Чтение онлайн

– И тут появился ты, мой рыцарь? – Вероника поцеловала мужа и выключила телевизор.

Весь следующий день они гуляли вдоль замерзшей водички. Кирилл читал вслух Бродского. Рыбаки, как фарфоровые статуэтки, выстроились в ряд вдоль парапетов.

Прогуливаясь по Английской набережной, Кирилл показал на четырехэтажный бледно-розовый дом. Здесь они могли бы купить квартиру, чтобы приезжать в Петербург на выходные. Веронике этот дом показался даже красивее Зимнего дворца.

Погода окончательно испортилась, когда утром они возвращались в Москву. Полупустой вагон, метель за окном. Вероника спала, положив ноги на колени мужа.

Первый раз Вероника осталась одна дома в середине февраля. Кирилл уехал за город с коллегами и предупредил, что будет недоступен.

Дни стали долгими: темнело в половине седьмого. Метель за окном замаскировала соседние дома туманом. Ночевать одной в День влюбленных, когда ты замужем, даже хуже, чем быть одинокой. Ужасная перспектива.

Больше всего на свете Веронике хотелось отмотать время назад и снова оказаться с Кириллом на берегу океана. Прятаться от дождя, целоваться. Слабый запах соли защекотал нос. Сердце заколотилось. Если снова позвонить Кириллу, какой по счету будет пропущенный? Он обещал, что в конце зимы можно будет полететь на ту же виллу. Наверное, стоит ему напомнить. Но так хочется, чтобы это был сюрприз.

Вероника зашла в кабинет, покрутилась на стуле и дернула за ручку ящик письменного стола. Закрыт. С книгой в руках – взяла первую попавшуюся – она вышла из кабинета. Странная комната, самая холодная в квартире.

Суббота прошла в одиночестве: Вероника лежала в ванне и слушала книгу Донны Тартт, пока вода не стала холодной. Занималась с учителем французским, чтобы встретить мужа какой-нибудь свежевыученной фразой. Она даже собиралась испечь блины, но молока в холодильнике не оказалось. Кирилла от молочного пучило. За стеной ругались соседи. Вероника слышала обещания уйти к маме, звук удара о стену тупым предметом, слезы, паузу, кальянный рэп, слезы.

«Неужели и это тоже любовь? – спросила себя Вероника, наливая вина. Это был третий бокал за вечер. Вечер Дня влюбленных. – Лучше уж так, как у них, чем сидеть дома одной».

Тоска скреблась по внутренней стороне живота, смешивалась с вином, бродила. Вероника смотрела на танцующие тени от свечи на стене и нажимала на кнопки пульта. Кто снимает все эти безобразные сериалы с тупыми названиями?

В час ночи, посмотрев сериал про подростков, она решила пойти спать, но свет в коридоре оставила включенным. Если запустить посудомойку, звуки примирения соседей будут не так слышны.

Уснула только в два, каждый час вырывая себя из кошмара, который снился во второй раз. Незнакомый мужчина встречается вечером на улице, завязывается легкий флирт, она понимает, что хочет продолжения, он расстегивает ширинку, и она в ужасе убегает, но кругом высокие заборы, лают собаки, из-за углов выглядывают растрепанные старухи и тянут к ней свои сухие руки.

В восемь утра в воскресенье Вероника пила второй эспрессо и ела бутерброд с докторской колбасой. К приезду мужа в доме не должно быть колбасы. Воспитанные девушки не едят колбасу. Не любят колбасу. Презирают колбасу. Третий бутерброд и еще кофе.

После завтрака Вероника уговорила себя пойти в спортзал, где час сорок ходила быстрым шагом по беговой дорожке и еще тридцать минут качала пресс, ненавидя утренний бутерброд. На всякий случай оставила на столе записку Кириллу: вдруг вернется раньше. Соседка по беговой дорожке с расплывающимися патчами под глазами пригласила выпить чаю после тренировки. На всякий случай Вероника отказалась. Пульс демонстрировал, что с вином она вчера перебрала.

Дома Вероника хотела выпить успокоительного, но ничего не нашла в аптечке, кроме пяти флаконов капель для глаз и таблеток с неизвестными ей названиями: «Ноопепт», «Грандаксин», «Визарсин».

Когда вернулся Кирилл, она не спала две ночи подряд: голова раскалывалась на сто пятьдесят кусочков, но была чистой. Вместе с запахом перегара и сумкой с грязными вещами он привез букет нарциссов и сережки-гвоздики, которые Вероника показала ему в витрине магазина месяц назад. И голова как-то сразу перестала болеть, и шум орущих за стеной соседей стал не слышен.

В новых сережках, сидя на коленях Кирилла, она пыталась вспомнить, почему так сильно обижается на него, но не смогла.

Всю зиму они принимали гостей. Вероника ничего не готовила: еду заказывали в ресторанах. Мама бы не одобрила. Кирилл раскладывал тарелки и составлял плей-лист. Гости приносили вино. Говорили тосты, смеялись. Раскрасневшись, Кирилл брал в руки гитару.

Когда все расходились, квартира стихала. Снег за окном продолжал сыпать, и где-то под этим снегом садились в такси пьяные друзья. Кирилл мыл посуду и что-то пел, допивая остатки вина. Вероника раскладывала по местам подушки, разбросанные по полу. Потом принимала душ, ложилась в постель и ждала мужа.

После очередной вечеринки Кирилл отправился проводить друзей и купить сигареты. Через полчаса Вероника выключила сериал и подошла к окну. Напротив дома был дорожный переход, на котором два раза сбивали пешеходов. Набрала номер мужа, – телефон зазвонил на кухне.

Накинув пальто прямо на шелковую пижаму, Вероника вышла на улицу. Во дворе пусто. Пожилая дама выгуливала мопса в желтом комбинезоне. С телефоном Кирилла в руках, Вероника заглянула в магазин «Табак», где муж покупал сигареты. Спросила у продавца, не заходил ли сюда высокий мужчина в красной шапке. Заходил, купил сигареты.

На улице она позвонила Сереже. Кирилл посадил друзей в такси и пошел за сигаретами. Чертовы сигареты! Надо бросить курить.

Холод пробирался под пальто, угги намокли и прилипли к голым ступням. Куда в таких случаях звонить? В сериалах герои набирают 911.

Вероника достала телефон из кармана, к экрану прилипла мелочь. Единственный фонарь горел на детской площадке.

На скамейке напротив качелей сидел Кирилл. На сдвинутую набок шапку сыпал снег. Вероника почувствовала тошноту и посмотрела по сторонам. Пальцы задрожали. Умер? На снегу рядом со скамейкой лежал черный пакет. Заглянула внутрь – три пустые пивные банки и чек.