Чтение онлайн

– Слушайте, Наташа, ситуация у нас пиковая. Ее надо везти в больницу.

– Как? – ахнула Наталья и против воли заглянула ему в лицо. – В психиатрическую?!

– Именно. Сейчас я попробую договориться, чтобы ее приняли, а это не так просто. Пока оденьтесь и будьте готовы помочь ей. Не хочу везти ее на «скорой», вообще не хочу, чтобы она догадывалась, куда мы едем. Вы – с нами.

– Боже мой! Это необходимо? – Наталья чувствовала, как пол уходит у нее из-под ног. Только что она говорила о том, чтобы бросить место, и вдруг место само бросало ее. – Так вдруг?

– Да не вдруг! – Она увидела, что психиатр сильно нервничает, и это ее окончательно подкосило. Только теперь она начинала верить, что прежней жизни пришел конец. – Смерть питона, видимо, послужила сильным толчком, начался мощный регресс состояния, припадок пошел за припадком, по вашим же словам… На дому я ее больше лечить не могу и не имею права.

– А что скажет Михаил Юрьевич?

Генрих Петрович сдержанно поджал губы:

– Он к этому готов. Я предупреждал.

– Значит, надежды нет? – Наталья побежала за ним – он шел в свой кабинет. – Может, подождем? Ведь ей и раньше бывало плохо, но мы выкарабкивались!

– Одевайтесь! – скомандовал психиатр, нажимая дверную ручку и оборачиваясь на пороге кабинета. – Или поедем без вас!

Наталья бросилась наверх и застала Ольгу в безмолвной панике. Та нервно топталась под дверью хозяйкиной комнаты, прислушиваясь и ломая пальцы. Увидев коллегу, она сделала страшные глаза и прошептала:

– Больше не плачет.

– Ходит по комнате? Бегает?

– Нет. Там тихо.

Наталья, остановившись под дверью, осторожно поскреблась и мягким, просительным тоном поинтересовалась, можно ли ей войти. Ответа не было – в комнате только что-то скрипнуло, будто кто-то резко встал со стула. Женщины переглянулись.

– Генрих знает, что делает? – еле слышно поинтересовалась Ольга, выразительно проводя ребром ладони по горлу. – Она ведь может…

– Заперто изнутри?

– Заперто.

– Ксеня, – все также нежно, будто обращаясь к ребенку, позвала Наталья, – пусти меня на минуточку. Я хочу кое-что спросить.

– Иди к себе и одевайся! – внезапно раздался из-за двери резкий, гортанный окрик. Женщины с трудом узнали голос хозяйки. – Ты же знаешь, куда мы поедем!

– Мы едем в гости, кажется…

– В дурдом! – Послышался короткий, разделенный на слоги смех – как будто смеялся проржавевший механизм. – Он врет, что в гости, я знаю, в какие гости! Одевайся и не мешай мне собирать вещи!

Наталья отошла от двери и спрятала в ладонях пылающее лицо. Когда она отняла их, пальцы были мокрыми. Женщина беззвучно плакала. Глядя на нее, закусила губу и горничная.

– Мне надо выпить, или Генриху придется заказывать две койки в дурдоме. – Наталья открыла дверь своей комнаты. – Идем, я и тебе налью. Не бойся, она не сбежит, оставь дверь открытой.

У себя в комнате она торопливо плеснула ликера в бокалы, мутные от выпитых прежде коктейлей. Ольга, обычно щепетильная в вопросах чистоты, не глядя, проглотила содержимое бокала и поморщилась:

– Лучше бы водки!

– Есть, ледяная, – Наталья открыла бар и, достав бутылку, налила водку в те же бокалы. – Давай.

Выпивая, обе косились на распахнутую дверь. Персиковый холл был пуст и залит светом ламп – их включили все до единой. Он напоминал сцену, на которую вот-вот должны выйти актеры, пока что разбежавшиеся по своим гримеркам. Внезапно горничная вздрогнула и едва не выронила бокал – ей почудилось какое-то движение в холле.

– Кошка! – Ольга с трудом перевела дух. – У меня нервы на взводе. Как ты думаешь, она не будет упираться?

– Я как раз стараюсь об этом не думать! – рассердилась вновь захмелевшая Наталья. – Ты-то останешься, а мне туда ехать! Погоди, ты слышала?

Она подняла палец, призывая к молчанию. Женщины замерли, вслушиваясь в ватную тишину мансарды. Наталья уже решила, что резкий стук ей почудился, когда он повторился. Сомнений не оставалось – звук шел из комнаты Ксении. Сам по себе он не казался зловещим, но в нем было что-то, одновременно перепугавшее обеих женщин. Что-то очень знакомое – как показалось Наталье, но что? Ольга издала панический писк и бросилась в холл, Наталья побежала за ней. Они по очереди нажимали ручку двери, наперебой звали Ксению, стучали – бесполезно. В минуты затишья был слышен тот же звук, он повторялся методически и упорно. Тук-тук. Пауза. Тук-тук.

– Она открыла окно! – первой догадалась Ольга, отпустив дверную ручку. На лбу у нее выступила испарина, она раскраснелась и дышала прерывисто, то и дело прикладывая руку к полной груди. – Это створка стучит на ветру. Слышишь, какой поднялся ветер?

– Ксеня, открой! – Наталья еще раз ударила кулаком в дверь и бессильно к ней прислонилась. Ноги у нее подкашивались, все тело мелко и противно дрожало. – Она выбросилась в окно! Чувствуешь, сквозняк?! Она не отвечает!

– Что у вас тут? – раздался с лестницы голос Генриха Петровича. Через мгновения показался он сам – уже полностью одетый, в плаще, с зонтом на локте и папкой с документами подмышкой. – Что вы кричите?

– Она выбросилась в окно! – всхлипнула Наталья, стараясь не встречаться с ним взглядом. – О боже, она выбросилась… Она догадалась и не захотела ехать в дурдом…

– Вы пьяны! – Генрих Петрович брезгливо принюхался к ней и отодвинул в сторону. Повернулся к поникшей Ольге и укоризненно заметил: – Вы тоже! Могли бы подождать, когда мы уедем! Ксения Константиновна, вы меня слышите? – повысил он голос и отрывисто постучал в дверь. – Нам пора ехать, я вас жду. Вы готовы?