Защитник
Шрифт:
— Может, я и пойму, но пока я не понимаю тебя совершенно. Зачем мне куда-то ехать… Достаточно открыть дверь и…
— Но ведь ты никогда не сможешь открыть дверь в ту точку своего мира, которую не можешь себе представить. Ты не сможешь установить колдовского маяка. И дело тут даже не в маяке. Ты, как и любой, занимающийся Искусством, должен постичь…
— Я…
Тогда я рассказал Тоготу, что я просто не хочу никуда ехать. Что за свою жизнь я уже достаточно постиг всевозможной х…ни под его чутким руководством… Что меня и так все устраивает… Что я — человек, видевший сотню иных миров, многие из которых ничего общего не имеют ни с этой планетой, ни с царящими на ней физическими законами… Ну не желаю я ехать в солнечные края греть пузо.
И тем не менее они — Тогот и Алла — убедили меня. Они долго внушали мне: я — ничто, пока не увидел мир. Только вот само понятие «мир» у нас — каждого из трех — было немного свое. Я не мог сказать супруге, что я видел множество иных миров, не мог послать Тогота… Я был проводником, и этим все сказано.
Однако…
Первое, что поразило меня и запомнилось — девушка из турбюро. Нет, я навидался всевозможных гуманоидов, но если бы мне показали эту красавицу и спросили: «С Земли ли она?» — я с полной уверенностью ответил бы: «Нет». Не бывает землянок с молочно-белыми волосами, темной кожей и фиолетовыми губами. А розовое платье, словно чулок, обтягивающее тонкую, лишенную женских округлостей фигуру, превращало ее в подобие змеи. И тем не менее… Растянув губы в наигранной улыбке, она говорила, словно автомат, который вынужден по замкнутому кругу повторять один и тот же текст.
— Мы готовы предложить вам…
— Втирает… — хихикнул Тогот.
— Послушай, ты сам выбрал это агентство, уговорил меня поехать черт-те куда, в другой конец города… — возмутился я, стараясь, чтобы мои истинные чувства не отразились на моем лице.
— И правильно сделал… Но этот отель не тот, что тебе нужен…
— А что мне нужно?
— Уж не горящий тур, так это точно.
— Почему? Он дешевле…
— Мы же обсуждали с тобой… И вообще, у меня создается впечатление, что это я собираюсь ехать на курорт, а не ты. Я тут сутра до вечера напрягаюсь, чтобы устроить тебя получше, а ты… — И Тогот замолчал.
— Вы слушаете? — голос девушки ничуть не изменился.
— Да, конечно, — наигранно закивал я. — Продолжайте… Очень интересно…
Девушка хлопнула ресницами, а потом продолжила с того самого места, словно кто-то включил пленку.
— Обслуживание «Олл инклюзив» включает в себя…
Я закашлялся, и девушка вновь замолчала. Она непонимающе глядела на меня, хлопая огромными ресницами — не глаза, а две гигантские черные бабочки. Вот только я никак не мог представить себя в роли столь неразборчивого воробья.
— Мне нужен конкретный отель… — и я с трудом, ломая язык, повторил название, которое несколько часов подряд пытался вбить мне в голову проклятый покемон. Что-то там кончающееся на «Ресорт».
Лицо туроператорши скривилось. Я почувствовал себя неловко, словно вместо названия отеля сделал непристойное предложение. Носик ее сморщился, зубки — белые зубки, достойные мелкого хищника — оскалились, брови пошли вверх. Она определенно не ожидала от меня такой осведомленности в курортной жизни далекой Анталии.
— Но ведь это немецкий отель… Из сети немецких отелей… Мы с ним не работаем напрямую…
— Вы запрос делать будете?
— Но почему бы вам не выбрать один из предлагаемых нами отелей? Они ничуть не хуже. — И тут же ее лицо приобрело изначальное выражение девушки-андроида, и она вновь завела монотонным голосом: — Мы предлагаем вам отдых…
В этот момент у меня возникло два желания: свернуть голову ей, а потом Тоготу…
— Послушайте, я не для того перся через весь город…
Туроператорша вновь прервала свой монолог и тупо уставилась на меня, хлопая ресницами. И тогда я произнес медленно, четко выговаривая каждое слово, стараясь сделать так, чтобы до нее наконец дошло:
— Мне… нужна… путевка… в «…-ресорт» на двадцатое июля, на две недели. Вам понятно?
Она затравленно кивнула. Теперь это был загнанный в угол хищный зверек. Я бы назвал его фиолетовым хорьком.
— Хорошо… Подождите… Я сейчас посмотрю… Узнаю…
Она потянулась к компьютеру, судя по всему, стала что-то искать в сети. Я же с чувством выполненного долга откинулся на спинку кресла и мысленно обратился к своему мучителю:
— Ну что, доволен?
— Погоди, ты еще не получил документов. Вот когда твоя бронь подтвердится…
— Послушай, а нельзя ли попроще…
— Ты хочешь отдохнуть… или помучиться… Нет, если ты предпочитаешь ночами страдать без кондиционера, жрать всякую гадость и валяться на грязном пляже, то можешь поехать и в Севастополь… Говорят, мазутные ванны имени Совка особенно полезны тем, у кого большие проблемы в работе головного мозга…
Дальше можно было не слушать. Тогот оседлал своего любимого конька и начал меня воспитывать. Однако за многие годы общения у меня выработался стойкий иммунитет к речам «наставника». Я мысленно отключил ту часть своего мозга, которая воспринимала ментальные нравоучения покемона, и голос Тогота превратился в тихий шепот — словно где-то неподалеку заработала огромная стиральная машина.
Пока Тогот читал очередную лекцию, превознося прелести импортных отелей и кляня глупых, упертых олухов, которые не хотят видеть далее собственного носа — нет, я-то ни в коем случае не принимал все эти высказывания на свой счет, — я вновь обратил взор на фиолетовую туроператоршу. О чудо! Это создание, вглядываясь в глубь экрана монитора, пыталась отразить на лице работу мысли: глаза у нее были выпучены, ротик чуть приоткрыт, а на лбу собралась морщинка. Неандерталец, пытающийся постичь суть интеграла.
Наконец получив из сети божественное откровение туристического бизнеса, туроператорша буквально в изнеможении повалилась на спинку кресла и объявила:
— Знаете… это очень дорого… Это уже «Ультра все включено»… Это очень дорого. Обычно мы рекомендуем…
Тут мне едва удалось сдержать смех.
— Сколько?
— Я бы все-таки рекомендовала вам обратить… — Я понял, что еще чуть-чуть и, отключив мозг, она на полную катушку врубит свою бубнилку.
— Сколько?! — чуть ли не взревел я.