Чтение онлайн

– Иван я, ваше императорское высочество, – прошептал солдат. – Кузьмичевы мы.

– Где был ранен?

– Под Сморгонью.

– Как тебя угораздило?

– Герман бомбы из пушек кидал. Одна разорвалась близко. Кольку и Митьку – наповал, а меня – осколком в живот. Думал, что помру. Дохтур спас. Осколок достал, живот заштопал. Теперь буду жить. У Лесного, бают, все выживают. Спаси его бог! – раненый перекрестился.

– Лесной? – Ольга посмотрела на Загряжского.

– Зауряд-врач Довнар-Подляский, – пояснил тот. – Солдатам трудно выговорить его фамилию, вот и окрестили Лесным. Им так привычнее.

– Крест! – приказала Ольга.

Подскочивший адъютант подал ей крестик на колодке, украшенной черно-желтой лентой.

– Это тебе за храбрость! – Ольга вложила награду в белую ладонь солдата. – Поправляйся, Иван Кузьмичев!

– Рад стараться, ваше императорское высочество! – прошептал солдат.

Ольга кивнула и подошла к другой койке. Там сцена повторилась, включая поминание «Лесного». Обойдя всех тяжелораненых, наследница направилась к выходу.

– Теперь к офицерам? – спросил статский советник в коридоре.

– Попозже. Хочу поговорить с вашим «Лесным», – она улыбнулась. – Он и вправду хорош?

– Золотые руки! – подтвердил Загряжский. – Оперирует, как бог. Что удивительно, учитывая его возраст. А знает сколько! Старые врачи, у которых десятки лет практики, такого не ведают. В Германии учился.

– В Германии? – переспросил лейб-медик из-за плеча Ольги. – У кого?

– У профессора Бауэра из Мюнхенского университета.

– Слышал, – кивнул лейб-медик. – Хотел бы поговорить с зауряд-врачом.

– Он сейчас занят – оперирует.

– А можно посмотреть? – спросила Ольга.

– Ну… – Загряжский замялся. – Он этого не любит. Выгнать может.

– Наследницу? – улыбнулся лейб-медик.

– Насчет ее императорского высочества не знаю, – вздохнул статский советник. – А меня прогонял. Без халата в операционную вошел.

– Выгнал? – удивилась Ольга. – Своего начальника?

– Штатский человек, – развел руками Загряжский. – То, что его одели в мундир, дела не меняет. Для Валериана Витольдовича не существует чинов.

– И вы терпите? – изумился лейб-медик.

– Так гений, – развел руками статский советник. – С его появлением число умерших в госпитале заметно сократилось. Вы же видели Кузьмичева. В другое время его бы и оперировать не стали – ранение в живот, бесполезно. К тому же привезли поздно. А у Довнар-Подляского такие выживают, причем, все.

– И вправду гений! – покачал головой лейб-медик.

– Но вы все же спросите, – сказал Ольга. – Ваш рассказ только подогрел наш интерес.

– Попробую! – кивнул статский советник.

По широкой лестнице они поднялись на второй этаж. У дверей с закрашенным белой краской стеклами начальник госпиталя попросил их подождать. Сестра принесла ему белый халат и помогла облачиться. Загряжский скользнул внутрь – удивительно ловко для его комплекции, и скоро появился обратно.

– Разрешил, – сказал, улыбаясь. – Двоим.

– Пойдут я и Афанасий Петрович, – решила Ольга.

– Распоряжусь, чтоб вам помогли.

Сестра милосердия отвела гостей в комнату, где их облачили в белые халаты. Ольге повязали косынку, лейб-медику водрузили на голову белую шапочку.

– Теперь это! – сестра взяла марлевую маску.

– Обязательно? – сморщился Афанасий Петрович.

– Без нее нельзя.

– Даже ее императорскому высочеству?

– И ей тоже. У Валериана Витольдовича с этим строго.

Сестра выглядела непреклонно.

– Не спорьте, Афанасий Петрович! – вмешалась Ольга. – Со своим уставом в чужой монастырь не ходят.

Лейб-медик только руками развел. Ольгу одолевало любопытство. Что это за врач такой, перед которым робеет начальник госпиталя? А сестра милосердия боится больше, чем наследницу престола?

Их ввели в операционную. Ольга увидела стол с лежащим на нем пациентом, над которым склонились трое в белых халатах. Двое мужчин и одна женщина, как разглядела Ольга. Женщину она определила по такой же, как у нее косынке. Еще одна женщина находилась несколько позади, наблюдая за операцией. Лица медиков закрывали маски, халаты были заляпаны кровью. «Кто из них Довнар-Поляский?» – подумала Ольга и подошла ближе. Один из мужчин поднял голову и посмотрел на нее. Взгляд глубоко посаженных зеленых глаз словно обжег ее. «Не мешай!» – говорил он. Ольга кивнула и замерла на месте.

– Зажим! – сказал обладатель зеленых глаз.

Женщина в косынке протянула ему блестящую железку. Довнар-Подляский, а это, точно, был он, взял инструмент и сунул в рану на теле пациента.

– Иглу!

Женщина протянула ему кривую иглу с вдетой в нее ниткой. Хирург взял ее, и его рука скрылась в ране. По ее движениям Ольга поняла, что шьет врач быстро. Спустя несколько минут он отдал иглу сестре, и та протянула другую. Довнар-Подляский стал зашивать саму рану. Наложив стежок, он движением пальцев вязал узел, а сестра тут же обрезала нить ножницами.

Закончив, зеленоглазый отдал иголку сестре и стянул с лица марлевую маску. Улыбнулся гостям.

– Здравствуйте, ваше императорское высочество! Я зауряд-врач Валериан Витольдович Довнар-Подляский. Извините, что встретил неласково. Операция.

– Не нужно извиняться, – сказала Ольга, в свою очередь стянув маску. – Сама не люблю, когда мешают.

– Не хотите чаю? У нас принято по завершению операции посидеть за самоваром.

– Благодарю, – улыбнулась Ольга. – Но у меня мало времени. Нас ждут в лазаретах и госпиталях.