которую ты помнишь, вплоть до берега реки, а искусственное море будет уничтожено, ему там не место. Плотины, скорее всего, уже снесли, и сухое русло реки ждет воды. Угри смогут заплывать на нерест к самым верховьям…
ЖЮЛЬ. Откуда ты знаешь про угрей?
СТЕН. Ты же показал. Это будет совсем не так уж плохо. Правда, деревянного домика, в котором твоя девушка ставила на стол глиняную миску с земляникой…
ЖЮЛЬ. Замолчи, пожалуйста.
СТЕН. Извини. Просто я все увидел и понял, где это. Там вырастет лес и будут пастись дикие кабаны…
ЖЮЛЬ. Неплохо задумано…
Вдруг он встал и вышел. Стен вздохнул и достал передающее устройство — размером чуть побольше спичечного коробка. Взяв его двумя руками, Стен уставился на квадрат бледного вета посередке. Прозвенела музыкальная фраза — личные позывные Стена. И зазвучал голос — похожий на голос Стена, но все же другой.