Чтение онлайн

— Спасибо вам за совет, — сказала она и снова перенеслась в Иону.

— Не думаю, что ты сумеешь спасти своих родных, — обратилась она к Луи-Мэй. — Вина тут полностью моя — я призвала в мир Силы, с которыми мне не справиться. Но я могу попробовать изменить положение. Правда, тут есть известный риск — в результате может стать еще хуже. Что скажешь?

— Давай я сначала все-таки попробую их спасти, — ответила Луи-Мэй, почти не задумываясь. — А если не выйдет, рискуй.

— Если не выйдет, — согласилась Орб. При мысли о том, что еще есть время все обдумать, она почувствовала огромное облегчение.

Уровень океана поднялся на пятнадцать футов. Кроме того, через Флориду потоком лилась дождевая вода, стекавшая в океан из более высоких районов. Большая часть Майами представляла собой огромное озеро, с возвышавшимися здесь и там островами высоких зданий. Все горожане собрались на верхних этажах этих зданий и на редких островках сухой земли. Впрочем, последних становилось все меньше и меньше. А дождь продолжался.

Орб покачала головой. Большая часть населения Майами еще жива, но, если вода не перестанет подниматься, эти люди обречены. В городе уже не осталось подходящих для постройки кораблей материалов, а вплавь никому не преодолеть несколько сотен миль, отделяющих бывшее побережье от безопасной сухой земли.

Иона отвез Луи-Мэй туда, где жили ее родные. Там уже плескались волны. Только кучи щебня да плавающий вокруг мусор отмечали места, где раньше стояли дома. От людей не осталось и следа. Луи-Мэй молча смотрела на эту картину. Лицо ее было безжизненным.

— Они наверняка перебрались повыше, — быстро сказал ударник. — Вода поднималась медленно, так что время у них было.

— Да… — согласилась Луи-Мэй. Ей чуть-чуть полегчало.

— Я могу найти их, — предложила Орб. — Опиши мне кого-нибудь из своих родственников или знакомых, и я выясню, где он сейчас.

Луи-Мэй описала свою мать.

Орб стала расти. Когда ее туманное тело пересеклось с подходящей под описание женщиной, она снова сжалась рядом с ней. Мать Луи-Мэй вместе с множеством других людей находилась на одном из верхних этажей высотного дома. Многие были ранены — для них отгородили импровизированный лазарет. Орб с ужасом увидела на потолке и стенах тот же пушистый налет, что и во Франции. Жара и влажность спровоцировали рост плесени. Здесь она покрывала даже одежду некоторых людей. Противный запах пропитал все вокруг.

Мать Луи-Мэй была женщиной весьма массивной, но, когда Орб возникла из воздуха прямо перед ней, она так и подпрыгнула. Кроме всего прочего, Орб оказалась единственным белым человеком в комнате.

— Я — друг Луи-Мэй, — сказала Орб. — Она очень беспокоится о вас и намерена сама сюда перебраться. Ее друзья и родственники живы?

— Пока почти все живы, — мрачно ответила женщина. — Вы придумали, как нам выбраться?

— Столько людей нам не вытащить, — ответила Орб. Она вообще не была уверена, что Иона возьмется перевозить кого-нибудь, кроме самих музыкантов.

— Тогда скажите Луи-Мэй, чтобы держалась отсюда подальше. Наверняка там, где она сейчас, ей лучше.

— Она не послушает, — возразила Орб. — Она хочет к вам, и мне придется ее привезти.

Женщина понимающе кивнула. Орб перевернула страницу и вернулась в Иону.

— Нашла! С ней все в порядке, но тебя, Луи-Мэй, она просит держаться подальше.

— Знаю, — просто ответила Луи-Мэй. — Я все равно туда пойду.

— Это она понимает.

И Орб попросила Иону отвезти Луи-Мэй к матери. После бурной встречи с объятиями и рыданиями Луи-Мэй представила ударника семье и повернулась к Орб:

— Они никогда не смогут выбраться отсюда. Возвращайся в Рыбу и попробуй что-нибудь сделать. А мы останемся здесь.

Орб вздохнула. Луи-Мэй знала, чем рискует. Но ей было очевидно, что, если оставить все так, как есть, гибель почти неизбежна.

Орб вернулась в Иону. Там теперь оставались только Иезавель с ударником.

— Я хочу рискнуть, — сказала Орб.

— Другого выхода нет, — вздохнула Иезавель. — Гитара не нужна?

Гитарист сходил за инструментом.

— Скажи, как тебе помочь.

— Эта мелодия похожа на Утреннюю Песнь, и на Дневную тоже, но совсем другая, — объяснила Орб. — Начни с этого, а потом просто подстраивайся под меня.

Гитарист кивнул.

Орб сосредоточилась и запела Песнь Хаоса. Магия Хаоса ширилась, росла и вскоре охватила весь мир, совсем как сама Орб, когда она пела мелодию расширения. Стены комнаты будто исчезли, и Орб осталась стоять под проливным дождем. Более того, она сама стала и этим дождем, и ветром, и гуляющими по морю огромными волнами. Магия песни разгоняла волны, раздувала и без того уже сильный ветер. Потом мир погрузился во тьму, а после тьмы пришел свет. Но свет этот был слабым и неярким, а тьма — глубокой и необъятной. Хаос пробудился снова, как-то по-другому.

Пока Орб пела, она чувствовала холод, хотя тело ее все время оставалось в тепле. Она сама не понимала, с какими силами играет. Предыдущий эксперимент закончился потопом. Что-то будет теперь?

Орб допела Песнь до конца. Точнее, она спела свою Часть — дальнейшее сделает сам Хаос.

— До чего же сильная штука! — прошептала Иезавель. — Даже я, демон, чувствую ее магию! Да от такого сам Ад зашатается!

— Риск очень велик, — повторила Орб. — Я даже не знаю, лучше теперь станет или хуже.

Дождь начал стихать. Орб выросла до размеров Вселенной и убедилась, что это происходит по всему миру. Температура воздуха тоже перестала расти. Погода постепенно налаживалась.

Орб снова уменьшилась.

— По-моему, кризис миновал, — с облегчением сказала она. Потом ушла к себе в комнату, рухнула на кровать и мгновенно заснула.

Орб проснулась посвежевшая. Иезавель приготовила завтрак. Орб плохо представляла себе, какое сейчас время суток, но слово «завтрак» показалось ей наиболее подходящим. Иона все еще не поднялся из-под земли, и вокруг было тихо.