Чтение онлайн

Под светом кровавой луны сверкнуло лезвие кинжала…

Трель дверного звонка пролетела по квартире. Анна, задремавшая на диване, вздрогнула и удивлённо глянула на часы. До прихода Ники оставался ещё час, а Виктор не собирался сегодня возвращаться от родителей. Да и ключи у них есть. А друзья и знакомые перед приходом предупредили бы. Тревожное предчувствие Анна постаралась откинуть. Отложила книгу, которую собиралась почитать, на тумбочку и направилась в прихожую.

— Кто там? — спросила, не открывая дверь.

— Сударыня Богдана?

Анна испуганно отпрянула, прижимая ладонь к губам. То, чего она боялась все девятнадцать лет, произошло. Их нашли!

— Вы ошиблись! — выдохнула она, мысленно призывая Злату помочь и защитить. Машинально потянулась к телефону на тумбочке — предупредить дочку. Во что бы то ни стало клятву, данную госпоже, нужно сдержать!

— Простите, сударыня. Я знаю, что не ошибся. Дом Защитницы я найду даже с закрытыми глазами.

Немного хрипловатый голос заставлял прислушиваться. От смутно знакомых ноток замирало сердце.

— Кто вы?!

— Добр, жрец златоцветского храма.

Анна с облегчением выдохнула. Про жрецов она не подумала. Хотя вероятность того, что они первые найдут их, была велика. Всё же с их помощью они с малюткой попали в измерение Земли.

Открыла дверь. На пороге стоял высокий крепкий мужчина в синем деловом костюме. Светло-русые волосы были коротко пострижены. Ничего в Добре не напоминало златомирца, кроме его синих-синих, как безоблачное небо Златомирья, завораживающих глаз. Они словно проникали в самую суть человека. От них ничего не могло укрыться. Эти глаза невозможно было забыть.

— Можно? — спросил он.

Анна вздрогнула, скидывая наваждение, и отошла в сторону.

Добр оглядел узкую прихожую и повернулся к Анне:

— Девочки дома нет?

— Ты сам видишь, сударь… — неприветливо ответила Анна, складывая на груди руки.

Добр несколько мгновений испытующе смотрел на Анну, а потом вкрадчиво произнёс:

— Богдана, я пришёл за ней. Через два, в крайнем случае, три месяца собирается отряд. Без неё никак. Кольцо ведь у девочки?

Анна кивнула. Где же ему ещё быть? Ведь только из-за выбора кольца жрецы решили помочь маленькой полукровке. В ином случае им было бы просто наплевать на неё. Если бы всё зависело от Анны, она бы ни за что не позволила жрецам и кому бы то ни было даже приблизиться к дочке, но с судьбой не поспоришь. Богиня сделала свой выбор.

— Да, на ней. Но Ника ничего не знает, — сдалась Анна.

Жрец нахмурился:

— Ничего? Ни о родном мире, ни о родителях, ни…

— Нет! — перебила жреца Анна. — Я ничего ей не говорила. Не хотела, чтобы она чувствовала себя чужой в этом мире.

И если бы не появление жреца, то дочка никогда бы и не узнала правды.

— Как насчет умений?

— Защитить себя сможет. Я позаботилась об этом. Вот только, к сожалению, магии в этом мире нет. Поэтому оценить её магические способности я не могла.

А может, к счастью? Кто знает, какая сила проявилась бы у её дочки?

Добр кивнул и попросил показать комнату Ники.

Стоя рядом со жрецом, Анна, словно впервые, смотрела на место, где Ника выросла.

Полки с книгами, где классика стояла вперемешку с фантастикой, фэнтези и детективами современных авторов. Толстые тома энциклопедий соседствовали с различной толщины книгами и пособиями по боевым искусствам, фехтованию, истории. Здесь же, словно заблудившись, виднелась яркая обложка любовного романа. И откуда он только у Ники? Насколько Анна знала, не очень-то дочка любила такие книженции, хотя могла читать всё, что угодно. Кровать, как всегда, аккуратно заправлена, а на компьютерном столе вечный бардак. Стопка распечаток по учебе с какими-то пометками, учебник по экономике, ручка с карандашом и на всём этом полупустая кружка с кофе и раскрытая книга, лежащая вверх обложкой. Судя по изображению дракона и рыжего парня с огромным мечом, Никино любимое фэнтези.

— Это она? — нарушил тишину Добр.

Анна проследила за его взглядом. Жрец рассматривал фотографии на стене. Русоволосая малышка прижимала к себе яркую книгу сказок и мечтательно улыбалась в камеру. Первый класс: за спиной школьный рюкзачок, на голове огромные банты, а на лице горящие восторгом большущие тёмно-карие глаза. Только первый класс Ника так и не закончила, через неделю сразу перевели во второй. Нечему им было учить её малышку. А вот вручение первой награды за олимпиаду по математике тринадцатилетнему худощавому подростку со смущенной улыбкой. Но Добр смотрел на последнюю фотографию, сделанную три недели назад.

Трое рослых уверенных парней стоят за спинами крепкого мужчины и хрупкой девушки. Она среди них кажется совсем маленькой и слабенькой. Вечно растрепанная темно-русая коса перекинута через плечо, несколько непослушных кудряшек обрамляют овальное личико, большие глаза цвета тёмного шоколада с неверием смотрят на только что завоеванный ею кубок в руках. Евгений Петрович, трое Никиных друзей — её три богатыря — и сама Ника после соревнований в Москве.

— Сударыня?

Анна махнула головой, откидывая воспоминания, и кивнула:

— Да, это она.

— Здесь были мечи? — Добр показал на крюки на стене.

Анна снова кивнула:

— Ника сегодня взяла их на тренировку.

— Я слышал, горный повелитель до сих пор разыскивает НатЭль, — задумчиво проронил жрец, пытливо смотря на неё.

Анна пожала плечами, не собираясь ни опровергать его догадку, ни подтверждать. Спросила совсем о другом:

— Слуги Карашана не следили за тобой?

Жрец, не отрывая взгляда от фотографий, небрежно бросил:

— Напарник отвлёк их на себя.

— Хорошо. Ника скоро должна вернуться. Я пойду с вами!

Конечно, с Виктором расставаться не хотелось. С ним спокойно и легко. Он стал их семьей чуть ли не с первого дня их появления в этом мире. Но землянин в Златомирье переместиться не мог. А на Земле, кроме него, её ничего не держало. Пришло время возвращаться домой!

Пахнет прохладой, смесью влажного воздуха и сухой листвы. Осень незаметно сменила лето, и вот уже конец сентября. Холодный ветерок стремится пролезть под плащ, но безрезультатно. Небо затянуто тучами, отчего лишь фонари разгоняют вечернюю тьму. А на душе покой и умиротворенность, как всегда после тренировки. И даже лёгкая приятная усталость не мешает.