Чтение онлайн

— Конечно, это и есть моя основная работа.

— Опишите конспективно весь процесс, с самого начала и в вариациях.

— Прием контейнера из-за ленточки, размещение на складе. Проверка товара по накладной, часто — проверка соответствия качества полученного исходной заявке. Оформление контейнера либо для вскрытия и выдачи содержимого получателю непосредственно на Базе, либо для отправки на центральный терминал в Порто-Франко для дальнейшего трансфера или выдачи, этим уже занимаются тамошние служащие. Вот в целом и все: заявки за ленточку переправляет отдел связи со Старым Светом, оттуда же нам приходит расписание «сегодня ожидаем такие-то грузы».

Процесс, как по мне, глубоко стандартный и ничем не отличается от любого другого «отдела логистики» в любой другой конторе, где эта грузовая логистика есть. Но Геррик во время рассказа делает пометки в блокноте, и когда Сара заканчивает, интересуется:

— Полученный из-за «ворот» груз проверяется только по документам, или по содержимому контейнера тоже?

— Когда как. Дают указание «сверить с описью» — сверяем, нет — контейнер так с заленточными пломбами на складе и стоит.

— А указание вам дает ваше начальство.

— Разумеется.

— Дальше. Кто решает вопрос отправки груза на центральный терминал?

— Понятия не имею. За одними грузами заказчики приезжают прямо на Базу, другие отправляются в Порто-Франко. Кому что удобнее, полагаю, и от дальнейшего транспорта зависит. А в наш отдел на каждый подлежащий отправке контейнер приходит «желаемая дата получения», к ней отгрузку и стараемся приурочить. Иногда не получается, тогда оформляем задержку и отсылаем следующим рейсом.

— «Не получается» из-за обильного потока грузов?

— Да, мы же не можем формировать дополнительные грузовые составы, два рейса в сутки и одна железнодорожная колея — это все наличные транспортные ресурсы. Когда случалось большое затоваривание, некоторые контейнера вскрывали и переправляли содержимое на центральный терминал Порто-Франко с попутной автоколонной.

— Ясно. Размещением груза в товарном вагоне тоже ведаете вы?

— Относительно. Число товарных вагонов в составе лимитировано, отсюда предельный вес и объем переправляемого груза. Плюс на каждой из Баз свое расписание. Из расписания выделяется квота, вот сообразуясь с ней и заполненностью товарных вагонов и платформ мы и прикидываем, какой контейнер куда размещать. Бывает, грузчики в процессе кое-что меняют, потому что у них свое мнение, как удобнее складывать.

Геррик и Ширмер переглядываются.

— Сара, теперь подумайте как следует. Есть некий груз, подлежащий отправке на центральный терминал. У кого есть доступ к информации, что груз направлен таким-то поездом и находится в таком-то вагоне, в таком-то месте?

Сара без колебаний отвечает:

— При погрузке заполняется накладная на каждый вагон, данные к нам в базу, а бумага остается начальнику поезда и по ней происходит отгрузка на терминал Порто-Франко; но в этой накладной местоположение контейнера не указывается, только факт его помещения в вагон.

— А до момента размещения груза в вагоне эта информация где-нибудь фигурирует?

— Да, я же сказала — в плане поставок. Такой-то контейнер необходимо отправить такого-то числа. Однако, во-первых, план соблюдается не строго, во-вторых, в нем нет привязки ни по конкретному вагону, ни по поезду — при чрезмерной плотности железнодорожного трафика груз может быть отправлен и грузовиками, уже упоминала.

— И кто имеет доступ к этим данным, кроме вас?

— На пополнение, наверное, только мы, логистики; а на просмотр — даже не знаю. Недельные или срочные отчеты для начальства — это сводная таблица «отправлено с таким-то составом» или «с такой-то транспортной колонной», там подробности не указываются.

— Спросите тамошнего админа, — подсказываю я. — Вопросами доступа он и занимается.

— Собственно, Владимир, эту задачу планировали поручить вам, — озвучивает Ширмер секрет Полишинеля. — Вы знаете, какие задавать вопросы, и сможете проверить ответ. Справитесь?

— Сформулируйте, что в точности вы хотите узнать и проверить, и организуйте мне соответствующий доступ. Тогда справлюсь.

— Над этим работают.

— В таком случае можно переходить к следующему вопросу, — ухмыляюсь я и выразительно потираю большим пальцем сгиб указательного.

Геррик, черкнув в блокноте строчку, вырывает листок и толкает через стол ко мне. «E 50/день + 1000».

Ну что, паранойя, по крайней мере этот круг ты проиграла. Ни под какой монастырь никто меня пока подводить не собирается. Да, хотят использовать, но в профессиональном ключе, как обычного вольнонаемного сотрудника-аутсорсера. По меркам Старой Земли сумма вполне пристойная, а по местным — ну, расценок на такой труд я, само собой, не знаю, но хорошая здешняя зарплата «восемьсот экю», с учетом сорокадневного месяца при двух выходных в неделю, дает суточный оклад что-то в районе тридцати-тридцати трех монет. Потрудиться нужно, конечно, это не «легкие деньги», однако подобный труд для меня привычен и вряд ли на один запрос уйдет больше нескольких часов.

Одним глотком допиваю лимонад.

— Согласен.

— Даже не будете торговаться? — изображает удивление Ширмер.

— За это — не буду.

— А за что будете?

— Пауль и Джок кое о чем говорили не далее как вчера днем.

— Верно, только сами знаете, операция ведь сорвалась.

— Не уверен.

— У вас есть версия, как выйти на главаря? Или как взять с поличным банковскую крысу?

— На крысу версия есть, но для нее нужен доступ админа к орденскому банку на базе «Европа».

— Забудьте, — тут же отвечает Ширмер, — такого никто не даст ни вам, ни нам. Банковские структуры не подчиняются Патрулю, им и начальство Базы не указ.

Ах вот как. «Money makes the world go around», и конкретно Орден на этом принципе строит даже не свою политику, а весь колонизируемый шарик. Трудно сказать, что в итоге получится, но понятно, почему люди, которые немного в теме, сильно недолюбливают Орден как целое; плутократия вообще редко популярна, народ, он и без специальной экономической подготовки, печенкой чует, что всего на всех не хватит, ибо всех много, а всего мало…