Завтра
Шрифт:
— Что это такое было? — спросил он.
— Ваша жена задумала вас убить! — крикнула Эмма.
— Бред какой-то! Что за чушь! Кто вы такая?
Эмма не успела ответить.
Свет двух фар разрезал темноту. «Мазда» Кейт затормозила рядом с «Харлей-Дэвидсоном». Кейт вышла из машины и оценивающим взглядом окинула лежащих на асфальте мужчин.
Все выходило не так, как было задумано.
— Кейт! Милая! — позвал ее Мэтью.
Она даже не взглянула на мужа. Ее интересовало другое: кто эта женщина с ухватками женщины-кошки, которая посмела нарушить ее планы?!
«Проблемы решаются последовательно».
Кейт наклонилась к Тарасову и заметила гарпун, вонзившийся ему в затылок. Так. Значит, нервная система парализована. Киллер будет валяться на асфальте и придет в себя еще не скоро. Порывшись во внутреннем кармане куртки Олега, она нашла то, что искала: заряженный «глок 17». Выхватив его, она стала стрелять в сторону Эммы, желая напугать ее и заставить покинуть поле боя. Затем, зажав пистолет покрепче, она вытянула руку на всю длину и направила оружие в сторону мужа.
«Я могу еще спасти Ника. Одна пуля в голову Мэтью, и можно воспользоваться его сердцем».
— Кейт, что ты задумала, дорогая?! Ты что, собираешься…
— Молчи! — резко прикрикнула она. — Я тебе не «дорогая»! Ты не знаешь меня! Ты вообще не знаешь НИЧЕГО!
«Я готова сгнить в тюрьме, лишь бы Ник остался жив…»
Как же изменилось лицо красавицы Кейт! Где доброта? Живые краски? Бесстрастная фарфоровая маска вместо родного лица, и только глаза полыхают яростным огнем. Как робот, она продолжает приближаться к мужу, наставив на него пистолет.
— Я бы охотно тебе кое-что объяснила, Мэтт, но ты меня не поймешь.
Эмма сжалась в комочек на противоположной стороне дороги. Прищурившись, она заметила, что каскадер тщетно старается принять вертикальное положение. И еще заметила револьвер, привязанный к щиколотке Тарасова. Решение пришло мгновенно. Она подползла к лежащему и вытащила из кобуры «смит-вессон 36». Крепко взяла его в руки и вытянула их, держа под прицелом Кейт.
«Не до вопросов!»
Дуло «глока» смотрело в лоб Мэтью, дуло «смит-вессона» — в грудь Кейт. Обе женщины приготовились выстрелить.
Эмма молилась, чтобы рука у нее не дрогнула.
Она выстрелила первой.
Пуля попала Кейт в грудь, и она упала на спину. Ударилась о столб и покатилась вниз по склону в кювет.
Наступившая после выстрела тишина оглушала.
Отдача повалила Эмму на землю, и она лежала, не в силах подняться, чувствуя, что ее колотит дрожь, что у нее пропал голос.
Олег Тарасов с трудом поднялся на ноги и сообразил, что самое лучшее для него — это смыться. Не ища шлема, он взгромоздился на «Харлей», надавил на газ и исчез в направлении, противоположном тому, откуда прибыл.
Через пятьсот метров на перекрестке муковоз Самира Нарахима сбил его на полном ходу.
Эмма понемногу пришла в себя. Она видела Мэтью, он лежал в нескольких метрах от нее, в полубессознательном состоянии, но живой…
«Ромуальд!»
Эмма вскочила и побежала к машине Кейт. На месте, откуда только что уехал «Харлей», она заметила навигатор, ненадежно прикрепленный присоской к рулю, — вот почему убийца потерял его. Она подобрала навигатор и села в машину Кейт.
В машине сняла с себя вязаный шлем и занялась навигатором. Как она и предполагала, он сохранил несколько предыдущих маршрутов, какими следовал киллер. Эмма включила зажигание и на полной скорости покинула «карниз».
Бостон был пустынен. Она выехала на автостраду и помчалась, не соблюдая никаких правил движения и безопасности, не думая ни о патрулях, ни о риске.
«Ромуальд! Только бы с ним ничего не случилось!»
Примерно с полчаса она мчалась по автостраде, а потом по подсказке навигатора свернула в сторону Виндхама, на границе Массачусетса и Нью-Гэмпшира. Она слушалась навигатора, сворачивала на боковые дороги и наконец уткнулась в ограду заброшенной промзоны.
«И что дальше?»
Эмма посмотрела на экран навигатора. Цель была совсем близко, но проехать к ней на машине было невозможно. Она оставила фары зажженными и вылезла из машины. Темнота. Вокруг кромешная темнота. Различить она могла только ограду, которая возвышалась перед ней. Эмма решила перелезть через нее. И когда перебиралась на другую сторону, пропорола себе грудь.
От боли чуть не закричала. Хлынула кровь, расползаясь пятном на свитере, но жалеть себя не было времени. Эмма свалилась на землю по другую сторону, поднялась и стала забираться на насыпь, чтобы хоть как-то рассмотреть призрачный город, в который она попала. Корпуса заводов, пустые склады тянулись насколько хватало глаз. Место пугало какой-то потусторонностью. Его словно бы приготовили для фильма ужасов. Несколько ржавых вагонов застряли на рельсах. Ветер громыхал железными листами. Металлические конструкции, торчащие там и здесь, словно бы собирались развалиться. Долина призраков, захватившая пять или шесть гектаров.
Как отыскать Ромуальда в лабиринте металлических развалин?
— Ромуальд! Ромуальд! — звала Эмма, и ветер со снегом уносил его имя в пустоту.
Она пыталась отыскать хоть какой-то указатель, какую-то деталь, которая могла бы ей помочь… Но что можно был разглядеть в этих потемках?
Стирая с лица мокрый снег, Эмма светила себе телефоном, как фонариком. Задыхаясь, она двигалась против ветра на другой конец промзоны. Она не сомневалась, что Тарасов должен был поставить свою машину как можно дальше от дороги, в самое укромное место. Неприятный скрипучий звук напугал ее, и она остановилась. Посветила себе под ноги и немного успокоилась — у нее под ногами скрипел на дорожке гравий.
Дорожка вела к огромному бараку.
Эмма подошла к нему поближе и осветила проржавевшую вывеску:
РАЙОННАЯ БОЙНЯ,
ОКРУГ ХИЛЛСБОРО
Она двинулась дальше, к главному зданию, заметив на земле следы шин, которые уже начал затягивать снег. Сердце забилось в груди как сумасшедшее. Здесь точно кто-то был совсем недавно.
Эмма изо всех сил толкнула здоровенную дверь, которая вела в помещение, и снова закрыла ее за собой, чтобы избавиться от ветра.
— Ромуальд!