Шрифт:
Земля в огне
Публицистика о событиях войны 1941-1945гг
Составитель Игорь Назаров / Игорь Сибиряк /
К 75-й годовщине Великой Победы
Это было под Оршей
2 октября 1966 года в Орше на высоком берегу Днепра в честь 25-летия первого залпа реактивных минометов «Катюша», который был дан 14 июля 1941 был воздвигнут Мемориальный комплекс «За нашу Советскую Родину».
< image l:href="#"/>В книге все фото и рисунки взяты из архивного фонда Оршанского краеведческого музея
Из истории создания оружия.
Идея создания ракетного оружия в России возникла еще в первой четверти XX века. Молодой инженер Тихомиров написал письмо В.И. Ленину, в котором высказал свое мнение по поводу боевого использования твердотопливных ракет.
И уже 1 марта 1921 года по распоряжению Советского правительства в Москве была создана «Лаборатория для разработки изобретения инженера Тихомирова». Исследовательские образцы прямо из цехов направлялись на испытательные полигоны. Но первые испытания, проведенные в 1939 году выявили много недостатков. Работа по усовершенствованию продолжалась. На новом испытании осенью 1939 года оружие было полностью одобрено. С этого момента оно стало называться «БМ-13», т.е. боевая машина, на которой использовались снаряды 13-го калибра. Конструкция боевой установки была простой. Ее боевая часть, на которую укладывались снаряды, монтировалась на шасси автомобиля ЗИС-6.
17 июня 1941 года пять машин были выставлены на осмотре образцов вооружения Красной Армии, проходившем опять же под Москвой. «БМ-13» осматривали маршал Тимошенко, нарком вооружения Устинов, нарком боеприпасов Ванников и начальник Генерального штаба Жуков. 21 июня по итогам осмотра командование приняло решение о развертывании производства ракет «М-13» и установок «БМ-13». До начала Великой Отечественной войны тогда оставались считанные часы.
На рассвете 22 июня 1941 года фашистская Германия, нарушив «Пакт о ненападении», вероломно напала на Советский Союз. С первых дней войны Орша оказалась в зоне боевых действий. Уже на вторые сутки Оршу страшно бомбили, не давая подвергнуть замыслы фашистской Германии о скором захвате Москвы. В течение первой недели войны мало кому из оршанцев приходила в голову мысль о неизбежности оккупации города врагом. Обстановка была неизвестна даже городским властям. Воспитанные на сталинском лозунге «Воевать на чужой территории малой кровью!», люди надеялись, что Красная Армия остановит врага. Однако, все надежды рухнули, когда появилдись первые признаки надвигающейся беды: стремительное продвижение врага, бомбежки, разрушения, гибель знакомых и близких.
28 июня 1941 г., через шесть дней после начала Великой Отечественной войны, в 1-м Московском Краснознаменном артиллерийском училище началось формирование отдельной батареи реактивной артиллерии.
И. А. Флеров, 1939 год
29 июня 1941 г. командиром 1-й экспериментальной батареи был назначен Иван Андреевич Флеров. Назначение не было случайным. Это был волевой и грамотный офицер-артиллерист. Он вырос в рабочей семье, родом из-под Липецка. После окончания артиллерийского училища участвовал в советско-финской войне, там командовал батареей. За мужество и находчивость был награжден орденом Красной Звезды и получил звание капитана.
Ни одна армия не обладала до того времени подобным оружием. Новое оружие обладало высокими боевыми качествами. Развертывание батареи занимало 5-10 минут. Из походного положения в боевое батарея переходила за 1-2 минуты. На заряжение пусковых установок требовалось не более 5 минут. Залп длился 15-20 сек. Батарея могла дать до 10 залпов в час. Одной заправки горючего хватало на 200 км пути. Боевая машина имела 16 направляющих желобов длиной 5 м. Вес установки М-13 (без автомашины) составлял 2200 кг, а боевой машины, заряженной 16 снарядами – 6200 кг. Длина машины в походном состоянии – около 6,7 м.
Таким образом, огонь боевых машин М-13 мог наносить огромное поражение противнику и оказывал сильное моральное воздействие на людей из-за внезапности и массированности производимых залпов. По своей боевой мощи «Катюша» не имела себе равных. Представить себе, что значит оказаться под ударом «Катюш», сложно. По словам тех, кто пережил такие обстрелы (и немцев, и советских солдат), это было одно из самых страшных впечатлений за всю войну. Звук, который издавали ракеты во время полета, каждый описывает по-разному: скрежет, вой, рев. Как бы то ни было, в сочетании с последующими взрывами, во время которых на несколько секунд на площади в несколько гектаров земля вперемешку с кусками строений, техники, людей, взлетала на воздух – это давало сильнейший психологический эффект. Когда солдаты занимали вражеские позиции, то их не встречали огнем не потому, что все были убиты – просто ракетный обстрел сводил с ума выживших.
Первая реактивная батарея состояла из взвода управления, пристрелочного взвода, трех огневых взводов, взвода боевого питания, хозяйственного отделения, отделения горюче-смазочных материалов, санитарной части. Кроме семи пусковых «БМ-13» и 122-мм гаубицы образца 1930 года, служившей для пристрелки, в ней было 44 грузовые машины для перевозки 600 реактивных снарядов «М-13», 100 снарядов для гаубицы, шанцевый инструмент, семь суточных норм продовольствия и три заправки горюче-смазочных материалов, телефонные провода.
Командный состав батареи был укомплектован в основном слушателями Московской Артиллерийской академии имени Ф.Э. Дзержинского, только что окончившими первый курс командного факультета.
Для формирования батареи был отпущен срок – трое суток. И уже 1-го июля 1941 года И.А. Флеров доложил командованию о готовности к боевым действиям. Никакой специальной подготовки по реактивной артиллерии ни офицеры, ни номера боевых расчетов первой батареи не имели. Большинство из них вообще слабо представляло себе природу реактивного движения. За период формирования удалось провести лишь три занятия, главным образом по устройству материальной части и боеприпасов и общим приемам обращения с ними. Занятиями руководили разработчики ракетного оружия: инженер-конструктор А.С. Попов и военный инженер 2-го ранга Д.А. Шитов. Перед самым концом занятий Попов указал на большой деревянный ящик, укрепленный на подножке боевой машины. Здесь находились толовые шашки и пиропатроны – боеприпасы, снаряженные взрывчатым веществом с пиротехническим составом, чтобы при малейшей угрозе захвата реактивного оружия врагом можно было подорвать и установку и снаряды.
Схема движения батареи Флёрова из Москвы к Орше в июле 1941 года
Хотя никакими данными об эффективности «БМ-13» на поле боя советское командование пока не располагало, тайну нового оружия нужно было сохранить во что бы то ни стало. По этой же причине в ходе занятий боевых расчетов, никаких письменных инструкций и наставлений флеровцам не выдавалось, запрещали делать даже какие-либо записи.
< image l:href="#"/>БМ – 13, на базе машины ЗИС – 6
Секретность была такова, что когда в июле 1941 года заместитель командующего Западным фронтом генерал Еременко получил телеграмму Верховного Главнокомандующего с предписанием немедленно испытать «эрэсовскую батарею» (батарею реактивных снарядов – РС ), он был в полном недоумении: «Эрэсовская батарея? Что же это может означать? Спросить, что ли, кого-нибудь из офицеров? Неудобно: подумают – генерал, а не знает…»